Приорат Ностромо (СИ)

Гальцев, он же «крот», он же «Кесарь», охотно поведал историю о том, как ему удалось рекрутировать жадного и тщеславного Панкова, как подговорил его накатать кляузу на Гарина.
Ну, а если это лишь часть правды?
Насупившись, Елена вывела в сторонке букву «гамма», и провела от нее стрелочку к вензелю «альфы». Информация, полученная от Ромы Почкина, не давала расслабиться.
Физик-межпространственник прислал кучу распечаток с трехэтажными индексами, а в сухом остатке — тревожный факт.
Три года назад, в последние дни апреля, установка межпространственных полей на Луне зафиксировала явление класса «переход» между «Гаммой» (предположительно, из Калифорнии) и «Альфой» — в районе озера Тенис, что в Новосибирской области. Тамошние оперативники обещали перерыть окрестности лесного водоема, а ей уже сейчас, до зуда, до щекотки хотелось связать явление с Панковым! Ведь Аркаша именно тогда устроился на работу в Академгородке…
Что это? Она интуитивно нащупала связь — или подгоняет факты под версию?
В дверь вежливо постучали, и в кабинет заглянул дежурный лейтенант.
— Разрешите, товарищ полковник? Прибыли те американцы… Из «Гаммы».
— О! Отлично! — обрадовалась фон Ливен. — Давай их сюда!
— Есть!
Минуту спустя троих «робинзонов» — чистых, переодетых, бритых и стриженных — завели в кабинет. Американцы настороженно поглядывали вокруг, мялись и не знали куда им руки девать — то ли независимо сложить на груди, то ли покладисто завести за спину?
— Добрый день! — Елена непринужденно уселась на край своего стола, и вытянула руку к дивану. — Присаживайтесь!
Троица осторожно устроилась на кожаных подушках.
— У вас отличное произношение, — опасливо подал голос Дорси.
— Не удивительно, — бегло улыбнулась княгиня. — Я родилась в Штатах. Но не обо мне речь. Прежде всего, хочу успокоить — вы свободные люди, никто вас не загонит в ГУЛАГ и не отдаст на расправу СМЕРШу. Просто некоторое время вы побудете под наблюдением, в том числе и врачей. Сами понимаете, если взять вас, и отправить в Америку, мигом возникнут проблемы. Куда делся «Атлантис»? Где вы сами пропадали десять лет? Ну, и так далее… Одно могу обещать твердо: мы незаметно разузнаем всё о ваших семьях, и передадим вам фотографии или видеозаписи. Возможно даже, что в близком будущем нам удастся организовать встречу с вашими родными. Но тут всё зависит не только от нас… Сами подумайте, каково будет вдовам узнать, что мужья живы и здоровы?
Дорси и Ван Хорн истово закивали, а Николс лишь бросил на Елену тусклый взгляд, и опустил глаза, пробормотав:
— Небось, недолго плакали… Давно все замужем опять…
— Могу просветить, — усмехнулась фон Ливен. — Не знаю, с кем жила Кэтрин Дорси, но сейчас она одна. Лайза ван Хорн лет пять назад вышла замуж, оставив в новом браке прежнюю фамилию. Развелась через пару лет. Энни Николс, насколько нам известно, не заводила ни мужей, ни любовников.
Лестер сгорбился, и спрятал лицо в ладонях.
— Простите… — глухо выговорил он.
— Пустяки, Лес, — смягчилась Елена, слезая со стола. — Вы все изрядно натерпелись, и большое вам спасибо, что не сдали здешние секреты тамошним ловкачам…
— Да ладно… — смутился Дорси, вставая.
— Нет, Майк, — серьезно сказала княгиня. — У вас же был выбор, но вы решили удалиться в изгнание ради безопасности своего родного мира.
— Ну уж… — вытолкнул Николс. Взглядом скользнув по доске, он воскликнул: — О, и Рон у вас?
Фон Ливен промолчала, лишь бы скрыть свое изумление.
— Да это его штарая фотография, — зашамкал Джон. — Видишь, в белом халате…
— Да где старая⁈ — вознегодовал Лестер. — Вот! — он щелкнул по снимку Панкова. — Видишь? Бровь рассечена! Это я ему заехал, лет пять назад! Помнишь, как мы сцепились на Рождество?
— Да, дейштвительно… — закряхтел Ван Хорн, и криво усмехнулся: — Но вштречатьша ш этим выродком… Ни жа што. Иначе я ему вторую бровку рашшеку!
Елена гостеприимно отворила дверь, еле сдерживая нетерпение.
— До свидания, джентльмены! На будущей неделе вас отвезут к дантистам… И не беспокойтесь, у нас медицина бесплатная!
 
