Дисциплина (СИ)

Сначала я хотела чего-нибудь выпить и поехать к директрисе, но в нашей квартире нет алкоголя. Потом я хотела рассказать Ромке про её мужчину, но это было бы слишком подло.
Потом я решила, что хочу быть отчислена из её школы.
«Пусть она сделает это. Пусть мой класс будет счастлив, что я, наконец-то, ушла. И пусть мама вернёт меня в Германию. Я согласна быть с Густавом. Мы давние друзья, и я попытаюсь ему объяснить, почему он не является моим первым…»
Комментарий к Восьмая часть
Если меня накрывает желание написать что-то, я просто делаю это и зачастую не перечитываю то, что написала. Если вы замечаете ошибки, пожалуйста, исправляйте, я это приветствую и тысяча благодарностей!
Надеюсь, выходные прошли классно ?)
========== Девятая часть ==========
Мой настрой по поводу вылета из школы сохранился до утра и был непоколебим. Если нужно, я всё сделаю для достижения цели, и использую все способы.
«Настя мне никто! Я не должна воспринимать её — как выбор своего сердца. Только не в этой жизни!»
Взяв самые острые ножницы, которые мама использовала для шитья, я обрезала свои длинные волосы. Если бы меня остановили, врезали бы по рукам и потрясли за плечи, я бы остановилась… Но я одна дома. Папа ещё на работе.
Сначала одна сторона, и с характерным хрустом копна волос падает на пол. Затем, вторая, и как же меня трясло в тот момент…
Волосы подстрижены неровно, пару сантиметров не достают до плеч. В какой-то момент, показалось, что мне нравится такая прическа. Шея стала более открытой.
Я надела джинсы и обычную, не особо выглаженную, футболку.
Взяла все свои накопленные деньги и пошла в школу. Пока шла, специально тянула время, чтобы прилично опоздать на урок. Ведь я явно одним выговором не отделаюсь.
Зашла в магазин через дорогу от школы, купила себе тёмно-фиолетовую помаду и карандаш для глаз. В школьном туалете я воспользовалась этой косметикой и пошла на урок геометрии. История стояла у нас вторым уроком, значит, нужно набираться смелости и вести себя как можно хуже.
На геометрию меня не пустили в класс, ведь я не на десять минут опоздала, а до звонка осталось минут пять или около.
Просидела на лавочке возле истории, всё равно одноклассники сюда придут.
Первым меня увидел Рома. Он увидел меня ещё в дверях, когда учительница приказным тоном сказала: «Закрой дверь с той стороны».
— Анна?! Ты что с собой сделала? Такое чувство, будто ты прямиком из борделя для несовершеннолетних. Ты что, из дома сбежала? — Ромка рассматривал меня, как восковую фигуру, обойдя со всех сторон. — Помада ещё такая дурацкая. Тебе бы больше пошла розовая, ты бледная и с такой тёмной как смерть выглядишь.
— Ром, она здесь?
— Кто?
— Анастасия Кирилловна.
— А где ей ещё быть? Я её утром видел, она на уборщицах отрывалась. Они где-то разлили воду, и Кирилловна чуть не упала. Я бы посмотрел на это, и на их месте разлил бы перед её кабинетом.
— Что?
— Ты не слышала меня что ли?
— Извини, я о другом думаю.
— А зачем она тебе сдалась? План придумала?
— Он в действии.
Со стороны мы с Ромкой напоминали мне Сида и Нэнси.
«Только отныне у каждого своя цель. Кто-то хочет вернуться в школу, а кто-то её покинуть».
— Так ты это с собой сделала, чтобы мне помочь? А как ты собралась действовать? Разве поможет тебе твой прикид?
— У меня другие планы. Прости, друг, пока не скажу… Да ты и сам всё увидишь.
Я села за последнюю парту, достала мобильник и начала без зазрения совести в него залипать. На столе нет ни учебников, ни тетрадей, хотя всё лежит у меня в сумке.
Когда я услышала стук каблуков, я разозлилась. Больше всего я злилась на себя. Ведь я ещё не вижу её, а сердце практически выпрыгивает из груди.
