Хочу тебя наказать (СИ)

— Ну, и что? Отписала? — как бы между делом интересуется Глеб.
— Как бы я смогла, если доверенность оформлена на тебя, — я посмотрела на него так, что никто из нас не в силах был взгляд отвести, — я думала, что это ты сделал, раз меня освободили…
Глеб, казалось, перестал понимать, где я играла, а где правду говорила. Но это сейчас и не было важным, главное, чтобы мне Заур верил.
— Ясно, ясно. Это не ты, — я сделала театральный жест рукой. Намеренно привлекая внимания к этой части тела. Надеялась, что мужчина обратит внимание, — ты явно выбрал деньги, а не меня…
Я видела, как в его глазах промелькнула боль, но говорить он ничего не стал. Я бешено в этот момент жестикулировала, изображая раненые чувства.
— Откуда у тебя этот браслет? — Глеба словно током пробило, он аж на месте подскочил, — когда тебя похищали, у тебя такого не было.
Черт! Как же мне соврать правдоподобнее для Заура и разоблачительное для Чернова? Глеб сам пришел мне на помощь, а теперь я тратила драгоценные секунды на то, чтобы придумать что-то.
— Нашла под топчаном, в клетке, где меня держали, — произнесла без тени улыбки, — наверное, досталось от прежней жертвы…
— Сними, — приказ.
— Нет! — слишком резко и категорично, — никогда не сниму. Долго носить буду. Чтобы воспоминания об этих ублюдках не меркли, — смотрю ему прямо в глаза, а потом добавляю, — я бы даже комплект для него приобрела… у меня есть потрясающая идея: я сейчас в душ, а потом мы с тобой едем в ювелирку.
Возражения я была не готова принять хотя бы потому, что у меня возник план. Это на случай того, если Чернов вот вообще ничего не понял…
— Хорошо, — быстро соглашается мужчина.
Я придумала предлог как выехать из дома, но этого мало.
— А у тебя охрана вообще осталась? — закусила губу, сильно нервничая, — а то я помню, когда последний раз под твою ответственность в город выбиралась…
— Алиса, — пусть он думает, что я его обвиняю в чем-то, но это далеко не так.
— Если ты не в состоянии меня защитить, то я не против подумать о самообороне, — в моей голове возникает план.
— Я усилю твою охрану, — говорит Глеб, явно разглядывая мое запястье.
— Это да, — киваю и улыбаюсь, стараюсь звучать как можно более беззаботно, — но, когда и этих повяжут или повалят, я хотела бы сама дать отпор.
— И что ты предлагаешь? — он наклоняется чуть ближе и смотрит на меня в упор.
Я знаю, где расположены камеры, он понимает, что звук пишут, поэтому просто киваю ему за спину, а он кивает мне в ответ. И все, больше мы никак не выдаем, что понимаем друг друга без слов. Разыгрываем и подыгрываем друг другу. Понимаем явно не все, потому что все просто так не скажешь, чтобы быть неувиденным и неуслышанным. Но на нашем интуитивном уровне нам и гляделок хватает.
— Я хочу, чтобы ты научил меня стрелять, — вроде бы ничего такого, учитывая ситуацию, но у меня есть план.
— Когда? — Чернов не спорит. Надеюсь, что понимает.
— Сейчас…
— Поехали, я знаю где можно…
— Только не по консервным банкам же, — натянуто улыбаюсь, опасаясь, что он меня не так понял.
— Нет, — отрицательно качает головой, — это, конечно, не полигон, но и не простой тир.
 
После чего мужчина резко разворачивается, показывая всем видом, чтобы я шла за ним.
Иду.
— Гуляев, — зовет начальника охраны, а я только губы поджимаю, — вези нас в «Куйбышево».
Начальник охраны смотрит на нас с подозрением, больше на меня, естественно. И когда я выдерживаю взгляд, он кивает. Недоволен, но мне плевать. Пока что я ничего не сказала и ничего не нарушила. Врать даже не придется на этот счет.
Гуляев вызвался сам вести машину, аргументировав это нашей же безопасностью. Не верит мне, тварюка. Контролировать все хочет. Постоянно косится на нас в зеркало заднего вида, а я сижу далеко. Не придраться. Даже в сторону Чернова не смотрю ровно до тех пор, пока машина не останавливается возле большого деревянного здания где-то в чаще леса.
Мне все меньше и меньше нравится «Куйбышево» и я надеюсь, что Чернов понял меня правильно.
— Приехали, — у начальника охраны рожа такая, будто он мне шею сейчас свернет. Но повода пока что нет. Я его дам минут через двадцать, сразу как получится осуществить мой план.
— Пойди договорись, — кидает ему Глеб.
— По инструкции не положено, — нарушение субординации, но Гуляев отказывается. Может Чернов просто хотя бы за это возьмет и вырвет ему кадык. Этот мужик меня достал, честное слово. Судя по выражению лица Глеба, его тоже.
Но, блин, смеюсь. Чернов, наверное, сам инструкцию согласовывал, поэтому сейчас мы все вместе заходим в дом. А там…
Оружейная.
Подходим к стойке. Все показываем удостоверения личности. Нам без лишних слов выносят оружие и патроны.
Пугающего вида бородатый мужик ведет нас закоулками, пока мы не выходим в огромной помещение, словно из кинофильма. Куча дорожек. Отдельные звукоизолированные кабины. И цель впереди.
— Пойдем, — кивает мне Глеб на ту, что посередине. И я послушно иду. Гуляев рыпается за нами, но Глеб пригвождает его взглядом к месту.
— Стой на стреме, — и плевать, что охранник недоволен. Его мнение Чернова волнует меньше всего.
В кабинке мне реально страшно. И не потому, что передо мной смертоносное оружие, которое я раньше в руках не держала. А потому что это мой единственный шанс.
— Сколько патронов?
— Шесть, — черт! Значит у меня всего шесть попыток.
— Я готова, — хватаюсь за пистолет и еле-еле поднимаю его в руках. Непривычно тяжелый, в одной не удержу.
— Тогда смотри и запоминай, — Чернов наклоняется и начинает мне что-то рассказывать. Но мне плевать. Он прислоняется своей щекой к моей щеке и направляет пистолет вперед. Не дожидаясь команды, я стреляю.
— Браслет с прослушкой, — первый выстрел. Звук разрывающегося патрона глушит все вокруг.
— Кабинет без камер, — второй выстрел. Я чуть не глохну, но надеюсь, что мужчина меня слышит.
— Гуляев крыса, — третий.
— Хотят отравить, — четвертый.
— Услышал? — пятый. Переспросила, потому что не была уверена. На что Глеб молниеносно сжал в захвате мои руки. Вроде как продолжил помогать удерживать оружие, но я поняла его ответ.