Хочу тебя наказать (СИ)

Нельзя показывать, что я с замиранием сердца жду что он скажет. Нельзя выдавать волнения.
— Решил проверить тебя в действии.
Сердце пропустило удар. Мне не послышалось? Это значит, что меня выпустят? Что я больше не буду находиться в этом чертовом доме? Это значит, что уже очень скоро я смогу увидеть Глеба? Прикоснуться к нему?
— Но если ты вздумаешь меня обмануть, если ты начнешь вести двойную игру….
С каждым словом он приближался ко мне и мне становилось жутко до одури.
— Я лично пущу пулю в твой лоб.
В этот момент он прикоснулся пальцем к моему лбу, наверное для того, чтобы я понимала, что он не шутил?
— Я не подведу.
Сказала так и не отведя взгляда от его глаз.
Я и вправду не подведу, сделаю все, чтобы ты мразь надолго меня запомнила.
— Ты ведь не думаешь, что я поверю тебе на слово? — усмехнувшись он отошел от меня и протянул руку к одному из амбалов.
Тот дал ему маленькую коробочку, которая привлекла мое внимание. Что в ней?! Что он, черт его возьми, придумал?!
— Здесь то, что поможет мне следить за каждым твоим шагом. Помимо того, что мой человек не будет спускать с тебя глаз.
— А здесь…
Он протянул вторую руку и в ней через секунда оказалась другая коробочка другого цвета.
— Здесь то, с помощью чего ты убьешь своего опекуна.
Сжав дрожащие от страха пальцы в кулаки, я с ужасом посмотрела на вторую коробочку.
Я не знала, что там находилось. Но судя по тому, как страшно улыбался Заур, я поняла, что ничего хорошего меня не ждет.
Я сидела в машине Заура и нервно теребила браслет на руке, который мне дали сегодня утром и сказали, что в него встроена прослушка, а это значит, что теперь каждое мое слово будут слышать.
Да, на это я совершенно не рассчитывала. И если честно, то я боялась того, что будет.
Если они все еще не знали о ребенке, значит Глеб не распространялся об этой информации. Потому что начальник охраны уже бы давно об этом доложил.
Но какие были шансы, что, увидев меня в заброшенной доме, всю грязную и измученную он первым делом не спросит о ребенке?
Если эти твари о нем узнают, они сразу будут бить по самой больной точке, а я не готова подставлять нашего малыша. Не готова делать его мишенью. Я должна его защитить.
Меня одели в лохмотья, измазали всю в какой-то саже и грязи. Если честно, то я могла бы прям сейчас в таком виде пойти просить милостыню и создать не хилую конкуренцию на вокзале бездомным.
Я молча выполняла все что мне говорили. Я боялась, что он может передумать. Боялась, что все отменится в самый последний момент, что что-то может пойти не так.
— Чернов уже мчит сюда со скоростью ветра, — с противной улыбкой на губах произнес тот ублюдок, — не разочаруй меня девочка. Ты знаешь, что должна ему сказать.
— Я не видела лиц, слышала только голоса, у меня постоянно были завязаны глаза. Я ужасно боялась и молилась, чтобы мне ничего не сделали…
Я повторила все, что он твердил мне все утро. Я запомнила каждое слово.
— Молодец, — его глаза опустились на браслет на моей руке, — не вздумай его снимать. Его можно даже мочить, так что в душ будешь тоже ходить с ним. И не забывай про моего человека, за тобой следят, девочка.
 
— Я все помню.
Наконец-то этот ублюдок развернулся и пошел на выход. Я думала, что не дождусь этого момента.
Когда я услышала, что его машина отъехала, я негромко выдохнула.
Осталось дождаться только Глеба. Господи, прошу, пускай все это будет правдой, пускай он только приедет. Господи, умоляю тебя.
Подойдя к стене, где лежал матрас, я опустилась на него, поджала по себя колени и обняла их руками.
Сердце выпрыгивало из груди от переживаний. Я очень сильно боялась. Боялась, что что-то может пойти не так. Мне казалось, что очень легко у меня получилось уговорить Заура.
Боялась, что я могла быть просто мишенью, просто поводом, чтобы выманить Глеба на нужную им территорию. А после….
Как только эта мысль пришла мне в голову перед глазами все поплыло. Нет. Нет. Этого не может быть.
Подорвавшись с матраса, я уже хотела бежать из этого дома. Паника охватила меня настолько сильно, что я уже не соображала.
Я успела пробраться к выходу, как увидела, что к дому подъезжала машина. Я прежде никогда ее не видела. И от этого я испугалась еще сильнее. У меня перехватило дыхание, казалось еще немного и я потеряю сознание.
Машина затормозила так резко, что я зажмурилась от дикого визга.
А после… После я увидела Чернова, который выбежал из машины и несся ко мне на такой скорости, что казалось он взлетит.
А я.… я впивалась в него глазами. Исследовала каждый миллиметр его лица. Мне казалось, что все это не правда. Я так сильно хотела его увидеть, так сильно хотела ощутить его запах. Прикоснуться к нему, что мне уже казалось мой мозг выдавал желаемое за действительное.
— Алиса!!!
Он кричал, а я не понимала почему, перед глазами все плыло, ноги стали ватными, а после…
Я помню лишь то, что я начала падать, перед глазами было темно. Но я не упала на пол, я приземлилась на что-то другое.
— Моя девочка, как же долго я тебя искал…
Прозвучало прямо над моим ухом.
Я не сразу понимаю, где я нахожусь. Трудно открыть глаза, такое ощущение, что веки настолько тяжелые, что мне никогда их не поднять.
Я слышу лишь как что-то пищит. Противно, громко, и от этого открыть глаза хочется еще сильнее. Посмотреть, что так сильно действует мне на нервы.
Я делаю первую попытку, но стоит лишь слегка приподнять веки, как свет ослепляет, и я тут же зажмуриваюсь.
— Как она? — слышу голос, который узнаю из тысячи. Голос, от которого моё сердце в груди начинает биться как сумасшедшее, а дыхание сбивается ко всем чертям.
— Глеб…
Разлепляю губы, зову его. Поверить не могу, что он рядом. Мне же не показалось, что я слышала его голос? Не показалось?
— Как видишь пришла в себя. — Слышу еще один голос. Мужской. Не знакомый и тут же напрягаясь.
Делаю еще одну попытку открыть глаза. И у меня получается. Щурюсь от яркого света, но все же открываю.
— Тсс…