Три недели другой жизни 2 (СИ)

Глава 36
Матвей смотрел на своих детей через огромное окошко в реанимации. Такие маленькие, такие беззащитные, такие родные!
Еще утром он считал, что их нет и не будет, что Аня потеряла детей, а сейчас был оглушен своим счастьем, наполнен им до краев! Жена спала после тяжелых родов, он был и у нее, просидел несколько часов, наблюдая, как облегченно и расслабленно она дышит во сне, давил в себе желание сгрести ее в охапку и, глубоко зарывшись в волосы, вдыхать ее родной запах! Даже за руку боялся взять, чтобы не потревожить ее хрупкий сон. Смотрел на это бледное и осунувшееся лицо — и не мог наглядеться. Как же он ее любил! Он ни разу не роптал, вспоминая обо всех испытаниях, что выпали на его долю, лишь жалел, что не был рядом этот последний важный для их семьи месяц. Ну ничего, теперь он здесь, на том самом месте, где и должен быть, возле любимой женщины и их детей, которых в один день стало так много! Какой огромной стала их семья! И он надеялся, что впереди их ждут долгие и долгие счастливые годы, проведенные вместе.
Он вздохнул, пожалуй, будет нелегко. Фирмы у него больше нет, а значит, нужно что-то придумывать и срочно искать работу, ведь поднять семерых детей будет непросто. Но именно сейчас Матвей чувствовал какую-то нереальную энергию, готовый свершить что угодно, чтобы его семья ни в чем не нуждалась!
Тихо подошла Маша.
— Поздравляю, Матвей! — улыбнулась она, в ее глазах блестели слезы.
— Спасибо! — с чувством глубокой благодарности произнес он и осторожно, но крепко обнял сестру своей жены. — Ты не представляешь, как я тебе благодарен! За все! И за детей, и за то, что была рядом с ней, пока меня не было рядом! Артем рассказал мне все. Ты ее здорово поддержала! Если бы не все вы, не знаю, как бы мы справились, как Аня справилась бы со всем!
— Мы ни на минуту не сомневались, что ты вернешься, — отстранилась она, разжимая объятия и утирая слезы.
— Спасибо! — заглянул он ей в глаза. — Как ты себя чувствуешь?
— Бывало и лучше, — хмыкнула она. — Все-таки двойня — это нелегко, но я рада, что самое трудное позади!
— Когда вы немного с Анютой окрепнете, мы все вместе сядем и обсудим все, сейчас я пока не в состоянии думать о чем-то, — устало провел он рукой по лицу.
— Это подождет, — положила Маша руку на плечо Матвея. — Знаешь, мы с Аней решили через суд подтвердить свое родство. Виолетта Глебовна уже готовит документы для экспертизы.
— Это же здорово! Ты подарила Ане намного больше, чем просто возможность быть матерью!
— Это вы… — Маша перевела взгляд, наполненный слезами, на детей. — Вы подарили мне целую семью! Ту, которой я давно лишилась… Нет, ту, которой, пожалуй, у меня и не было!
Матвей аккуратно приобнял ее за плечи и тоже устремил свой взгляд на ряд кювезов, расположенных посреди стеклянной комнаты. Две медсестрички ловко управлялись с детьми, попутно что-то записывая в карточках и следя за мониторами, подключенными к инкубаторам для новорожденных…
Чуть позже Маша ушла, сказав, что устала, а Матвей остался все там же стоять, рассматривая своих крох…
***
Матвей сидел на краешке кровати жены, ни на мгновение не выпуская ее хрупкую ладошку из своих рук, иногда поднимая ее и целуя ладонь. Он, по возможности умалчивая о страшных моментах, рассказал ей и Маше о прошедшем месяце. Сестры плакали, понимая, что он щадит их чувства, но не выспрашивая. Теперь все было позади, и Матвей вернулся, а это было самым главным!
— Как же Костя мог так поступить? — вздохнула Аня.
— Не знаю, Солнце, — убрал он нежно прядку с ее лица. — С этим еще придется разобраться, — он вздохнул. — А по всему выходит, что теперь нет у меня фирмы, я — нищий, — он стиснул зубы и устремил взгляд в окно, чтобы жена не заметила мелькнувшую в нем боль.
— Ничего, — накрыла она ласково второй ладошкой его руку. — Мы справимся. В конце концов, моя фирма неплохо раскрутилась, мы получили заказ от огромного интернет-магазина, теперь будем сопровождать все их дела и продажи и получать приличный процент. Дом у нас есть, там уже все работы окончены, — она улыбнулась. — А Маше, по условиям контракта, отдадим нашу квартиру.
