Невольница. Книга 2

Губы Эшера приникли к бедру изнутри, вызвав волну дрожи.
— Ты уверена? — спросил он, покрывая кожу жадными поцелуями.
Сердце стучало как сумасшедшее. Услышав его вопрос, я закрыла глаза, пытаясь подавить свои страхи. Это Эшер. Здесь только он и я. Никто, кроме него, не может ко мне прикоснуться.
— Да, я уверена.
Он выдохнул и зарылся лицом мне между ног. Я невольно застонала, когда его губы прикоснулись к моему лону. Он обхватил руками мои бедра, удерживая на месте, пока его язык описывал круги вокруг клитора. Я изгибалась, наслаждаясь каждым прикосновением языка и каждой лаской.
Каждый мой вздох принадлежал ему.
Каждое биение сердца.
Каждый стон.
Он рычал, прижимаясь ко мне, пока его жадный язык все настойчивее ласкал меня. Глаза затуманились. Тело больше не было моим, оно целиком принадлежало ему. Оно инстинктивно отвечало на каждое его движение. Не было ни секунды передышки, чтобы пробудились страхи и отогнали наслаждение, которое дарил Эшер.
Но когда мои стоны стали громче, а ноги начали дрожать от натиска его языка, Эшер вдруг отстранился. Навалился всем телом и страстно поцеловал, зарывшись пальцами в мои волосы.
— Ты уверена? Элла, мы…
— Да, Эшер, — повторила я отчаянно. — Никогда и ни в чем еще я не была так уверена.
Он взглянул на меня, как если бы я была главной драгоценностью на свете. Никогда не устану от его взгляда. Никогда не устану от него самого.
Удары сердца бешено зачастили, когда он встал. Быстро снял плавки и открыл ящик ночного столика. Не спуская с меня глаз, разорвал упаковку презерватива. Мои мысли смешались. Надев презерватив, он снова лег на меня и коснулся губами моей шеи. Я глубоко вздохнула. Его руки дрожали, когда он прошептал мне в самое ухо:
— Я не буду спешить, мой ангел…
Я сглотнула и, кивнув, закрыла глаза. Дыхание стало неровным, а грудь сжалась так, что сдавила легкие. Он осторожно вошел в меня. Я невольно приоткрыла рот, дыхание замерло, горло перехватило. Словно тело привыкло реагировать только так. Затем Эшер приложил губы к моим. Это простое прикосновение заставило мои страхи замолчать. Расслабившись, я обхватила руками его шею.
Он начал двигаться, вырывая у меня стоны наслаждения, заглушаемые нашими поцелуями. Прикусил мою нижнюю губу и слегка ее потянул. Его пальцы впились мне в бедра, пока он мягко двигался внутри.
Я охнула от удовольствия, когда он ускорился, не отводя от меня глаз, подстерегая малейшую реакцию, чтобы не сделать мне плохо.
Но мне не было плохо. Совсем наоборот.
Его губы прижались к моему подбородку. Я задрожала, ощутив его прерывистое дыхание на горячей коже. Его рука легла мне на талию, он удвоил свой пыл, и я громко застонала.
— Да, любовь моя, стони для меня. Покажи, как сильно тебе нравится то, что я делаю.
Удары его бедер стали яростнее, глубже. Он ухватил мои запястья, закинув мне руки за голову, а его губы яростно впились в мою шею.
Наслаждение, которое он мне доставлял, было неописуемым. Он не давал мне дышать и играл моими голосовыми связками. Ком жара разрастался внизу живота по мере того, как он все глубже погружался в меня. Я откинула голову назад.
— Ах черт.
С рыком наслаждения, дрожа всем телом, он отпустил мои запястья, схватил за подбородок и заставил смотреть на себя. Мои ноги тоже начали дрожать, глаза закатились. Я была не в силах выдержать его взгляд, а он продолжал двигаться в том же дурманящем ритме. Я чувствовала, что волна наслаждения вот-вот затопит меня.
— Н-не… останавливайся.
Я царапала его спину, он зарычал и снова жарко поцеловал меня. Каждая клеточка моего тела дрожала в ожидании скорого высвобождения.
— Элла… черт…
Услышав, как он шепчет мое имя, я сдалась. Крик наслаждения сорвался с моих губ, когда в теле взорвался пылающий шар. Зрение затуманилось, а через несколько секунд вместе с последним ударом бедер Эшер громко застонал мне в ухо. И рухнул на меня.
