Стальной пляж
Бренда начала ужасно нервничать. Она собралась что-то сказать, но я приложила палец к губам и надела маску. Под внимательным взглядом Крикет Бренда последовала моему примеру. Я заранее запаслась эластичными масками, искажающими голос — такие обычно продаются на Хэллоуин. Сейчас я прибегла к ним больше для того, чтобы успокоить Бренду — не думаю, что они были бы нам полезны, если бы всерьёз запахло жареным, ведь камеры слежения при входе наверняка давно запечатлели наши лица. Но она разбиралась в подобных вещах куда меньше моего и даже не задумалась об этом.
Крикет держала руку в кармане с тех пор, как мы вошли в первый коридор. Теперь она потянула её наружу, и я с криком: "Что это там за чёрт?!" — ткнула пальцем ей за плечо. Она оглянулась, а я выхватила из-за пояса один из гаечных ключей и с силой вмазала ей по макушке.
Это сработало вовсе не так красиво, как показывают по телевизору. Крикет рухнула, но тут же приподнялась на руках и потрясла головой. Изо рта её тянулась нитка слюны. Я снова ударила её, на этот раз до крови, но она всё никак не отключалась. В третий удар я вложила настоящую силу — но, как и следовало ожидать, Бренда схватила меня за руку и сбила прицел. Ключ соскользнул вбок и повредил голову сильнее, чем я намеревалась, но самое главное получилось: Крикет осела на пол, как мешок сырого цемента, и больше не двигалась.
— Что вы творите, чёрт вас возьми? — спросила Бренда. Под действием маски её голос стал похож на кваканье жабоящера с планеты Икс.
— Бренда, я же сказала, никаких вопросов.
— Я не собиралась делать ничего подобного.
— Я тоже, но если ты сейчас начнёшь путаться у меня под ногами, клянусь, я сломаю тебе обе руки и брошу здесь рядом с ней.
Она смерила меня взглядом сверху вниз, тяжело дыша, и я засомневалась, смогу ли так уж легко с ней справиться. Мои поединки с разъярёнными женщинами не всегда оканчивались победой, даже если у меня было преимущество в весе. Но она дрогнула и покорно качнула головой. Я упала на одно колено, перевернула Крикет на спину и нагнулась к лицу. Я ощутила её пульс — вроде бы он бился нормально, приподняла веко и проверила зрачок. На этом мои познания в области первой помощи заканчивались, но я убедилась, что жизнь поверженной конкурентки вне опасности. К тому же ей скоро придут на помощь, хотя она этому и не обрадуется. Я подобрала оглушарик, выпавший из её ослабевших пальцев, и спрятала себе в карман. Затем сунула Бренде фотографию:
— Посмотри вон в тех кабинетах и найди нечто подобное.
— Что мы…
— Проклятье, никаких вопросов!
Я проверила четвёртый, самый дорогой воровской инструмент, который работал не переставая с тех пор, как мы проникли в студию. Все лампочки были зелёные. Этот прибор подавлял все активные и пассивные системы, которые могли бы издать крик о помощи вместо семи гномиков на полках. Не спрашивайте меня, каким образом — я знаю только, что если один человек смог придумать замок, то другой обязательно догадается, как его вскрыть. Я заплатила бешеные деньги за информацию о системах безопасности студии, и до сих пор мои затраты окупались. Я обогнула полку и встала между экраном и Советом, чтобы видеть семь знаменитых "говорящих голов", примелькавшихся на телеэкранах с начала начал. Я выбрала самого Верховного Перцера и наклонилась поближе к его чопорному недовольному лицу. Его первой реакцией было попытаться, насколько позволял обрубок шеи, разглядеть, что там сзади меня. Фильм интересовал его больше, чем возможная угроза его жизни! Полагаю, если живёшь в коробке, то поневоле начинаешь довольно-таки фаталистски относиться к подобным вещам.
— Я хочу, чтобы вы сказали мне, каким образом снять вас с полки, не причинив вам вреда, — произнесла я.
— Не трудитесь, — фыркнул он. — Через несколько минут сюда придут, и вы будете арестованы.
Я надеялась, что он блефовал, но никоим образом не могла удостовериться в этом.
— Сколько вы проживёте без этих машин?
Он поразмыслил и сделал движение головой, которое я истолковала как попытку пожать плечами:
— Отсоединить меня легко, просто поднимите за ручку сверху ящика. Но я погибну через несколько минут.
Казалось, эта мысль нисколько не смутила его.
— Если только я не подсоединю вас к одной из этих штуковин, — я взяла у Бренды найденный ею прибор и показала Верховному Перцеру. Он скорчил кислую мину.