 
— Я тоже хотела об этом с вами поговорить, — тихо сказала сестра, молчавшая до этих пор. — Я тут подумала… Мне не надо ничего. Контракт мы можем и изменить — по обоюдному согласию сторон.
— Нет! — хором сказали супруги, а Матвей строго продолжил. — Никто и ничего не будет менять! Квартиру и впрямь можем переписать на тебя!
— Моя сестра не будет скитаться по съемным квартирам! — вторила ему жена. — Дом большой, нам вполне его хватит! А со временем разберемся с дополнительным жильем, сейчас это не главное! И вполне может подождать.
— Ребята, — из глаз Маши вновь потекли слезы. — Вы подарили мне больше, чем эта квартира и все дома вместе взятые! Я уже сказала Матвею, а теперь хочу, чтобы это услышала и ты, — она перевела взгляд на сестру. — Вы подарили мне семью! Ни по контракту, ни по договоренности! Это — самая больная ценность! Никто не смог бы мне вручить подарок дороже, — она громко шмыгнула носом. — У меня теперь есть сестра, куча племянников и дом, где мне всегда рады! Я о подобном даже мечтать не смела! Не вы, а я должна вас благодарить!
Аня послала ей счастливую улыбку.
— Может написать в отзыве этой клинике, что впридачу к детям они дарят еще и сестер?
Все трое рассмеялись.
Глава 37
Первый легкий снег весело поскрипывал под ногами. Аня, Маша, Матвей, Ксюша, Петя и близнецы прогуливались по парку в своем районе с двумя большими колясками. Прошел уже месяц, как мамочек выписали из клиники, и это были первые выходные, когда получилось собраться всем вместе. Большой и шумной веселой компанией они проводили это воскресенье, радуясь яркому, но уже холодному солнцу.
Мамочки везли большие, но при этом удобные большие коляски, старшие ребятишки бежали немного впереди, пытаясь на ходу лепить снежки из мягкого и пушистого снега, а Матвей нес пакеты с продуктами.
Пару недель назад они все заселились в новый большой дом. Как Маша ни упиралась, но сестра с мужем отписали ей квартиру и выплатили все положенные по контракту деньги. Но пока без Маши обойтись не могли, поэтому она жила с ними, неспешно делая ремонт в — уже своей — квартире.
Аня и Матвей продали свои машины и подыскивали комфортный мини-автобус, чтобы всем хватило места. Ловко управившись с мебелью, они с Машиной помощью быстро обставили дом и сделали его уютным.
Несмотря на то, что их стало так много, каждому в этом доме могло найтись свое место, любого, желающего быть услышанным, слушали, с каждым могли поговорить и позаниматься. Но и сами ребята ловко управлялись друг с другом, выбрав негласно лидером Петра. Ксюша была любима и лелеема старшими братьями, а близнецы были счастливы оттого, что у них появилась такая большая семья. Все четверо с удовольствием возились с младшими, выручая родителей.
В доме царили мир, покой, уют и любовь — все, как когда-то хотела Аня, все, к чему стремилась Маша, все, чем дорожил Матвей. По общей договоренности, не обращая внимания на распорядок дня каждого, вечером вся большая семья собиралась за большим столом, ломившимся от вкусного ужина. Очень часто приезжали бабушки, хлопоча либо по дому, либо у плиты, либо воркуя с малышами. Ни Аня, ни Маша не отказывались от помощи, разумно решив, что благодаря таким визитам можно немного времени посвятить и себе, не превращаясь во взмыленную лошадь. Приезжал и брат с семьей, и тогда стены ходили буквально ходуном от игр увеличивающейся банды сорванцов.
Костя же пропал. Видимо, как только он услышал о том, что Матвей нашелся, сразу исчез. Ни на работе, ни дома, ни у девушки последние два месяца он не объявлялся.
Проконсультировавшись с юристами, Матвей пришел к выводу, что вернуть фирму и сохранить при этом спокойную жизнь не получится, сами суды могут затянуться на года, и далеко не факт, что он сможет выиграть, а значит, будет должен и оплатить все судебные издержки. Понимая, что пока не оставит эту историю позади, он не сможет жить дальше и начать что-то новое, Матвей с тяжелым сердцем решил оставить попытки вернуть свою фирму себе в собственность.