В глазах все плыло, дыхание было таким же прерывистым, как у Эшера, в голове не осталось ни единой мысли. Тело дрожало, сердце билось на разрыв, сил не оставалось даже шевельнуться.
 
Эшер перекатился на бок, и я глубоко вздохнула. Повернула голову к нему. С улыбкой посмотрела на его полуоткрытые губы. Мы были в одинаковом состоянии.
Его глаза обратились на меня. На нашей коже поблескивал пот. Нащупав простыню, он накрыл меня и притянул к себе. Я с улыбкой уткнулась в его шею.
Мы впервые это сделали.
Впервые я не плакала, не боялась, не испытывала панических приступов.
Впервые… я этого хотела.
Пока пальцы Эшера осторожно гладили мои волосы, я погружалась в сон. Веки медленно закрывались, но я не боролась с усталостью. Напротив, я крепче прижалась к нему со вздохом удовлетворения.
Я люблю тебя.
Какое-то движение вырвало меня из сна. Еще не полностью проснувшись, я быстро поняла, что это дернулся Эшер.
— Нет…
Он хмурился и тихо качал головой. И прижимал меня к себе так сильно, что я невольно скривилась.
— Оставь ее… нет…
Его дрожь и слабый голос переполошили меня.
— Эшер…
— Отпусти ее… Не трогай ее…
Я высвободилась из его объятий и наклонилась к нему. Положила ладони на сведенные судорогой челюсти и прошептала:
— Эшер, проснись…
И легонько потрясла его, пытаясь вернуть в реальность.
Через несколько секунд он пробудился, вырвавшись от демонов, заполонивших его рассудок. Резко приподнялся с бледным лицом, искаженным паникой, и уставился на стену.
— Эшер…
Я тоже села, не решаясь к нему прикоснуться. Он казался таким… напуганным.
Он провел ладонью по лицу, пытаясь перевести дух. Ему не хватало воздуха, словно он только что всплыл на поверхность после долгих минут под водой. Потом повернулся ко мне.
Моя рука легла ему на спину, и он содрогнулся. Зарылся в мои объятия и уткнулся в ложбинку у меня на шее. Я обхватила его руками и сделала глубокий вдох.
— Ненавижу это…
Когда я погладила его волосы, он вздохнул.
— Что… Что тебе приснилось? — тихо спросила я.
Его тело тут же напряглось. Возможно, это был не самый подходящий момент, чтобы задавать вопросы, но лучшего не предвиделось. Не обсуждать же это за завтраком…
Чем дольше длилось молчание, тем больше я корила себя за этот вопрос. Может, он не хочет, чтобы я знала. Но я невольно задумалась, кем же были действующие лица его кошмаров, каковы были его глубинные страхи.
Эшер вылез из постели. Я смотрела, как он роется в карманах своей кожанки, доставая пачку сигарет и зажигалку. Сунул сигарету в рот, прикурил и, прикрыв веки, глубоко затянулся. Выдохнув струю ядовитого дыма, он открыл глаза и посмотрел в окно.
— Это началось, когда похитили отца, — заговорил он. — В те дни я без колебаний убивал всех, кто был причастен к похищению, в надежде его отыскать. Но вскоре их призраки стали преследовать меня.
Нахмурившись, я прислонилась головой к изголовью кровати и стала внимательно слушать.
— И все время повторялся один и тот же сценарий. Я возвращаюсь туда, где их убил, но ничего не могу сделать. Могу только смотреть. Я беспомощно смотрю, как тот или та, кого я убил, мучают отца.
Мои глаза расширились, когда я осознала, что его демонами стали его же жертвы.
— Это стало как бы наказанием. Все, кого я убил, ночь напролет пытали отца, чтобы отомстить.
Сжав челюсти, он снова вдохнул порцию никотина, не отводя взгляда от окна.
— Но теперь они стали изобретательнее. С тех пор, как я убил Уильяма, отец появляется в моих кошмарах очень редко. Его место заняла ты, — признался он. — И я смотрю, как мучают тебя, но ничего не могу поделать. Слышу, как ты кричишь, плачешь, заклинаешь меня помочь, но я бессилен. Сегодня ночью меня навестил бывший твоей матери. И он трогал тебя. Он трогал тебя, а ты, вся в слезах, умоляла меня о помощи. Вот только я не мог шевельнуться. Единственное, что я мог, — это кричать, чтобы он остановился.