Хочу тебя наказать (СИ)
Чем Глеб Чернов, состоящий из плоти и крови, который в этот момент стоял передо мной. Человек из моих кошмаров. Монстр, который преследовал меня в последнее время.
Мой опекун…, от которого я думала, что навсегда избавилась еще минуту назад.
— Мистер Ян, — какие-то гориллы в костюмах обращаются к моему мужу, — просим вас проследовать за нами. Мы из эмиграционной полиции. У нас выписан орден на вашу депортацию. Вы нелегально находитесь в стране последние два дня. Срок действия вашей визы приостановлен.
— Что это значит? — в такт звучат наши слова. Что у меня, что у него с истеричными нотками.
— К вам у нас вопросов нет, — сказал один из мужиков, когда я в растерянности смотрела как Яна запихивали в какой-то тонированный автомобиль.
— Зато у меня есть. Куча даже, — теперь и меня уже потащили в другую сторону и пока я вяло сопротивлялась, пытаясь прийти в себя, Глеб усадил меня в салон своего авто, заблокировав двери сигнализацией, — и когда ты собиралась мне рассказать? Не собиралась же… да? И что бы было, если бы я не помешал? Ты хоть понимаешь, что творишь, идиотка?
Он не сдержался… все, кроме последнего предложения, было сказано так спокойно, словно Чернов издевался. Но последние слова показывали истинную его сущность.
И я понимала, что ничего хорошего от него мне ждать не придется.
Если он приехал за мной сейчас, то он много чего знал. Оставалось выяснить… что именно?!
Сжав подрагивающие от ужаса пальцы в кулаки, я попыталась взять себя в руки.
— И куда ты меня везешь? — спросила холодно, глядя прямо перед собой.
— Поговорить, — сказал так, словно это само собой разумеется.
И конечно же моего мнения никто не собирался спрашивать. Ему нужно было поговорить и его не волновало — хотела этого я или нет. Впрочем, как и всегда.
— Мог бы просто позвонить, — не выдерживаю и перевожу взгляд на мужчину, — не было необходимости в твоем эффектном появлении. Я не оценила.
— Ты бы не взяла трубку…, - и правда бы не взяла. Я бы даже наоборот, если бы знала его номера — все бы заблокировала, к чертовой матери.
— Я и так не взяла трубку, — улыбаюсь снисходительно, — думаешь, что я не знаю кто мне звонил несколько дней назад?! Но, Чернов, откуда такая уверенность в том, что, если я с тобой по телефону не захотела разговаривать, я буду разговаривать с тобой в живую?!
Мысленно, про себя добавила “после всего, что сказал мне ты при нашей последней встрече”.
— Ты, как и два месяца назад, так и сейчас будешь делать все то, что я тебе скажу! — Меня просто поражает та уверенность, с которой он это все говорит.
— Как послушный кролик? — наигранно наивно похлопала глазами, изображая дуру.
— Как послушный кролик, — кивнул он мне в ответ. Просто для того, чтобы не спорить.
— Нет, не буду, — я собираю всю волю в кулак, чтобы ему противостоять. У меня осталось не так много храбрости и мужества, но ради маленькой жизни внутри меня постараться стоит.
— Это еще почему? — кажется, Чернов не воспринимает мои слова всерьез. Его вопрос звучит с издёвкой. Он просто издевается. Показывает этим, что ему плевать на то, что я скажу. Но если мне хочется, то он дает мне возможность выговориться.
Скотина! Сволочь! Подонок!
— Потому что теперь я живу в другой стране…, - я делаю театральную паузу для того, чтобы продолжить перечислять дальше, — там, куда отослал меня ты. Потому что я только что вышла замуж…
— Брак признают недействительным, — всегда сдержанный Глеб вдруг перебивает мой монолог, но я все равно продолжаю. Не ведусь на провокации. Не обращаю внимание на его слова. Вернее, делаю вид, что не обращаю. Потому что на самом деле это человек просто так слов на ветер не бросает.
Даже не хочу думать почему он примчался. Зачем прервал свадьбу. Для чего ему это все было нужно. Мне плевать. Мне должно быть плевать!
Делаю глубокий вдох и продолжаю.
— Я выйду за него замуж еще раз. — Глеб глубоко вздыхает, и я вижу, с какой силой он сжимает руль, и все равно продолжаю, — потому что я не собираюсь возвращаться назад. Потому что между нами все кончено, — пытаясь справиться с эмоциями, я не замечаю, как мой голос начинает предательски дрожать, а темп речи ускоряется. Выдает на сколько я нервничаю. Но все же я выдаю свой решающий аргумент. То, ради чего я терпела Глеба изначально, — и мне не нужны отцовская фирма и деньги…
Кажется, это его изумляет. Чернов не может, хоть и старается, скрыть удивление. Маскирует это ухмылкой, но я научилась подмечать детали.
Нас больше ничего не будет связывать. Никогда.
И моя рука машинально прикасается к животу. Как будто напоминает о том, что у меня уже есть то, что всегда меня будет связывать с этим мужчиной.
Убираю руку и встряхиваю головой, чтобы прогнать эти мысли. Этот ребенок всегда будет только моим. Моим и больше ничьим.
— И на что же ты будешь жить?
— Тебе то какая разница? Вообще не пойму почему тебя вдруг стала волновать моя жизнь на столько, что ты подорвался и прилетел ко мне на свадьбу. Знаешь ведь, я таким гостям не рада, — я отвернулась к окну и закусила палец. Это помогало мне справиться с нервами.
— Ты научишься мне радоваться…, - прозвучало как-то странно и непонятно, — как когда-то…
— Это вряд ли, — усмехнулась, видя свое отражение в окне, значит и он тоже видел, если смотрел в мою сторону, — это вряд ли… Да и зачем это тебе? А вообще, давай оставим эту скучную тему и поговорим о тебе… Как дела у Светочки? Когда ждете пополнение?
— Что? — рык мужчины проносится по машине.
— Высади меня где-нибудь здесь, — проговорила как можно спокойнее, хотя уже примерно представляла куда именно мы едем.
Лучше так, чем брать грех на душу. Потому что мне, если честно, сейчас больше всего хотелось потянуться в сторону мужчины и из его кармана на груди достать Паркер и всадить ему куда-то в область шеи.
Я был беременна. Мне было можно. Меня бы даже в суде оправдали, если бы я сослалась на состояние аффекта.
Все это время ответом на мою просьбу была тишина. И только когда я начала дергать ручку двери, когда машина все еще ехала, Чернов подал признаки жизни.
— Мы возвращаемся, Алиса…, - он словно приговор мне огласил.
А ведь так оно и было. Новости хуже за последние несколько месяцев я и не слышала. Вообще, кстати, только Глеб Чернов приносил в мою жизнь новости одну хуже другой.
— Я никуда с тобой не поеду, — хотела звучать как можно решительнее, потому как именно так себя и чувствовала, но в итоге вышло менее уверено, чем я представляла это в мыслях. А все потому, что мне стало плохо.