Невольница. Книга 2

— Я умею ходить и без вашей помощи, — холодно бросил Кай, когда надзиратели подтолкнули его к выходу.
02:00. Лос-Анджелес
— Где она? — спросил я у Киары, зайдя в дом.
Почему Киара одна в гостиной?
— Спит, — ответила та. — Ну, что там Кай?
— Где она спит?
— Может, у себя?
Значит, скорее всего, не спит.
Я взбежал по лестнице, подошел к двери ее спальни и тихонько приоткрыл. Сердце екнуло, когда я оглядел комнату.
Никого.
Я мгновенно насторожился, грудь сдавило. Быстрым шагом я двинулся к своей спальне. Увидев ее на моей кровати, я прикрыл веки и выдохнул.
Она была здесь, рядом спала собака.
На плечо легла рука, и я обернулся. Киара смотрела на меня с насмешкой и получила от меня в ответ убийственный взгляд.
— Дай ей поспать, — прошептала она, потянув меня за собой.
Я еще раз выдохнул и осторожно затворил дверь. В гостиной Киара повторила вопрос:
— Ну, что там Кай?
— А как по-твоему? — пробормотал я, потирая переносицу.
Она опустилась на диван, я сел рядом.
— И каков план?
— Через несколько дней я вытащу Лейкстоуна, — начал я, доставая сигарету из пачки. — С завтрашнего дня меня здесь не будет. Я везу Эллу к тете, как мы и собирались.
— О… ты не забыл… — пробормотала она с улыбкой.
Хихикнув, она взъерошила мне волосы. Я стиснул челюсти — полное впечатление, что я превратился в тупого сопляка.
— Эшик, ты такой милый, когда влюбляешься.
— Заткнись, а? — проворчал я, закатив глаза.
Я не был влюблен в нее.
— Просто я знаю, что для нее это очень важно. И хоть это я должен для нее сделать, — выдавил я, глубоко затягиваясь.
— Никогда не видела, чтобы ты пытался загладить свою вину, а с Эллой ты стараешься. Она меняет тебя. Ну, к лучшему.
Я снова выдохнул дым, пытаясь скрыть улыбку. Элла Коллинз. Кто бы мог подумать, что эта дебилка заставит меня потерять голову и повлияет на все мои решения?
— Элла — это то, что тебе надо, — очень искренне заговорила Киара. — Позаботься о ней, как она заботится о тебе.
Я молча на нее глянул. Как она заботится обо мне…
— И ты — ровно то, что ей нужно, — продолжила подруга. — Да, иногда ты ведешь себя как полный мудак. Но ты думаешь о ее благе больше, чем я, больше, чем она сама. Не отпускай ее.
— А я и не собирался, — заметил я, снова затягиваясь. — И не собираюсь ее бросать. Уж точно не во второй раз.
— Очень надеюсь, — хмыкнула она, отворачиваясь к телевизору. — Иначе я отрежу тебе яйца и скормлю их Тату.
Я скривился. У нее был слишком серьезный тон, чтобы я не принял угрозу всерьез.
Мои яйца на корм псу? И речи быть не может.
— Как думаешь… Я смогу сделать ее счастливой? — спросил я, бросив на подругу беглый взгляд. — А вдруг со мной она станет еще несчастней?
— А она делает счастливым тебя?
— Вроде да… Ну, немного, — выдохнул я, разглядывая кончик сигареты.
Проводить с ней время, слушать, как она несет всякую чепуху, — все это непроизвольно вызывало у меня улыбку. Так что, наверное, да, она делала меня счастливым.
— А с какой стати делать несчастным того, кто делает счастливым тебя? То есть ты же не можешь сделать Эллу несчастной, если постараешься вернуть ей счастье, которое она приносит тебе, — ответила Киара. — Ты никогда не пожелаешь ей несчастья. И один раз ты ее уже обидел, Эшер, не забывай.
— Я знаю…
— Ты не злой. Просто принял неверное решение, подумав, что так будет лучше, но иногда ты ошибаешься. Я поняла, что ты запал на нее, когда ты начал сомневаться в своих действиях. А раньше за тобой такого не водилось — из-за кого-то сомневаться в себе. И в собственной непогрешимости тоже.
— Она совершенно выбивает меня из колеи, — выдохнул я, закрывая глаза.
