Камни Рун (СИ)

Окончательно у меня опустились руки после того, как я попытался найти наставника с помощью магии. Несколько синих печатей, которые я наколдовал в своей комнате дрожащими руками, не дали ровным счетом ничего. Только руна Цен робко указала направление куда-то на север, после чего заклинание развалилось на части. Конечно, мое колдовство могло быть неточным. 
Меня мучили кошмары. Это началось еще во время нашего путешествия, но в полную силу сны стали преследовать меня здесь, в родном городе.
Чаще всего они были об Осиоре, но попадались и иные сюжеты. Поместье Хаштов, убийство виконта Умберта, бегство из Шамограда, дуэль с келандским винефиком, которую я почему-то проигрывал. Все эти сны основывались на пережитых мной событиях, но были будто бы искаженными, извращенными в худшую сторону, что заставляло меня раз за разом просыпаться посреди ночи от собственного крика.
Сначала Витати считала, что это просто тяготы, навалившиеся на нас с уходом из столицы, но позже дочь Степи поменяла свое мнение. Я стал регулярно пить успокаивающие отвары и на первое время сны отступили, но уже в Нипсе отвары потеряли всякий смысл: сны навались на меня с новой силой.
Но я смог найти средство, правда, никому о нем прямо рассказать я не мог. Сейчас я вышел из своих комнат и, прислушиваясь, спустился со второго этажа и вышел в город. Мой путь лежал в доки, к улицам, где находились трактиры и публичные дома для не слишком разборчивых в женщинах и выпивке матросов рабовладельческих судов.
Кислое пиво и рабыни меня не интересовали, но там можно было разжиться средством, которое помогало мне уснуть хотя бы на три часа. Без этих проклятых сновидений.
— Что, парень, опять ты? — пробасил бугай, что сидел за дальним столиком в одном из трактиров. — Не рановато ли пришел?
— В самый раз, — ответил я. — Мне нужно еще.
— Если ты кого-то силой держишь под замком, то есть варианты получше… — начал мужик, но я только недовольно дернул подбородком.
— Я уже говорил, что мне для себя. Чтобы спать.
— Смотри, проснись в следующий раз, — покачал головой мужик, запуская огромную лапищу под куртку. — Полновесный, как обычно.
Я бросил на столешницу империал, а сам сграбастал со стола небольшой кулечек. Пара унций, но на неделю мне точно хватит…
— Ты смотри, аккуратнее, — кивнул на сверток мужчина, чьего имени за эти недели я даже не удосужился спросить, — а то сам знаешь…
— Знаю, — односложно ответил я. — До встречи.
Сжимая в руке сверток с пыльцой желтоцвета, я поспешил обратно в трактир, пока моего отсутствия не заметили. Мои надежды, впрочем, не оправдались — во дворе меня уже ждала Витати.
— Опять? — хмуро спросила девушка, кивая на мой кулак, в котором я сжимал дурман. — Я тебе уже говорила, Рей.
Я только протиснулся мимо келандки, спеша в помещение. Опять стало накапывать, да и солнце уже село. Пора подумать об ужине, а потом — попробовать поспать.
Утаить от Витати факт того, что я крепко подсел на пыльцу, было невозможно. Слишком специфический, гнилостно-сладковатый запах, который не спутать ни с чем. Он уже пропитал всю мою комнату, волосы, одежду и кожу, а трактирщик стал что-то недовольно ворчать, но пара лишних монет на время поумерили его любопытство.
Едва я поднялся в комнату, то понял, что есть я особо не хочу. Вместо того чтобы пойти вниз, я сбросил сапоги, достал небольшую медную курительницу для ароматических трав, куда и высыпал немного пыльцы. После я поджег лучину, как это делал когда-то Ирман, и поднес огонек к буро-желтой массе, что лежала передо мной.
Пыльца, скатанная в липкую массу, довольно быстро занялась, а я, наклонившись над тарелочкой, сделал несколько глубоких вдохов. Так дурман быстрее проникнет в голову и я наконец-то смогу поспать…
За дверью слышалась какая-то возня и голоса, по всей видимости, это Витати и Отавия, но довольно быстро я провалился в сон, даже толком не сняв с плеч куртку — так и завалился в одежде на смятую, уже пропахшую потом и грязью кровать, перебирая пальцами костяшки четок на запястье. Это тоже помогало мне побыстрее провалиться в небытие.
