Первый квест (СИ)

Очередь возбуждённо переговаривалась, кто о чём. И от скуки Игорь стал прислушиваться. Какой-то мужчина возмущался отвратительной организацией — видимо, сам метил в главные. Две женщины громко шептались о том, что здесь почему-то нет связи — и это очень странно. А группа молодых и не по погоде закутанных людей уже вовсю обсуждала тему попаданчества…
Молчали только мужчины среднего возраста. Стояли с серьёзными лицами и хмурились. Правда, скоро какой-то балагур принялся шутить о том, что самое время подумать о том, кто они, люди, друг другу — волки или паёк. Но, к счастью, на его грубоватые шутки никто не реагировал.
Впереди у большого костра слышался гвалт. Там две суровые женщины распределяли еду из большого то ли чана, то ли котла, то ли вообще металлической бочки. И было заметно, что этот процесс вызывает множество споров и бурное возмущение. Посмотрев на это, Вера судорожно вцепилась в руку отца и начала чуть испуганно поглядывать по сторонам.
— Ну куда без очереди?! Иди в конец!
— У меня ребёнок маленький!
— У всех тут дети! Иди в конец очереди!
— Да пустите вы её! Нелюди, что ли?
Чем ближе была раздача еды, тем больше споров возникало. И тем больше было желающих влезть без очереди. У одних были маленькие дети, вторые полдня работали на всех и теперь имели право, а третьи — просто так привыкли.
— Слышь, у меня там тёлка лежит с переломом! Ять! Ты чё тупая, сука?! — голос показался знакомым.
Игорь сделал шаг вбок и выглянул из очереди. Ну да, тот самый нервный водила, который обматерил его в тумане, когда пришлось резко уходить от столкновения… Переход не прошёл для него бесследно: лицо посечено, одна рука на перевязи. «А вот не хрен так гнать было! — подумал Игорь, не сдержав злорадства. — Везде права качает…».
Мужик и в самом деле профессионально качал права, пытаясь пролезть без очереди. Но остальные были резко против. Может, «нервный» и сумел бы устрашить всех недовольных — он всё-таки был тем ещё качком… Однако порезы и травма заметно снизили показатель его брутальности. Все, в том числе и сам мужик, понимали: один удар по перевязи — и он не боец.
В результате «нервного» прогнали, и он пошёл в конец очереди, изрыгая из себя такие матерные тирады, что уши в трубочку скручивались. Когда он проходил мимо Игоря, тот на всякий случай отвернулся. Ещё узнает — тогда драки им не избежать. Может, и стоило бы врезать «нервному»… Но не при дочери же… И вообще за Веру было страшновато: Игорь может и не победит, а неизвестно ещё, как потом мужик себя поведёт.
Однако «нервный» даже не заметил новую цель для наездов. Он всё-таки ушёл в конец очереди и принялся там наводить порядки.
— Пап, а чего он? — тихо спросила Вера.
— Мудак он… — так же тихо ответил Игорь, не сдержавшись.
Однако кто-то его всё-таки услышал, и среди стоящих рядом прокатились одобрительные смешки. Согласных с его точкой зрения в очереди, похоже, хватало.
— Пап!.. — возмутилась дочь из-за ругательства.
— Это правда, малышка. Хотя, конечно, слово плохое, и ты его не повторяй… — Игорь пожал плечами.
При детях он старался не ругаться. Но иногда, конечно, срывался. За что ему всякий раз прилетало от жены. Ну а затем и старшая дочь подключилась, взяв пример с Алисы.
— Нас пятеро: я, дочь, ещё двое малышей пяти лет и жена! — сообщил Игорь суровой женщине на раздаче.
— А где они?! — недовольно осведомилась та.
— У палатки остались. Мы подумали, незачем детям в очереди торчать… — объяснил Игорь, стараясь оставаться вежливым и миролюбивым.
— Всем надо приходить! — рявкнула женщина в ответ. — Я откуда знаю, есть у тебя жена, или ты побольше пожрать решил?!
— В следующий раз придём всей семьёй, — пообещал Игорь. — Мы не знали…
— Ага, конечно! Не знали они!.. — буркнула дама.
Многие люди таких, как она, терпеть не могут. Но Игорь прекрасно слышал, сколько дерьма ей пришлось стерпеть, пока они с Верой ждали. Поэтому и старался не принимать всё сказанное близко к сердцу. И его миролюбивый настрой сработал: суровая женщина не стала требовать привести жену и малышей.
