Первый квест (СИ)

Первый час обороны прошёл почти незаметно. Игорь даже не понял бы, как долго они отбиваются, если бы Эрин не сказал — часов не было, а время летело быстро. И если вначале помощник нюхача рубил всё, что подвернётся под руку, то постепенно стал понимать, что силы у него не бесконечны, а врагов много. Отрезая конечность за конечностью, часть из которых ещё и отрастает заново, победы не добьёшься.
И тогда Игорь стал действовать расчётливее. Теперь он старательно отрезал лишь то, что действительно могло угрожать ему или Эрину. А остальное не трогал. Ну сунул кто-то внутрь караулки когтистую лапу — так и пусть машет. Если она никому не мешает. А если Игорь видел какой-то просвет между лапами, то стрелял туда из трофейного ружья.
Изменение тактики было вознаграждено тремя победными логами, экономией сил — и одобрительным взглядом Эрина. Как только Игорь перестал скакать рядом с бойницей, как горный козёл, к обороне подключился и Джокер, который вцеплялся зубами в особо наглые конечности.
Так прошло ещё два часа. Защитники начали уставать, а порождения решили навалиться всерьёз. Атака пошла со всех сторон — в дверь, в бойницу, с крыши. Какой-то из монстров даже умудрился просочиться через бойницу, причём в прямом смысле слова: просто втёк и сформировался уже на полу. Игорь его не сразу заметил, но, к счастью, Джокер помог.
Обшитую металлом дверь караулки буквально вогнули внутрь, и теперь в щели уже лезли не руки-ноги-щупальца, а торсы с зубастыми головами. Подгадав момент, Эрин отскочил, прикрыл глаза… И, прежде чем он снова бросился к двери с оружием, снаружи раздался страшный рёв и обиженные крики.
Со стороны ворот, ведущих на ферму, сверкнула яркая вспышка. А яростный рёв пламени, которое поднялось из использованного фиала, был слышен даже сквозь стену. К тому же, вспышка света в темноте позволил и Эрину, и Игорю увидеть, куда стрелять. И, воспользовавшись моментом, те принялись расходовать запасы патронов.
Караулка заполнилась запахом пороха, смрадом горящих порождений и вонью крови, лившейся из убитых и раненых монстров…
Почти потухшая буржуйка уже давно особо не грела. Но когда снаружи заполыхало пламя, то стена раскалилась от него так, что внутри помещения стало жарко. И это несмотря на все отверстия в помещении — и предусмотренные строителями, и пробитые за ночь врагами.
Пламя Порядка продержалось ещё почти час. Некоторые монстры пытались в него соваться, но только самые бесстрашные или глупые. Остальные, наоборот, отхлынули подальше, освободив проход и к двери, и к бойнице. И теперь истошно ревели, не в силах добраться до людей. А с крыши спешно, обжигаясь и шипя, слезали те, кто недавно пытался её пробить.
— Стреляй из бойницы по тем, кого видишь! — приказал Эрин, а сам кинулся к двери с инструментами в руках.
В принципе, Игорю был понятен план нюхача. Утром порождения Хаоса наименее активны. После ночи им, видимо, бывает сложно привыкнуть к свету, который несёт собой Порядок. Они слабеют, быстро устают и медленнее двигаются. И, если верить словам Эрина, обычно стараются забиться в какие-нибудь норы, чтобы прийти в себя и привыкнуть.
Значит, нюхачу с помощником надо было продержаться ночь. И большая её часть уже прошла. Ещё час-полтора, и начнёт быстро светать. Вот эти час-полтора и нужно было удерживать караулку, чтобы вырваться из смертельной ловушки. Ну или хотя бы лучше подготовиться к следующему штурму.
А покорёженная дверь уже готова была пасть под напором врага. Поэтому седой и устроил огненное шоу рядом с караулкой.
Чтобы укрепить вход, Эрин решил использовать ту столешницу, на которой нюхач с помощником спали в ожидании штурма. Столешница впритык пролезла между вогнутой внутрь дверью и косяком, тем самым перекрыв проход. И Эрин сразу же начал приколачивать её длинными гвоздями — которые, видимо, притащил из амбара, пока помощник спал. Игорь даже вспомнил, что видел их вечером, когда искал буржуйку.
