Очень плохие игрушки. Том 1 (СИ)

— Я говорил тебе, что это случится! — он явно был на взводе и отчаянно жестикулировал, размахивая тростью. — Одна ночь! Ты обещал, что за одну ночь с ней ничего не случится! И что я вижу? Правое крыло целиком залито этой дрянью а весь особняк смердит так, будто в нем дюжина троллей устроила себе брачное гнездо! Что скажут дети, когда вернутся из школы? И как по-твоему я объясню это жене⁈
— Я поговорю с Ирмой, она не откажется приютить внуков еще на пару дней, — ответил Герман, подмигивая Элизе, которая на цыпочках пробиралась за спиной своего дяди, чтобы случайно не попасть под раздачу. — Им будет полезно узнать, каково это — быть гостем в чужом доме.
— На пару дней? — вспыхнул Альбрехт. — Уборка займет, как минимум, неделю! И один только Пожиратель знает, сколько еще этот смрад будет стоять в доме, а ты вот так просто уходишь? Где твои водные и воздушные фамильяры? Тут нужна серьезная очистка и просушка!
— Я уже нанял людей для восстановления разрушенного замка и не могу отменить контракт, — покачал головой старик, с трудом сдерживая улыбку, — к тому же император отправляет меня в срочную командировку, так что прости, меня ждут неотложные дела.
Кажется, он всерьез считает, что именно Альбрехт в ответе за поломанные часы и теперь отыгрывается на нем по-полной. И поделом: нечего травить ребенка, если тебе не хватает духа объяснить собственному отцу, что жена вертит тобой как ей захочется.
На улице нас ждал пегас Отто, наш парнокопытный «лимузин». Что ж, самое время прокатиться с ветерком?
Школа магии, мы уже в пути!
 Глава 7 
 Школа 
Любопытство взяло верх, и я попросил у девочки разрешения сопровождать ее на занятиях. Кто знает, может, со временем я научусь читать, или узнаю что-нибудь важное о законах этого мира. Хотя магам разрешалось держать при себе лишь одного фамильяра, невидимость давала мне возможность оставаться незаметным для большинства наблюдателей, так что Элиза с легкостью на это согласилась. Вторым фамильяром был, естественно, плюшевый заяц-сумка. Однако, в глубине его разинутой пасти можно было заметить блеск зеленых фосфоресцирующих глаз с миндалевидным зрачком. Конечно, Марта пристально наблюдает за всем происходящим из своего убежища. Держу пари, что рот этого болтливого ублюдка до сих пор не закрывается в реальном мире именно по этой причине.
К моему удивлению, поездка верхом на пегасе оказалась очень комфортной. Несмотря на то, что мы двигались с огромной скоростью — это было понятно по следу, который оставлял за собой фамильяр, — никакой ветер нам в лицо не бил. Да и шума почти никакого — вот, что значит, элитный ездовой фамильяр, напичканный редкими аспектами!
Тем не менее, полет продолжался не меньше часа — владения фон Штольц находились довольно далеко от столицы. Под нами проплывали привычные пейзажи: поля и леса, широкие реки и озера. Лишь небольшие крепости, служившие бастионами для знатных родов с магическим даром, выделялись на фоне обычных деревушек.
Как только мы подлетели к столице, пегас резко снизил скорость и высоту, чтобы не создавать лишнего шума. Надо отдать этой магической цивилизации должное — строить они умеют: здесь были и дворцы, и роскошные храмы и огромные амфитеатры. Школа представляла собой большой замок в готическом стиле. Не сказать, что огромный, но гораздо крупнее нашего родового поместья. Думаю, это не единственное учебное заведение для магов, но именно здесь учатся дети самых влиятельных семей империи.
Оказавшись во дворе школы, я сразу понял, о чем говорила Элиза, упоминая различия между магическими кланами. Некоторые подростки шли на занятия в сопровождении элементалей — духов огня, воды, земли и ветра. За другими следовали ожившие растения, бумажные фигурки-шикигами и даже живые тени. И чем старше были ученики, тем более грозными казались их спутники. Откровенно говоря, малышка Элиза со своей «сумочкой» и поношенной одеждой выглядела на их фоне довольно неказисто. Если бы не инфернальный конь, с которого она спрыгнула минуту назад, её можно было бы принять за обыкновенную простушку.
