Соперницы

- Единственное твое желание - быть рядом со мной, да? - спросила она. - Хорошо.
- Ты позволишь мне быть с тобой? - Он сделал шаг ей навстречу.
- Нет! Если ты подойдешь или дотронешься до меня, я вышвырну тебя вон. Ты можешь остаться, но только как мой раб.
- Джульет, - почти прошептал он. - Все что угодно.
- Я скажу тебе, что надо делать, и ты выполнишь мой приказ, иначе тебе придется немедленно уйти. - Она повернулась к столу, чтобы налить себе новую порцию, и увидела направленный на нее жадный взгляд.
- Принимаешь мои условия, Оливер?
- Конечно. Что я должен сделать?
Это был странный пикник. Кейт лежала на пляже, наблюдая за его участниками, которые казались ей актерами в какой-то авангардистской пьесе, и недоумевала, почему она поддалась на уговоры Иден.
Кейт нахмурилась. Иден вела себя так, будто присутствие Кейт было очень важным, а собственная дочь… Дани вообще ее не замечала.
Внешне Джульет, кажется, полностью оправилась. А вот духовно… Она вела себя, как лунатик, двигалась, отвечала на вопросы, но присущая ей жизнерадостность исчезла.
Что же касается Оливера Бриттани, то он оказался самым странным членом компании. Кейт посмотрела в ту сторону, где отец и дочь распаковывали корзину с провизией. Кейт считала их отношения несколько странными, впрочем, как и отношение Оливера к внучке. Иден даже не вспоминала о существовании деда, Дани следовала ее примеру, и Оливер постоянно находился в некоем маленьком мире молчания. Он вел машину, когда они ехали на пляж, разгружал ее, нес приготовленные для пикника продукты, но с ним никто не разговаривал, никто его не замечал. И это не выглядело какой-то намеренной грубостью. Оливер Бриттани походил на привидение, живущее среди них, но не вступающее с ними в контакт.
Сначала Кейт сказала в его адрес несколько вежливых слов и больше уже не повторяла подобных попыток. Дело было даже не в реакции Джульет, хотя она, казалось, испытывала зависть, когда Оливер Бриттани смотрел на Кейт, а в том, что сама Кейт чувствовала неловкость от его взглядов. Вот и сейчас он наблюдает за ней.
Кейт отвернулась и снова уставилась на волны. Сколько часов ей еще ждать, пока она окажется дома, в безопасности, с Барри. Он пытался отговорить ее от участия в пикнике.
«Тебе будет до смерти скучно среди всех этих детей», - предупреждал он. Кейт засмеялась, когда он назвал двух девятилетних девочек «всеми этими детьми». Барри обладал ценным качеством: он не ждал от нее любви к детским компаниям только потому, что Кейт была матерью одной из девочек. Хотя муж постоянно напоминал ей, насколько она опередила Джульет в карьере, ее успехи бледнели, когда Кейт сравнивала себя с Джульет в роли матери.
Интересно, что думал об этом Ник. Она взяла за правило не показываться ему на глаза, когда он навещал Дани. Тем не менее она допытывалась у Джульет, не спрашивал ли Ник о ней, и не удивлялась, когда та широко раскрывала глаза: «Нет. А почему он должен спрашивать?»
Действительно, почему?
«Слава Богу, что есть Барри», - думала Кейт. Милый, простой Барри. Если переговоры о следующем романе пройдут нормально, он, к огорчению Майкла Бонда, уйдет из агентства. Как объяснял Барри, теперь вся его работа связана с делами Кейт. И действительно, почему бы не сделать их бизнес семейным?
Девочки вышли из воды, отряхиваясь, как собаки, и Кейт вскрикнула, уворачиваясь от летящих на нее брызг.
- Мы проголодались, - сказала Иден.
Кейт встала.
- Как там у нас обстоят дела с едой?
Ее тронуло, когда Иден взяла ее за руку и начала рассказывать про школу; сзади угрюмо плелась Дани.
- Разве ты не голодна? - бросила Кейт через плечо.
Дани посмотрела на нее отсутствующим взглядом, словно находилась за тысячи миль отсюда.
- Нет, - ответила она наконец, умудрившись произнести это слово таким оскорбительным тоном, что Кейт захотелось схватить ее и хорошенько встряхнуть.
«Когда дочь успела стать мне чужой?» - недоумевала Кейт. Наверное, это связано с Барри. Хотя он старался изо всех сил, ему удалось достичь лишь напряженного перемирия. «Мне надо самой вести себя по-другому», - решила Кейт, когда они подошли к одеялу, на котором Джульет и ее отец разложили еду.
 