— Знаю, — улыбнулась подруга. — Ты можешь сделать ее счастливой, Эш. И скоро ты захочешь этого сам.
Киара была права. Я хотел сделать ее счастливой и, честно говоря, готов был на все ради ее улыбки.
 
Я согласился на собаку в доме. Это было очень серьезным доказательством.
— Папе она бы очень понравилась, — пробормотал я с легкой улыбкой.
— Роб точно полюбил бы ее, — прошептала Киара, — и убил бы тебя за то, что ты заставил ее уйти.
— Думаешь? — развеселился я, любуясь кольцом, тем, которое когда-то принадлежало ему. — Он бы меня понял.
— Хватит уже тупых оправданий. Если бы дело было в ее «безопасности», она бы сейчас не жила здесь, — напомнила Киара, закатывая глаза. — Ты так поступил, потому что боялся ее.
Я молча крутил папино кольцо. Да, она бы ему понравилась, и да, он бы меня убил за то, что я вот так изгнал ее из своей жизни.
Жаль, что ты так и не познакомился с ней, папа… Она потрясающая.
— А теперь у меня вопрос, — заговорила Киара после долгой паузы. — Думаешь… ты смог бы в нее влюбиться?
Ответом было мое молчание. Но разум и сердце не умолкали.
Элла
На следующий день…
— Ты готова?
Эшер объявил, что вечером мы едем в Аризону к моей тете Кейт.
Была ли я готова? Нет. Но я должна была это сделать. Я должна была решиться и отыскать ее, пусть даже тревога становилась все сильнее с каждой секундой, приближающей нашу встречу.
— А вдруг она не захочет меня видеть? — запаниковала я, положив руки на кухонный остров.
— Очень ей не советую! — проворчал Эшер. — Мигом отправится испытывать то, что пережила ты.
У меня перехватило горло. Я боялась этой встречи, боялась того, что она мне скажет.
Чувствуя мою тревогу, Эшер обошел остров и обнял меня за талию.
— Все пройдет хорошо, поняла? — успокоил он. — Ты будешь с ней не одна. Я с тобой.
— Не очень-то это помогает, — насмешливо отозвалась я.
Он от души рассмеялся, и сердце забилось быстрее. Его смех никогда не оставлял меня равнодушной.
Моя улыбка стала шире, когда я увидела, как его взгляд опустился на мои губы.
— А должно бы, — промурлыкал он, целуя мое плечо.
Я прикрыла глаза, млея от его губ. А губы медленно скользили по коже, которая на их пути покрывалась мурашками. Я перестала дышать, когда его рот коснулся моей шеи. Его большой палец осторожно поглаживал мой бок, чудесным образом рассеивая мои страхи.
— Перестань столько думать, мой ангел, — пробормотал он между поцелуями.
— Вот в этом ты мне помогаешь, — засмеялась я.
И почувствовала, как его губы расплылись в улыбке.
— Отлично.
Он продолжил осторожно целовать мою шею, а я склонила голову набок, открывая ему доступ.
Раньше я не любила, когда он приближался к моей самой чувствительной зоне. Теперь это ощущение пьянило. Эшер открыл мне неизвестные переживания, отчего мои чувства к нему становились еще сильнее.
Иногда меня подмывало сказать ему об этом… но рассудок запрещал.
У меня вырвался вздох, когда его губы приблизились к моему уху.
— Тебе нравится? — спросил он и провел горячим языком по моей шее.
Сердце замерло. Я робко кивнула, и он улыбнулся, не отрываясь от моей влажной кожи. Моя спина уперлась в столешницу. Я чувствовала, что теряю голову.
Наше дыхание снова смешалось. Дрожь пробежала по телу, когда его руки проникли под свитер. Ощущение от его пальцев вырвало у меня судорожный вздох.
Он вгляделся в меня и спросил:
— Тебе это… неприятно?
И медленно погладил обнаженную кожу.
— Нет… я… Я просто не привыкла к…
— Я знаю, — прошептал он, прижимаясь губами к моему лбу. — Я не они…
Он — не они.
Глаза затуманились, горло перехватило. Нахмурившись, он приблизил свое лицо к моему.
Слеза скользнула по щеке, и я выдохнула:
— Спасибо…
Он отнял руку от моей талии и положил мне на щеку. Все так же хмурясь, осторожно стер мою немую слезу.