А пока Эрин был занят, его помощник использовал бойницу по назначению. Тем более что теперь оттуда не тянулись ни лапы, ни щупальца. Монстры как раз находились метрах в десяти от стены. Они казались тёмной массой на границе света и тени. Эта масса постоянно двигалась и колыхалась. Определить, куда именно стрелять, было сложно. Поэтому Игорь начал палить почти наугад — примерно туда, где, по его мнению, в этом месиве находились уязвимые точки врагов.
 
И это принесло свои плоды. Ему посыпались сообщения об убитых порождениях. Обращённые, призванные, подчинённые — все с низкими уровнями. Зато их количество впечатляло. В общей сложности за время передышки Игорю удалось убить почти три десятка монстров. А когда, закончив чинить дверь, к нему присоединился седой, врагов стало помирать до неприличия много.
То один, то другой монстр, не выдержав близости людей, кидался в сторону караулки или входа на ферму. И каждое такое неосторожное тело слегка ослабляло Пламя Порядка. Уменьшался световой круг, а монстры мало-помалу приближались к убежищу людей. И в какой-то момент свет от Пламени Порядка больше не мог их сдержать. Они снова кинулись в атаку, буквально затушив остатки пламени своими телами…
Снова пришлось браться за ножи. Игорь сдерживал врагов у бойницы, а Эрин вернулся к двери, чтобы помешать порождениям разнести столешницу. Она была сколочена из трёх толстых досок, которые жалобно трещали, но пока держались. И уже ясно было, что если не вмешиваться, то её уничтожат всего за несколько минут.
В итоге продержалась столешница полчаса. А потом треснула сначала одна доска, а за ней вторая. Порождения Хаоса навалились на дверь, а чья-то когтистая лапа сорвала амулет, подвешенный сверху — и внутрь караулки тут же начали втягиваться клочья тумана. Джокер с лаем кинулся на них, клацая зубами и не давая появиться тем, кого Эрин называл туманниками. На крыше раздался заунывный скрежет металла: похоже, начала отрываться металлическая обшивка.
— Игорь! Закрой глаза и прикрой глаза собаке! — крикнул Эрин.
— Джокер, ко мне! — крикнул Игорь, отступая от окна и приседая на одно колено.
Пёс подбежал, виляя хвостом. Игорь обнял его за шею, закрывая руками глаза, и сообщил Эрину:
— Готовы!
В тот же момент по векам ударила вспышка света. Он был такой яркий, что, несмотря на все предосторожности, стало очень больно. Игорь даже не удержался и вскрикнул. Жалобно заскулил Джокер. Однако всё это не шло ни в какое сравнение с тем, что творилось снаружи…
Там ревели, шипели, визжали, кричали, рычали, верещали и выли. Как подозревал Игорь, монстрам было больно не только из-за света, но и из-за Порядка, который Эрин, похоже, вложил в удар.
Вспышка длилась недолго: буквально несколько секунд, которые показались вечностью. Но этого хватило, чтобы враги оставили в покое караулку и занялись друг другом.
Первое, что заметил Игорь, открыв глаза — вязь знаков на стенах, которые нюхач вечером выводил карандашиком, куда-то исчезла. Второй взгляд, брошенный в бойницу, сообщил ему о том, что порождения теперь дерутся между собой. А самые удачливые уже закусывают товарищами по несчастью. Судя по странным ударам и неверным движениям, многие враги просто-напросто ослепли.
— Игорь, не стой столбом! Стреляй по ним! — крикнул Эрин, подскакивая к бойнице и целясь из ружья. — Они восстановятся очень быстро! Бей по тем, которые жрут!
В предрассветных сумерках были отчётливо видны тёмные, меняющие форму тела. Игорь выпускал шесть пуль, а затем ещё одну из обреза — и тут же отходил на перезарядку. А его место у бойницы сразу занимал Эрин. Он успевал сделать всего четыре выстрела, но они были куда эффективнее, чем у его помощника. Так или иначе, дюжину порождений Игорь всё-таки пристрелил.
А потом началась последняя волна штурма… Эрин с Игорем встали у двери и стреляли во всё, что пыталось прорваться внутрь. А Джокер кусал слишком длинные конечности, тянущиеся через бойницу. Иногда людям приходилось помогать ему холодным оружием.