  
Впрочем, далеко не все школьники были призывателями. Кто-то сжимал в руках увесистые гримуары, кто-то с ног до головы был увешан всякими магическими побрякушками и так далее. Группа подростков на спортивной площадке соревновалась на странных тренажерах, то и дело превращая свои руки и ноги в мускулистые лапы каких-то чудищ.
Каждому факультету в замке отводилось собственная башня, окруженная вспомогательными пристройками, и девочка, заглянув в свое расписание, сразу направилась к одной из них. Башни образовывали большое кольцо, внутри которого находился специальный амфитеатр, видимо, для разного рода соревнований и мероприятий.
— О, смотрите, она все-таки пришла. Нам сегодня везет!
Элизе преградила дорогу зеленоглазая девчонка-блондинка с прической под каре и в дорогом серебристом платье клана зеркал. Она была едва ли старше самой Элизы, а за ее спиной стояло еще несколько девчонок из разных семей, составлявших своеобразную «свиту». Такое впечатление, что они специально дежурили здесь, поджидая очередную жертву.
— Мне тут птичка на хвосте принесла, что этой ночью у вас случился какой-то конфуз, — девочка подошла ближе, демонстративно принюхиваясь.
Прилипалы за ее спиной тихонько захихикали, предвкушая заранее подготовленное представление. Кажется, наша тетя-стерва уже раструбила всем своим родственникам о том, что случилось ночью в особняке фон Штольц. Ну, или только тем, кто имел возможность насолить ненавистной племяннице. Выходит, что они обе из клана зеркал?
— Что такое, Элиза, у тебя какой-то новый парфюм? — спросила белобрысая, с трудом сдерживая смех. — А тебе идет — прямо под стать твоему «образу». Не подскажешь, как называется?
Хихиканье за ее спиной стало еще более выразительным. Черт, неужели этот проклятый запах до сих пор не выветрился? Я, если честно, уже давно ничего не чувствую.
— Может быть, «помойная яма»? Или как насчет, «тухлого болота»? — продолжила издеваться блондинка. — А может, «я у мамы вместо швабры»? Ой, прости, я забыла, у тебя же нет никакой мамы.
Она наигранно прикрыла рот ладошкой, с удовольствием наблюдая, как Элиза скрипит зубами и сжимает кулаки. А вот это уже был удар ниже пояса. За такое сразу нужно бить в морду, невзирая на возраст и последствия.
— Однажды тебе придется ответить за свои слова, Мелисса-Лорейн Рейнхарт, — ядовито пообещала Элиза и пошла сквозь толпу напролом, слегка задев обидчицу плечом.
Я опешил. И это все? А как же эпичный девичий махач с вырыванием волос, или хотя бы вызов на магическую дуэль? Да кто она вообще такая, эта пигалица? Какая-нибудь избалованная наследница с синдромом золотой молодежи?
— Дикарка, — бросила нам вдогонку Мелисса. — Лучше сходи, помойся. Или возвращайся обратно в свое болото!
— Вернусь, даже не сомневайся, — не оборачиваясь пробормотала девочка.
Меня так и подмывало задать Элизе парочку вопросов, но я пообещал ей, что буду сегодня молчать, чтобы не выдать свою маскировку и способность девочки меня слышать. Ничего-ничего, я лично прослежу, чтобы эта стерва получила по заслугам. Такие вещи нельзя спускать с рук. Единственная веская причина, по которой девочка могла сдержаться — это реакция дедушки. Но это ведь тоже можно как-то решить. Уверен, что Герман не допустил бы такого издевательства над своей внучкой.
К нам подошла еще одна девочка. На сей раз — симпатичная шатенка с асимметричной стрижкой под каре и миндалевидным разрезом глаз. В руках она держала книгу с очень натуралистичными глазами на обложке, а на плече у нее сидел бумажный кузнечик-шикигами. Идеально уложенные волосы, безупречно выглаженная одежда — словно кукла, ей-богу, особенно на фоне нашей рыжей замухрышки. Не пойму, она — призыватель или одна из этих очкариков с гримуарами? А может, гибрид, как Элиза?