Мифы и Легенды. Тетралогия (СИ)
— Ну вот, видишь, как все хорошо! — усмехнулся Шуйский. — Кстати, нам, наверно, пора. У нас сейчас Высшая математика… Вообще не понимаю, зачем она в Академии нужна! Может, мне кто объяснит?
* * *
Никита Сергеевич Борщов прекрасно знал, как его называют за глаза, и совершенно не обижался на это прозвище, которое прилепилось к нему еще в детстве. И он знал, какие слухи ходят о нем в Академии, но не обращал на это никакого внимания. Ему нравилась эта работа, нравилось учить детей… Хотя какие это дети? Это уже практически взрослые люди, причём не простые, а со своими аристократическими закидонами. Особенно тяжело пришлось ему в этом году. В его группу попали не простые ученики — как же, Великие Рода и все такое! Но вот сегодня чуть было не случилась катастрофа, впервые за семь лет его работы в Академии. Страшно вообще было бы представить, что бы произошло, не успей он поставить щит! Он знал, что тогда не только на его карьере был бы поставлен крест — скорее всего, его дальнейшая жизнь была бы весьма печальной и очень короткой. Аристократы, особенно таких родов, не оставляют без наказания тех, по чьей причине погибают их отпрыски. А то, что сегодня могли бы быть жертвы, и не одна, он прекрасно понимал.
Поэтому впервые за эти семь лет он сидел в баре и ждал Марфу Татищеву. Он сам пригласил ее, девушку, с которой у него когда-то был бурный, но очень скоротечный роман. К сожалению, они явно не подходили друг другу, к тому же отец Марфы не хотел даже рассматривать главу свободного рода Борщовых в качестве возможного жениха, несмотря на то, что за него даже просили Вяземские, чьими вассалами были тогда Борщовы. Но расстались они без скандала и до сих пор поддерживали дружеские отношения.
— Никита? — Напротив него за стол опустилась девушка, на которой он когда-то хотел жениться. — Неожиданно! Давно мы с тобой не встречались в неформальной обстановке.
На Марфе, которая считалась одним из самых суровых преподавателей в Академии, было облегающее платье, и ни один из учеников не признал бы её в таком виде.
— Привет, Марфа. Великолепно выглядишь!
— Спасибо. Я уже забыла, когда слышала такие слова от мужчин. Когда мы с тобой последний раз так вот сидели?
— Да уж… сколько лет прошло. Выпьешь?
— А надо? — прищурившись, посмотрела она на него.
— Думаю, да… Я рискнул заказать твой любимый. — Он пододвинул к ней коктейль.
— Хм… — Она посмотрела сначала на коктейль, а потом на него. — Не забыл… это приятно. Тогда рассказывай. Ты меня заинтриговал.
— На самом деле ты уже знаешь о том, что сегодня произошло на полигоне?
— Нет. — Девушка посмотрела на него. — У меня сегодня только первые два урока было. А что случилось?
— Ты знаешь Бельского?
— Еще бы не знать! — фыркнул Марфа. — Потенциально сильный маг. Пятый ранг, впервые за три года… учитывая их отношения с Годуновыми, возможны проблемы. Вообще не понимаю, зачем их включили в одну группу…Но вообще-то он мне показался вполне адекватным молодым человеком, хотя тут вряд ли можно быть уверенным на сто процентов.
— А при чем тут Годуновы?
— При чем?! Ты издеваешься?! — покачала головой его собеседниц. — Вспомни, кто такие Бельские?
— А…понял! — Борщов хлопнул себя по голов. — Так вот оно что! Но парнишка мне тоже показался адекватным, но тут вот что случилось… — Он рассказал ей о событиях сегодня на полигоне, после чего наступила тишина.
Девушка пододвинула к себе коктейль и молча приложилась к трубочке. Оторвавшись от нее, она посмотрела на своего собеседника.
— Как ты сам? Тебе не позавидуешь! Похоже, ты прошел по грани.
— Да не то слово… — покачал головой Борщов. — Я уже думал, что все. Как еще успел щит поставить? Ну ладно, это, слава богам, уже дело прошлое. Но откуда он вообще появился?
— Да вот взял и появился! — нахмурилась Марфа. — Хотя я рада этому. Чудом уцелевший представитель рода, к тому де и маг такой силы… Как вообще такое оказалось возможным?
