Хроники Династии Риинер
С появлением лечебницы вести об эпидемиях стали добираться быстрее, и герцогиня, пользуясь своими иномирными знаниями, несколько раз помогала остановить болезнь в рамках одного села или пары деревень. Однако, все это было там, где действовала магия, где можно было вызвать на подмогу окрестных Травников, спросить совета у более опытных с помощью голубиной почты или магического вестника. Здесь же правители и десяток воинов остались одни.
Первым делом, убедившись, что жену никуда отправить не получится, герцог послал по паре воинов в соседние деревушки. Герцогиня пошла с обходом больных, велев сначала остальным воинам позаботиться о животных. Старая Травница ковыляла возле нее, сильно припадая на правую ногу. Из разговора с ней Рита поняла, что кроме оглушающей слабости болезнь себя никак не проявляет.
Люди так слабы, что старухе приходилось держать младенцев у груди матерей, только дети могут нормально есть, по сути, умершие старики умерли от голода. Покачав головой, Маргарита спросила, есть ли Травицы в других деревушках, оказалось, что нет. Возможно, там уже и живых нет, поняла герцогиня.
Что же делать? Остаток дня, ходя из избы в избу, воины и женщины поили больных парным молоком и теплым бульоном, некоторые безучастно лежащие люди уже не могли глотать, и только дети немного оживлялись, увидев новые лица. На закате герцогиня отослала уставшую старуху спать и выйдя на крыльцо общинного дома, где решено было остановиться присела по давней привычке на ступеньку.
Над головой сияло яркими всполохами небо, руки и ноги гудели от нагрузки, в голове не осталось ни одной мысли. Из домика вышел муж, присел рядом, обнял горячей рукой – я и не заметила, как замерзла.
– Что можно сделать?
– Не знаю. Болезнь магическая, но в этом месте не действует магия!
– Кроме твоей.
– Кроме моей магии крови.
– А почему?
– Потому что я из другого мира… Опять Наблюдатель? Но ведь он живет в столице и доклады о его жизни Рас получает каждую неделю!
– Рита, я вообще не уверен, что тот, кто живет в столице – Наблюдатель. Вран поежился. В плену, я многое видел, не все понимал, я не маг, но видел много. И я видел, как адепты учились передавать свою личность человеку. Они учились на живых людях, придавали им свою внешность, вкладывали свои желания или мысли, называли их «подопытными» и это было страшно. Иногда эти люди, на которых учились, сходили с ума, пытаясь содрать с себя чужую личину. А иногда полностью принимали. И это было еще страшнее.
– Но если есть возможность, что Наблюдатель на свободе, а магия работает в месте без магии – значит, он жив и что-то затеял? Зачем ему смерть этих деревень?
– Давай подумаем вместе. Его сеть разрушена, адепты захвачены, вернуться он, наверное, не может…
– А может и не хочет, хмыкнула я.
– А может и не хочет, Кивнул муж. Так что ему может понадобиться в наших землях?
– Месть?
– Для мести уничтожение трех отдаленных деревушек маловато.
– Ресурс?
– Что это?
– Возможно, он копит силу для чего-то, о чем мы не знаем?
Тут мне стало страшно, я поняла, что, скорее всего, угадала. Вот почему люди еще живы – он тянет из них силы для чего-то очень большого и для него важного? Хочет вернуться домой? Убить нас? Или просто выбросить из этого мира меня? Мороз так прошел по коже, что Врана шатнуло.
– Что? Спросил он, требовательно заглядывая в глаза.
– Нужно подумать, как он сумел наложить заклятье сразу на три деревни.
– А что бы сделала ты?
– Отравила колодцы…
Стукнув себя по лбу, я все поняла – Травница не просто уходила из деревни, она пила другую воду – из лесного ключа, а к ее возвращению зелье в воде распалось, позволив, однако захватить заклинанием всех жителей. Вскочив, я готова была бежать и что-то делать, но муж мягко усадил меня обратно:
– Что нужно сделать?
– Кормить и поить, пока я не придумаю, как убрать заклинание. Нужна бы конечно помощь, но мы далеко от замка, попробуем справиться сами.
Всю ночь герцогиня ходила вокруг дома, соображая, как можно снять заклинание, и не убить при этом людей. Воины – посыльные вернулись, сказав, что в других деревнях то же самое – все лежат, но и там нашлись помощники – охотник, вернувшийся из леса и маленькая девочка с бабкой, ходившие в гости к родне, да заплутавшие дорогой.
Тесто становилось все более упругим и гладким, вот уже совсем перестало прилипать к рукам. Оторвавшись от стола, Маргарита заглянула в печь – хорошо, огонь еще только разгорелся, тесту понадобиться время, что бы подойти на теплой печке. В кустах малины под окнами шевеление стихло, уползли, наверное.
К утру и нежному розовому рассвету решение было найдено – сразу оборвать нити нельзя, значит нужно приготовить зелье на крови герцогини, которое отсечет нити, но не сразу. Засев за стол у одинокой свечи Рита долго подбирала ингредиенты, и когда солнце выплыло из-за ближайшей горушки, составила список растений для добавки в зелье и условия их максимальной эффективности. Перечитывая усмехнулась – муки добавить, хлеб получится…
О, а это и есть решение! Пища усваивается медленнее воды, значит, обрывание связи будет растянуто во времени, что ж дело за малым, испечь хлеб. Лениво потянувшись, герцогиня стала раздумывать, кому бы поручить сие ответственное мероприятие, как из комнат потянулись мужчины – выспавшиеся, отдохнувшие, бодро улыбающиеся и приветствующие свою госпожу. Вот тут Рита и ощутила, что мантию она не меняла уже несколько дней, что глаза красные и воспаленные, волосы сбились в колтун, и вообще, пора кого-нибудь побить, или пойти поставить тесто для лечебного хлеба!
Аккуратно вылепленные булки лежали на гладких деревянных досках, чуть присыпанных мукой, и мерно дышали пузиками поднимаясь. Приподняв льняное полотенчико, герцогиня поумилялась и еще раз заглянула в печь – пора! Каждая булка бережно перекладывалась на широкую деревянную лопату, и «съезжала» на чисто выметенный под печи устланный капустными листьями. Слегка брякнула заслонка. Можно выпрямиться и вымыть руки, часа полтора лучше не заглядывать. Оправив косынку, Маргарита вышла на крыльцо, и негромко сказала в сторону ближайших кустов:
– Выбирайтесь, я успокоилась. Соберите хоть яиц, да молока, я вам омлет пожарю. Кусты зашевелились активнее, и из них вылетел явно от дружеского тычка молодой парень – самый юный воин в отряде. Герцогиня по-матерински его опекала, и хитрые старшие товарищи решили не вызывать огонь на себя. Опытные, подумала Рита, вспоминая, как однажды разгневавшись, не удержала огненную стихию – и спалила все шелковые вещички в радиусе пятидесяти метров. Мало того, что ее служанки едва не лишились волос и чулок, так еще и у всех стражников штаны попадали – в воинском облачении все шнурки для прочности делали из шелка.
– Вот и хорошо, Шотиэ, возьми корзинку и сходи в курятник, а вы бездельники, молока принесите, скоро пойдем больных лечить. Шуршание в кустах прекратилось, и вскоре раздалось мычание удивленных коров.