Выпроводив «робинзонов», княгиня бросилась к телефону, и быстренько наклацала номер.
— Алло? Борюсик? Есть оч-чень интересные новости!
  
Глава 14
 
Воскресенье, 25 апреля. Позднее утро
Московская область, Малаховка
Гирин с прошлого года подыскивал себе машину «по размеру» — чтобы и ему не тесниться, и Насте с Максом было, где сесть, да еще для палатки места хватило, для раскладных столиков-стуликов и прочего барахла, без которого выезд на природу лучше даже не затевать.
Мечталось о «новой» пятидверной «Ниве» — и внутри просторно, хоть в шляпе садись, и триста «лошадей» скачут в восьми цилиндрах… Однако в автомагазинах лишь руками разводили — дефицит, однако! А без очереди можно было только «Вольво-комби» купить, «Москвич-440», «Шкоду-Октавиа» или «Волгу» ГАЗ-27.
Иван выбрал «Волгу», молочно-белый «универсал» с еле заметным, но приятным кремовым оттенком.
И вот настал великий день — первый день отпуска! «Свердловск» почивал на рейде Севастополя под домовитым приглядом старпома, а Гирины уселись в новенькое авто, и сказали: «Поехали!»
В Москву! В Москву! В Москву!
Хотя в столицу так и не попали — мужественный капраз, которому оказывали почтение вожди воинственных туарегов, побоялся большого движения на московских улицах. Со штурвалом он бы справился, а вот с баранкой…
А ведь, еще подъезжая, капитан 1-го ранга вырядился в черный мундир со всеми онерами и причиндалами — хотел покончить с кое-какими формальностями в Минобороны. Но малодушно отложил визит на завтра. «Маньяна…»
И «Волга», прошуршав по МКАД, свернула к Малаховке.
* * *
Гирин, не отрываясь от руля, покосился на жену. Настя, стоило ей завидеть дом брата, напряглась немного, но не отвернулась, не отвела глаза, как бывало раньше, а храбро посмотрела на то самое место, где когда-то убили ее отца.
Она как-то признавалась, что была «папиной дочкой», да и сама очень любила папу. И потеря давила на нее до сих пор — боль истончилась, но не пропала вовсе, держа за душу черной нитью.
Настя изредка вспоминала об отце, грустила немного, но все же обычная жизнь заполняла ее дни, отвлекая от горестных дум. Только в прошлом году она сильно расстроилась, как раз из-за того, что забыла о папином дне рождения…
Женщина перехватила взгляд «водилы» и мягко улыбнулась:
— Всё нормально.
— Ого! — воскликнул Максим, подскакивая на заднем сиденье. — Пап, смотри, машин сколько!
Действительно, на обширном дворе Мишиной «дачи» поместились четыре или пять легковушек, не считая зеленого Ритиного «москвичонка», выглядывавшего из раскрытых ворот гаража.
— Понаехали! — фыркнул Иван, и притормозил у красивой кованой ограды. — Чинно-благородно…
— Это Миша выставил, — похвасталась Настя, — а старый забор спалил в бане!
Капраз кивнул, глуша мотор.
«Видать, та дощатая ограда и ему память бередила», — подумал он.
— О-о! Крымчане пожаловали! — разнесся веселый голос Риты, вышедшей на крыльцо. — Привет, Настёна!
— Привет! — завопила Настя, срываясь с места.
Давние подруги, ставшие родственницами по велению благосклонной судьбы, обнялись с разбегу и закружились, смеясь и щебеча.
Иван, как и ранее, ощутил легкую оторопь при встрече с Маргаритой. Эта женщина редкой и дерзкой красоты не только будила в нем древние инстинкты, но и вызывала упоительный восторг, сродный смятённости.
Если долго смотреть на Риту, то в какой-то момент приходило пугающее понимание — ты ступаешь по краю бездны. Притягательной и влекущей бездны! Жадно разглядываешь прелестное Ритино лицо, гибкую женственную фигуру, словно отыскивая изъян, а убеждаешься в совершенстве — и голову кружит эмоциональный штопор…