- Сделать тебе бутерброд? - И, не дожидаясь ответа дочери, Кейт взяла булочку и стала мазать ее горчицей. Наступившее вдруг молчание заставило ее остановиться и поднять глаза. - Что такое?
- Дани терпеть не может горчицу, - выпалила Иден. - Это все знают.
- Кейт мажет булочку себе, - вмешалась Джульет. - А вы уже вышли из того возраста, когда вам подавали еду. И вообще, это вы должны готовить для нас еду, верно, Кейт?
Дани промолчала.
«Она все знает, - подумала Кейт. - Мы теперь чужие».
Оливер Бриттани, сделав себе бутерброд, начал есть, отгородившись от всех стеной молчания.
Кейт с трудом проглотила сосиску с горчицей, глядя, как девочки с помощью Джульет готовят себе еду. Ей следовало бы спросить у Джульет, может ли Дани остаться с Иден. Если Кейт не сделает этого, Дани пойдет с ними сама, не спрашивая разрешения у матери. Становилось все труднее делать вид, будто девочки по очереди живут друг у друга. Но по пути домой Кейт так ничего и не сказала. «Барри терпеть не может, когда дома находятся эти девочки», - уверяла она себя, хотя, если честно, ей самой не нравились шум и суматоха. К тому же сегодня она уже достаточно долго находилась в семейном кругу, поэтому какое-то время вполне может обойтись и без него.
  
Глава 18 
 
1973 
- Господи, он, похоже, в отчаянии! - сказала Эльза.
Это была высокая, дородная женщина лет сорока, и когда она протянула руку к замызганному краю стола, чтобы взять трубку, складки жира так и заходили под платьем.
Похожая на вешалку Гвен была моложе сестры лет на пять - десять, и ее слишком умное лицо отпугивало мужчин. Обе славились умением удовлетворять прихоти своих клиентов и с ходу отличали клиентов от полицейских. К счастью для их девочек.
- Кто это?
- Тип, которому нужна молодая Джульет Бриттани. Он заплатит сполна, если мы отыщем девушку, которая подходит по описанию.
- Заплатит, как и множество других мужчин, - заметила Гвен, делая пометки в блокноте, который повсюду носила с собой.
- Я поищу такую девушку.
Гвен имела степень бакалавра, которую получила сразу после развода благодаря настойчивости, упорству и силе воли. Она хранила все записи, занималась платежами, находила новых девочек. Этот процесс был постоянным, поскольку многие молодые женщины, работая в такой надежной организации, не сознавали своих преимуществ и время от времени покидали ее. Это был бизнес, и успех зависел от самих предпринимателей.
Клиент, который искал молодую Джульет Бриттани, звонил в этом месяце уже трижды. И каждый раз Эльза мягко объясняла, что они ищут. Она предлагала ему других девушек, но он отказывался. Ему нужна только молодая Джульет Бриттани.
- Ты уверена, что он не обманет? - спросила Гвен.
- Да. Разве я когда-нибудь ошибалась?
Гвен кивнула. У Эльзы был нюх на неприятности.
- Итак, что мы имеем на данный момент? - осведомилась Эльза.
Гвен заглянула в свой блокнот.
- Очень мало. Самая подходящая - девочка с улицы, которую я пару раз видела в Голливуде и Вайне. Ей лет пятнадцать, нужный рост, хорошая фигура. Лицо очень похоже, но… - Гвен нахмурилась при мысли о деньгах, которые, возможно, придется заплатить.
- Пластическая операция?
- Много работы не потребуется. Слегка подправить нос, чуть-чуть сдвинуть глаза. Но окупятся ли наши затраты?
- Ты бы слышала его: Он очень рассержен. Кроме того, найдутся и другие мужчины.
- Я узнаю у хирургов цены, - осторожно сказала Гвен. - Посмотри на ее фигуру, и если все нормально, я займусь девочкой.
- Ты гений, - нежно ответила Эльза. - Мне пора идти. Пока я доберусь, Мак уже будет дома.
Муж Эльзы работал водителем грузовика. Он посмеивался над ее бизнесом, совершенно не догадываясь о том, что сестры запросто могли купить фирму его хозяина, занимавшуюся грузовыми перевозками. Но из неудачного брака сестры Эльза сделала верное заключение: вся прибыль должна идти на ее имя в банках, за чем следила Гвен. Мак же думал, что семья живет на его зарплату.