Моя неземная (СИ)

— Разрешит, — беспечно махнула рукой Юля, — у меня повод есть.
— Ну ладно… А все-таки, куда делась твоя няня, почему она вдруг ушла?
— Потому что она начала себе слишком много позволять, — она явно процитировала отца, — И еще она меня обидела, назвала плохим словом!
— Ужас какой, — пробормотала я. Это же какое плохое слово, что ее тут же без объяснений выставили из дома? Да и как вообще можно ругаться при ребенке?
— Да! — поддержала меня Юля, — сказала, что я мерзкая избалованная девчонка. При папе! Хотя раньше она была добрая и веселая.
Вот это промах. Кому понравиться, если так твоего ребенка назовут. Я бы тоже попросила на выход такую няню. Как по мне, Юля действительно была несколько избалована — в ее голове иногда проскальзывали капризно-повелительные нотки человека, который привык, что ему все разрешают. Но я думаю, что это именно вина всех нянек-сиделок, а не отца, который, наоборот, пытается держать ее в рамках — это видно по его отношению. Только вот нет у него времени, видимо, чтобы вплотную заниматься воспитанием дочери. В любом случае нельзя говорить ребенку в лицо, что он избалован, ни к чему хорошему это не приведет, а вот мягко направлять, показывать, что можно, а что нельзя.
— Еще она к папе приставала! — закончила Юля свою исповедь по поводу предыдущей няни.
— Оу, — глубокомысленно протянула я, не зная, что ответить.
— Прямо по-взрослому приставала! У него было испуганное лицо! — ребенка понесло.
— Я поняла-поняла! — замахала руками, — но твой папа ее уволил, так что теперь ему ничего не угрожает, ведь так?
Юля задумалась, а потом утвердительно кивнула головой.
— Ну и замечательно, давай мы с тобой закончим торт, а то скоро уже спать ложиться пора, — на часа была половина восьмого.
Торт, наверное, получился дико сладким — и крем, и шоколад сверху, и еще мармеладками Юля все это дело украсила. Я отправила наше трехкилограмовое чудо — взвесила на кухонных весах, потому что было интересно — в холодильник, сварила нам пельмени, отправила Юлю есть, а сама по-быстрому начала убирать кухню. Удвоилась так, что к десяти мне самой хотелось лечь в кровать и отрубиться, хотя обычно я сидела до поздней ночи. Тяжела работа няни. Хотя, наверное, уборкой занимается какая-нибудь проходящая женщина, но оставлять такой развал на кухне мне совесть не позволила.
— Но мы не успели с тобой даже мультик посмотреть! — запротестовала Юля, когда я отправила ее мыться.
— Твой папа сказал, чтобы ты была в кровати в десять, — я была неумолима.
— Ты скучная, — разочаровано протянула девочка.
— А еще я устала очень. Давай мы с тобой завтра обязательно посмотрим что-нибудь?
— Ладно, — нехотя согласилась Юля, — но помни, ты обещала!
Еще через сорок минут, уложив, наконец, ребенка спать, я поплелась в выделенную мне комнату. Неожиданно для себя обнаружила стоящий на кровати рюкзачок со своими вещами, который я обычно ношу на работу. Ну спасибо, Андрей Юрьевич, я уже думала завтра деньги на маршрутку у него одалживать, что было бы совсем неловко. Мог бы и сказать, что прихватил рюкзак с собой, а то пока мы ехали, я вся извелась — не люблю оставлять документы и кошелек без присмотра. Кстати. Открыла молнию и достала длинную немного помятую майку — я всегда возила на работу сменную верхнюю одежду, потому что иногда, по моей неуклюжести, случалось так, что я могла случайно чем-нибудь заляпать свои вещи. Так что сейчас мне моя предусмотрительность помогла — спать голодом в квартире шефа я бы не смогла, даже учитывая, что на данный момент его в ней не было. Но мало ли, он же не говорил точно, когда завтра вернется.
Открыла первый ящик тумбочки и тут же смущенно задвинула его обратно. Интересный у вас набор для гостей, Андрей Юрьевич. Хотя, может, это не гостевая спальня? Окинула еще раз внимательным взглядом комнату — двуспальная кровать, стеллаж с книгами, большой шкаф, стоящий в углу рабочий стол, стул. Осторожно открыла одну створку шкафа, обнаружила там мужские вещи, закрыла. Ну и как этот понимать?
 