 
Я хотел только одного — выспаться. Когда ты не спишь ночь или несколько дней недосыпаешь — это одно. Рано или поздно природа возьмет свое, и ты провалишься в глубокий исцеляющий сон на двенадцать, а может и четырнадцать часов. Но я не спал дольше трех часов уже три недели, а все оставшееся время бродил живым трупом. Не помогали ни отвары из трав, ни тренировки, ни хороший обед, который раньше неизменно вызывал у меня сонливость и желание вздремнуть часок-другой. Ничего из этого не работало. Остался только желтоцвет и гладкие костяшки четок убитого кем-то Магнуса, которые я забрал себе на память. И я понимал, что если не пойду на эти крайние меры — просто погибну.
На этот раз мне снилось, что-то другое, странное. Какое-то бесконечное пространство, будто бы я смотрел на каменистую пустыню через свет фиолетовой печати. В той пустыне были двое — мужчина и женщина, которых я видел в первый раз. Они о чем-то тихо переговаривались, может, даже, и спорили, но даже по движению губ я не мог понять, о чем идет речь. От них веяло какой-то странной силой и угрозой, а все мое нутро кричало о том, что я должен быть маленьким и незаметным, должен спрятаться от взора этой парочки в странных костюмах. Вот, земля разверзлась и из нее показалась голова одного из демонов бездны, которую тут же снесло ударом радужной магии. В момент, когда луч света рассек голову твари, буквально заливая силой разлом и закрывая проход для прочих тварей, я почувствовал что-то знакомое. Что-то близкое… Закончить ускользающую мысль у меня не получилось. Сцена моего сна пришла в движение, фигуры исказились а пустыня — изменилась. Сейчас я оказался посреди ожесточенной битвы, в теле одного из демонов, прорываясь уже к одинокой путнице, что светящимися клинками разрубала наступающие на нее орды. В моей груди клокотала ненависть и ярость, а еще — голод. Женщина пахла едой, я чувствовал это, а от одного взгляда на противника моя огромная пасть наполнялась слюной…
Вот, тонкая радужная пленка, что оберегала волшебницу, истончилась от множества ударов моих собратьев и исчезла, и я понял, что лучшего момента может и не быть.
С яростным воем, я бросился вперед, размахивая чужими, длинными руками, с саблевидными когтями на пальцах. Достать ее! Выпотрошить! Враг! Враг! Враг!
Но она успела. Наши взгляды на миг встретились и я увидел в них только обжигающую потустороннюю силу, которую не постичь никому из живущих. Женщина сделала небольшой шаг в сторону, уклоняясь от моих ударов, а после мое тело пронзили обжигающе-яркие клинки из чистой магии, которой она рубила наседающие на нее орды.
Последнее, что я увидел, прежде чем тень моего сознания окончательно растворилась в пустоте — пронзающий фиолетово-серые небеса столб света, который заставил на миг замереть как неизвестную воительницу, так и окружающих ее тварей. А после — только темнота…
— Рей! Проснись! Рей!
Я рывком вернулся в реальность, отмахиваясь руками от фигуры, что сидела на краю кровати.
— Идиот! Хватит драться! — донеслось от фигуры, и я наконец-то рассмотрел перед собой Отавию. — Ну и вонь стоит… Ты опять палишь дурман?! Что тебе говорила Витати?!
— Я хочу спать... — ответил я принцессе, усаживаясь на краю постели и разгоняя ладонями по затекшему лицу кровь.
Дико болела голова, будто бы меня на самом деле размазали по каменистой пустыне, как в моем сне…
— Ты нас всех подводишь, Рей! — с упреком продолжила Отавия. — Нам надо съехать в свои комнаты, а лучше снять целый дом, но ты единственный мужчина в нашей группе, который может этим заняться. И с капитанами когда ты в последний раз встречался?! Я что, застряну на Лаолисе? У нас куча дел, а ты прожигаешь накопления тут, во всех смыслах!
— Серебро не проблема… — хмуро ответил я.
— А твой дурман — проблема! — продолжила принцесса. — Витати, как я понимаю, как обычно прячется от проблем, думая, что все разрешится само собой, но ты!..