 
— Детям до шести — полпорции! — с лёгкой опаской сообщила она, но снова расслабилась, когда Игорь благодушно кивнул. — Посуда у вас есть?
— Нет, к сожалению… Даже пластиковой, — признался он.
— Дети из одной тарелки поедят? — сдвинув брови, спросила раздатчица еды.
— Конечно! — поспешно согласился Игорь.
— Ира! Давай четыре консервы! И вилок пять… Четыре… — женщина с извиняющейся улыбкой посмотрела на Игоря.
— Четырёх вполне хватит! — решил он.
Тарелками были банки из-под тушёнки. Крышки у них срезали очень аккуратно, но всё-таки оставили. Ухватившись за них, было удобно переносить еду. Кормили в лагере макаронами с тушёнкой и горошком. Одна консерва — одна порция. И ещё четыре куска хлеба.
«Негусто!» — подумал Игорь, но вслух только поблагодарил уставших работников кухни.
Когда они с Верой двинулись назад, Игорь глянул на конец очереди и шепнул дочери:
— Давай обойдём! Пройдём за палатками…
К ужину у опрокинутой фуры вырос целый лес самодельных палаток. Жилищ на одну семью было немного. Так что Игорю, можно сказать, повезло. То ли они Алексею-Лёхе приглянулись, то ли просто первыми на раздачу попали. Большинство убежищ делали из тентов для фур. Получались большие общие шатры человек на двадцать.
С одной стороны, такая скученность приводила к конфликтам и ссорам. С другой стороны, в таких убежищах явно было не так холодно. Люди согревали воздух своим теплом и дыханием. И какой вариант лучше? Игорь, если честно, и сам не знал.
Но очередь он с дочерью обошёл за «улицей» из четырёх таких шатров. Как известно, бережёного Бог бережёт. Вот Игорь и решил не попадаться с едой на глаза агрессивных типов, которые могут решить, что им больше нужно.
Он не боялся драки как таковой. Но количество неудобств, связанных с ней, казалось бесконечным… И еду для всей семьи потеряет, и травмы может получить. А больницы в ближайшей округе явно нет. Кто-то назвал бы это трусостью, но Игорю было плевать. Если от этого зависит благополучие его семьи — чихать, кто и что про него говорит.
Кстати, драка на раздаче еды всё-таки случилась… Но уже в тот момент, когда семья Игоря ужинала. Сидя на чемоданах у своей палатки, они прислушивались к крикам от костра. И молча жевали, переглядываясь. У Игоря мелькнула мысль, что надо бы сходить: проверить, что там и как. С другой стороны, люди у соседних тентов особо не переживали. И он всё-таки остался сидеть.
Впрочем, настроение резко испортилось. Где-то в глубине души он понимал, что как раз вот это — трусость и малодушие. Но менять решение было поздно: крики прекратились. Видимо, драку уже разняли.
— Мне не нравится, что мы на краю лагеря… — серьёзно сказала Алиса, глядя на мужа.
— Что? — Игорь оторвался от неприятных размышлений.
— Наш тент — на краю лагеря! — терпеливо повторила жена. — А если здесь есть дикие звери?
И вот тут Игорь понял, что отдельная палатка оказалась немалым злом… Весь лагерь был организован так, что в центре стояли большие общие палатки, а по краям — маленькие. Исключением был только госпиталь для раненых, который тоже находился на краю.
Игорь попытался вспомнить, видел ли он детей в центральных палатках… И понял, что нет, их там не было. Зато в палатках на окраине хватало семейных с детьми. Это навело его на настолько неприятные мысли, что даже в расчёт их брать не хотелось…
Однако Игорь никак не мог выкинуть из головы всё это. Тент им принёс Алексей-Лёха. И он же указал на место, где ставить укрытие… Тех, кого он на краю лагеря расположил, Лёха больше не навестил ни разу. А вот в центре лагеря крутился постоянно…
— Ты меня слышишь? — уточнила Алиса, заметив, что муж задумался.
— Слышу, да… — кивнул Игорь. — Ты спрашивала, как спастись, если из леса звери выйдут.
— И? — поинтересовалась жена.
— Надо развести костры, — твёрдо сказал Игорь. — Я дойду до леса и наберу там дров за пару ходок.