Зачем он поселил меня в собственную спальню? Когда Юля показывала мне квартиру, я точно видела по крайней мере одну гостевую комнату. Может, это я перепутала? Да нет, все правильно, слева от Юли, да и рюкзак мой тут стоит. Что за непонятные шутки? Ладно, не буду же я устраивать сейчас сцены, да и некому — Юля уже спит и вообще не при чем. С опаской открыла второй ящик тумбочки и с облегчением вместо презервативов обнаружила чистые полотенца. Нашла ванную, быстро помылась, с трудом подавив желание проинспектировать мужской шампунь и гель для душа — было интересно — и вернулась обратно в комнату. Постельное белье ничем не пахло, значит, чистое. Может, просто шеф в спешке перепутал комнаты?
Ночью ко мне пришла Юля. Сквозь сон я почувствовала, как кто-то устраивается мне под бок и что-то тихо бубнит. Интересно, а где ее мама?
  
Глава 11
 
Утро началось с того, что Юля со всей дури заехал мне по лицу. Я, не сообразив, что к чему, испугалась и сверзилась с кровати.
— Папа? — надо мной показалось заспанное лицо, — Ой, Марго, прости.
— Ох, доброе утро, — прокряхтела я, потирая ушибленный копчик, — Не пугай так, пожалуйста.
— Я забыла, что папа уехал, я к нему иногда прихожу ночью, когда мне кошмары снятся. И я не хотела тебя бить, извини, — виновато проговорила Юля.
— Ладно, чего уж там, — махнула рукой, — меня тут вообще не должно было быть, мне кажется, твой папа вообще перепутал, когда сказал, в какой комнате ночевать. Давай вставать, раз уж проснулись.
Часы показывали половину девятого, что заставило меня грустно вздохнуть — обычно в выходные я валялась в кровати до победного.
— Ну что, по пуску торта? — предложила я, пройдя на кухню и ставя чайник.
— Давай! — обрадовалась Юля, ей явно нравились такое начало дня.
Вскоре мы сидели в гостиной на широком диване перед огромной плазмой и выбирали, какой мультик будем смотреть. Остановились на "Как приручить дракона". Подумать только, почти десять лет прошло с выхода первой части этого мультфильма — как же быстро летит время.
Мы пили чай, ели торт смотрели мультик, перебрасывались ничего не значащими фразами и ничего не предвещало беды, пока нашу идиллию не нарушил Андрей Юрьевич.
— Вижу, у вас все замечательно, — прозвучало несколько саркастическое где-то над ухом.
Я подняла голову от телевизора и встретилась взглядом с шефом, который стоял, облокотившись на спинку дивана и смотрел на нас.
— Папа! — традиционно кинулась мужчине на шею Юля, с меня по пути из моих рук кружку с чаем, который, конечно же, тут же оказался на моей футболке. Я еле сдержалась, чтобы не чертыхнуться. У меня назревала огромная проблема.
— Па, только ты на Марго не ругайся, что она без штанов, просто она вчера испачкала их, пока мы готовили, — прощебетала Юля, вообще, видимо, не заморачиваясь.
— По твоей вине она сейчас и без майки осталась, — поддержал разговор Смольный, и мне захотелось срочно провалиться куда-нибудь на несколько этажей пониже.
— Ой, — вполне ожидаемо выдала Юля.
Ну что мне делать? Мои ноги были укрыты пледом, встать, не сверкнув трусами, у меня бы не получилось, джинсы сушатся в ванной и вряд ли высохли, потому что я постирала их сегодня утром, а не вчера — слишком устала. Эх, зря я поверила Юле, которая уверяла меня, что папа раньше четырех точно не вернется. И вот пожалуйста, половина первого, а он тут как тут: стоит и чему-то ухмыляется!
Я только открыла рот, чтобы потребовать прекратить издеваться, как он выдал невероятную фразу:
— Могу одолжить какую-то свою футболку. Думаю, она не будет слишком коротка.
Отлично, шеф предлагает мне свою одежду. Вот это у нас отношения бурно развиваются — нервно подумала я про себя. Но что делать? Моя майка, пропитанная Юлькиным чаем с сахаром — хотя, это, скорее, был сахар с чаем — неприятно липла к телу, и у меня уже начала чесаться кожа. Ладно, соглашусь, потом быстро побегу до спальни, натяну свою вчерашнюю кофту, джинсы, думаю, они хоть чуть-чуть, но подсохли — и до свидания!