Не знаю, как этот прибор назывался, но назначение его было в том, что он позволял голове жить. В нём содержалось нечто вроде искусственных органов — сердца, лёгких, почек и тому подобного — в сильно уменьшенном виде: много ли надо голове без тела? Мне сказали, что он сможет поддерживать жизнь Верховного Перцера восемь часов на собственных ресурсах, а при подключении к медицинскому автомату — бесконечно. По размерам он был таким же, что и ящик для головы, а глубиной — сантиметров десять. Я поставила прибор на пол и подняла ящик за ручку. На мгновение Перцер забеспокоился. Несколько капель крови упали на полку. Я разглядела там лабиринт металлических игл, пластиковых трубок и воздуховодов. Подобный же рисунок складывался и на поверхности переносного устройства, так что невозможно было подсоединить голову неправильно. Я установила ящик на систему жизнеобеспечения и надавила книзу.
— Всё правильно? — спросила я Верховного Перцера.
— Там особо не в чем ошибаться, — ответил он. — Но вам никогда не выйти отсюда с этой ношей.
— Посмотрим.
Я нашла нужные тумблеры, отключила его голос и три из четырёх экранов, а четвёртый, где раньше было его лицо, переключила на фильм, который перцеры смотрели, когда мы вошли.
— Пора убираться отсюда, — сказала я Бренде.
— А как же она? Как же Крикет?
— Сказала ведь, никаких вопросов! Идём!
Она поплелась за мной в коридор, за дверь, у которой мы встретили Крикет, и дальше по коридорам — пока мы не свернули за угол и на пути у нас не оказался крепкий мужичок в коричневой форме. Он скрестил руки на груди и хмуро уставился на нас:
— Куда это вы с этим направляетесь?
— А как ты думаешь, Мак? — ответила я. — Несу обратно в магазин. Когда пытаешься включить десять тысяч таких штук одновременно, случаются поломки.
— Мне никто ничего не сообщил.
Я поставила Верховного Перцера на пол так, чтобы охранник мог видеть фильм, и он тут же отвлёкся от нас на экран — на что я и надеялась. Есть в движущихся картинках нечто притягательное — особенно для перцеров. На всякий случай я положила руку на свой верный гаечный ключ, а другой рукой принялась со скучающим видом перелистывать папку Крикет. Дошла до некой страницы — кажется, это был страховой полис на квартиру Крикет — и торжествующе изрекла, указывая в середину:
— Ну вот же написано — изъять и отремонтировать один видеомонитор семнадцатой модели, номер заказа 45293a/34. Исполнение возложить на таких-то сяких-то.
— Видать, бумаги ещё не дошли до меня, — отозвался охранник, всё ещё поглядывая на экран. Должно быть, там как раз показывали сцену, которая ему особенно нравилась. А я знала лишь одно — если бы он попросил взглянуть на бумаги, я протянула бы ему папку и огрела ключом, едва он склонил бы голову.
— Так всегда и бывает.
— Ага. Я просто удивился, что вы тут бродите парочкой, после всей этой кутерьмы с убийством Сильвио и всё такое…
— Какого чёрта, — пожала я плечами, подхватила Верховного Перцера и сунула под мышку. — Иногда приходится отмахать лишний километр, если хочешь получить голову.
С этими словами мы вышли за дверь.
* * *У Бренды хватило сил пройти ещё сотню метров по коридору, но затем она прошептала: "Кажется, я сейчас в обморок упаду…" Я подтащила её к скамье посреди аллеи, усадила и нагнула ей голову ниже колен. Она дышала неровно, её всю трясло, и руки были холодны как лёд.
Я вытянула свою руку и с удовольствием отметила, что она тверда. Честно говоря, я ничего уже не боялась после того, как сняла Перцера с полки — мне казалось, что если и был момент, в который мои приспособления могли меня подвести, то это случилось бы как раз тогда. Но мне помогало нечто, что сотни раз приходило на помощь многим куда более профессиональным взломщикам задолго до того, как я впервые попытала себя в этом ремесле: фактор неожиданности. До сих пор никому просто не приходило в голову, что кто-то захочет украсть одного из членов Совета. В остальном же… если хотите, можете почитать все эти восхитительно закрученные истории о том, как в прошлом шпионы похищали государственные и военные секреты при помощи тщательно разработанных правил, воровского гения и изысканной ловкости. Может быть, некоторые секреты и вправду были украдены именно так — но держу пари, что большинство тайн уплыло в руки людей в спецодежде, которые просто пришли к нужному чиновнику и попросили дать им что требовалось.