В класс зашли Анастасия Кирилловна и молодая девушка невысокого роста.
Директриса увидела меня, на пару секунд задержала свой взгляд и только усмехнулась. Я сжала челюсти.
  
«Это невыносимо… Тонешь в синих глазах и никто не может спасти».
— Минуту внимания! Одиннадцатый «А»! У вас с сегодняшнего дня новый преподаватель по истории! Ульяна Леонардовна, — указала на девушку директриса. — Если она после первого урока начнёт на вас жаловаться, я буду наказывать, — вновь перевела на меня взгляд женщина. — Надеюсь, на ваше понимание.
Было такое чувство, что она это мне сказала. Класс разглядывал новую учительницу и перешептывался, как будто она не человек. Единственный плюс в этом, они даже не оборачивались на меня. Я будто привидение сегодня.
Новая учительница заметно нервничала и, не взирая на то, что класс её не особенно принял и стоял на ушах, ни одного замечания не сделала. Просто вела урок и делала какие-то записи.
После истории я решила не идти на оставшиеся уроки и ушла с Ромкой за школу. Он курил, а я просто сидела рядом и думала о своём.
— Как тебе историчка?
— Нормальная вроде. Скромная.
— Это её минус. Тут нельзя скромничать. Наша директриса в этом лучше.
«Опять о ней… Все разговоры ведут к ней. Она не только в этом лучшая, хотя… откуда я знаю».
— Хочешь покурить?
— Нет.
— Ну одну затяжку, просто попробуй, — протянул мне свою сигарету и кивнул. — Всё равно никто не узнает, что ты курила. Кстати, как твои родители тебя не убили за волосы?
— Они ещё не знают.
— Ну, тогда пойду за тебя свечку поставлю.
Он ушёл в сторону школы, а я наблюдала за тлеющей между моих пальцев сигаретой.
Чуть пожелтевший фильтр, тонкая струйка густого дыма, едкий запах. Я поднесла сигарету ближе и рассматривала на уровне глаз. Мне больше нравится, когда я представляю себя курящей со стороны, нежели делаю это.
Постояв ещё немного, я потушила окурок об стену школы и пошла в само здание.
Пётр Петрович зачем-то искал меня и, увидев мою спину в школьном буфете, подошёл и резко бросил наш классный журнал на стол.
Я от неожиданности подскочила на ноги и ошарашенно смотрела на учителя.
— Фаргер! К директору! Сколько ещё я должен за тебя выговоров получить?! За курение — будешь отчислена. Поздравляю, судьбу одноклассницы ты повторила.
— Пётр Петрович?! Я не курила…
— Брысь с глаз моих!
С одной стороны, я была рада, что мой план срабатывает, а с другой стороны… «Всё ещё непривычно, когда тебя обвиняют в том, чего ты не совершал».
Я шагала к её кабинету, будто я действительно последние минуты нахожусь в этой школе, и всё бы ничего, но прямо перед дверью меня как током прошибло.
«Она вызовет моего отца, а он, вообще, не в курсе моих затей, родители ещё поссорятся из-за меня…»
Стучу в дверь и начинаю заранее мандражировать.
— Войдите! — голос слишком строгий. Я открыла дверь, прошла в кабинет и присела напротив неё. Директриса всё это время сверлила меня взглядом. Она даже села поудобнее, чтобы смотреть на меня.
— Вы… хотели меня видеть?
Анастасия Кирилловна несколько минут молчала, я морально готовилась к любому повороту, в том числе к вызову родителей.
— Чего ты добиваешься, Анна?
— Ничего.
По спине пробежал мороз, особенно, когда она привстала и нависла над своим столом, ближе меня рассматривая. Директриса открыла свою сумочку и бросила мне ватные диски.
— Губы вытри. В моей школе не ходят в таком виде.
— У меня нормальный вид.
— В зеркале видела себя?
— Вы хотели поговорить о моей внешности?
— Твоя внешность страдает от твоей дурости. Перестали контролировать родители, решила себе позволить всё? На дискотеке напилась, за школой покурила, может, уже и сексом заниматься научилась?