— Как видишь… Но разве это плохо?
— Конечно же, нет! — улыбнулась Марфа. — Честно говоря, если признаться, я рада. Не помню, когда мне попадался такой студент. Да, с ним надо осторожно, но, Никита, ты представляешь, какую силу он может набрать?
— Это-то и страшно, — задумчиво произнес ее собеседник. — Я знаю. А ты понимаешь, что Великие Рода уже знают об этом, и не только Великие? А когда они узнают и о сегодняшней демонстрации силы? Думаю, уже завтра эта история будет известна родителям студентов.
— Будет, — кивнула Марфа, — но этого слишком мало… Но ты прав: все это вопрос времени. И начнётся охота… Но тут существует маленькое «но»: род Бельских — это не просто малоизвестный свободный род, это все-таки Великий Род, пусть и уничтоженный… Надеюсь, Веромир Бельский сможет выпутаться из этого.
— Здесь мы ему точно помочь не сможем, — кивнул Никита.
— Но я попробую. — Его собеседница уверенно посмотрела на него. — Мне нравится этот парень. У меня перед ним есть один долг, и я его выполню.
Ее собеседник вздрогнул: он знал этот взгляд, и что-то ему подсказывало, что ни к чему хорошему это не приведет. Но, зная характер девушки, он прекрасно понимал, что отговорить её будет невозможно.
— Какой еще долг? — удивленно поинтересовался он.
— Не могу тебе этого сказать, — нахмурилась девушка, — хотя ты можешь сам догадаться…
— Неужели?! — В глазах ее собеседника проскользнуло понимание. — Но ты же…
— Никита! — Голос Марфы вдруг стал ледяным.
— Молчу! — поспешно, заверил ее Борщ. — Но чем ты сможешь помочь?
— Поверь, найду способ. К тому же, возможно, еще поможет то, что он, судя по всему, подружился кое с кем, по фамилии Шуйский, — заметила Марфа.
— Ого! — присвистнул Никита. — Это же…
— Именно, — кивнула она. — Но лучше не произноси это имя. Сам помнишь, что мы давали подписку с клятвой, и еще инструктаж тот…
— Да уж! — поморщился Никита. — Забудешь такое! Это только учителя знают.
— В общем, правильного друга Бельский нашел, так что не все потеряно. У парня хорошие шансы.
— Либо Шуйский сам его нашел…
— Может и так, — согласилась Марфа, — но, если он сделал это специально, значит, тот ему нужен. А учитывая нынешнюю политическую ситуацию…
— Согласен! — улыбнулся Никита. — Тогда выпьем за возрождение?
— Выпьем, — кивнула девушка, задумчиво посмотрев на него.
Глава 2 «Ущелье Химер»
Высшая математика оказалась предметом, который, судя по всему, может стать для меня проблемным. Признаюсь, что, несмотря на то, что я фактически работал программистом, именно математика всегда являлась для меня камнем преткновения. Парадоксально, но факт! Программист, который не в ладах с математикой… звучит странно, но это в отношении меня являлось непреложным фактом. Если в Старшей школе я еще хоть как-то справлялся с математикой, то здесь… я понял, что полный ноль. Кстати, судя по понимающим лицам остальных студентов (а урок вновь проходил для всего курса), похоже, я был единственным неучем.
Но, видимо мой потерянный взгляд не остался без внимания, так что я получил сразу три предложения по поводу репетиторства, и все три — от сидевших рядом девушек. Только Вяземская не участвовала в этом. По-моему, по уровню владения этим предметом она занимала почетное предпоследнее место. Мне же оставалось только поблагодарить желающих стать моими репетиторами и сообщить, что я подумаю. Тем не менее, полтора часа я просто промучился. К тому же здоровенный мощный мужик, именовавшийся Сергеем Сергеевичем Курбатовым и преподававший этот предмет, объяснял свой предмет не для тех, кто его плохо знает, а для тех, кто уже разбирается в нем, то есть занимался, так сказать, повышением уже имеющейся базы. А вот с этой базой у меня были проблемы, так что большую часть лекции я совершенно не понял. К тому же, на мой взгляд, этому преподавателю, с его габаритами и внешностью, нужно было работать где-нибудь телохранителем, а не преподавать студентам математику.