Звёзды - это блюдо, которое подают холодным (СИ)

— Люди совсем не такие! — вскипел Стефан. — Как ты можешь ставить знак равенства между нами! Тенри — лживые, лицемерные, беспринципные твари! — он побагровел от возмущения. Похоже, история с Чесси не прошла для него даром.
— Пусть так. Всё равно, мы — одна раса. И если земные власти прознают об этом, пиши пропало.
— Думаешь, они поддержат тенрийцев?
— Скорее всего.
Стефан долго молчал. После чего обречённо вздохнул и негромко произнёс:
— Мы знаем, кто такие тенри и на что способны. Надо рассказать всем. Люди должны узнать правду.
— Возможно, — подумав, кивнула Клементина. Но это — прерогатива официальных властей, а не подпольной оппозиции. При всём уважении, у "Открытого неба" не так уж и много сторонников.
— Не хочу сейчас об этом рассуждать, — Стефан резко поднялся с места и вышел из комнаты. — Всё равно одними разговорами мы ничего не добьёмся, — донеслось из прихожей.
— Ты куда?
— Прогуляться.
Странное дело — все эти дни вынужденного затворничества Клементина не общалась ни с кем, но сейчас, когда за братом захлопнулась дверь, горько-кислое чувство одиночества накатило на неё с новой силой. И ни остывающий кофе, ни любимое имбирное печенье не спасали ситуацию.
Куда же Фау запропастился? Исчез, бросил её — а она тут места себе не находит от волнения и тревоги!
Клементина поймала себя на мысли, что жалеет об опрометчиво данном обещании не выходить из дома.
Нет, она несправедлива к Фау, строго сказала она самой себе. У флойдов сейчас ого-го какие проблемы, а Фау пытается их разрулить. И, кстати, всё ради благополучия человечества, а значит, и её собственного.
И всё же Фау мог бы выкроить минутку-другую, чтоб навестить её…
То и дело на корню пресекая попытки самокопания, Клементина убрала со стола, заказала продукты, проверила почту. Давно перевалило за полдень, Стефан ещё не возвратился, и она была близка к тому, чтоб нарушить данное слово и отправиться на каток, — но негромкий шум снизу заставил её насторожиться.
— Стеф, ты?.. — она перегнулась через перила и успела заметить, как внизу мелькнула ярко-фиолетовая макушка.
"Фау!"
— Наконец-то, Фау! — не чуя под собой ног, Клементина сбежала по лестнице, чуть не споткнувшись на последней ступеньке. — Как ты? Что происходит? Есть шанс исправить ситуацию? От меня что-нибудь требуется?.. — она подавилась последней фразой. Из кресла у камина на неё взирал совершенно незнакомый флойд.
— Требуется, — не сочтя нужным представиться и даже не поздоровавшись, сухо кивнул он. — Оставить лорда Фау в покое и прекратить навязывать ему своё общество.
— Чт-то? — оторопело переспросила Клементина.
— Ваши отношения — не более чем досадное недоразумение. Человек не пара флойду.
— Это он вам сказал? — перебила Клементина, но флойд как будто не заметил её реплики.
— Лорду Фау это прекрасно известно, но он горяч, молод и неопытен, и не устоял перед соблазном. Не стоит судить его слишком строго. Но более так продолжаться не может. Настала пора положить этому конец. Ваша связь и без того принесла нам достаточно хлопот. Если ты не в состоянии исправить свою ошибку, хотя бы осознай её и отойди в сторону.
— Что вы несёте? — голос её дрожал от еле сдерживаемого гнева. — Кто вы такой? Какое дело вам до Фау… и меня?
— Кто я, совершенно неважно. Всё равно наши имена и титулы вам, людям ни о чём не говорят.
— Послушайте, вы! — не выдержала Клементина. — Мои отношения с Фау касаются только нас двоих. Если же мы кому-то помешали… — она выразительно цокнула языком. — Что ж, мне искренне жаль.
— Ваши так называемые "отношения" — в прошлом. Смирись с этим. Вы больше не увидитесь. Никогда.
Клементина недоверчиво хохотнула.
— Да что вы говорите!
— Лорд Фау покинул Землю. Его работа здесь завершена, на этой планете ему больше нечего делать.
"Лжёт!"
— И ты ему больше не нужна.
— Не верю.
— Хочешь доказательств? Пожалуйста, — в руках странного визитёра появился чёрный блестящий шарик размером с мелкий мандарин. Над ним возникла голограмма — в масштабе, конечно, не в натуральную величину, но узнать в трёхмерном изображении Фау это не помешало.
 
— Девчонка? Она ничего не значит для меня, — насмешливо произнёс полупрозрачный Фау. Его фигура слегка подрагивала в воздухе. — Каюсь, я позволил себе некоторые… вольности. Признаться, это было довольно забавно. Но и вы поймите: у меня не было выбора. Клементина должна была доверять мне всецело и полностью — ведь только с её помощью мы могли попытаться схватить тенри. Увы, не получилось. Так что она мне больше не нужна. А браслет… пусть оставит себе на память эту безделушку. Или продаст с аукциона. Думаю, это более чем щедрая компенсация за причинённые неудобства.
У Клементины задрожали губы.
— Это подделка. Видеомонтаж.
— Нет.
— Я вам не верю!
— Верь во что хочешь, твое право. Моя задача была проинформировать тебя — и только. Функции собеседника для дискуссий, психолога и жилетки для рыданий не входят в мою компетенцию. А сейчас позволь откланяться. Нам нужно разгребать всю ту кашу, что вы заварили, и лишнего времени у меня нет.
Флойд сухо кивнул и молча вышел. Дверь за ним захлопнулась с тихим щелчком. Клементина прошла в комнату, машинально опустилась в кресло, где только что сидел незваный гость. В воздухе ещё витал горьковатый хвойный аромат: тонкий, едва уловимый, до боли знакомый — и при этом совсем чужой, поскольку принадлежал постороннему.
Неправда.
Ложь, обман, фикция!
Фау не мог с ней так поступить!.. Или мог?
Сомнение пронырливым ползучим гадом закралось в душу, свернулось кольцами на самом дне — и застыло, подняв голову в предвкушении вкусной и здоровой пищи.
А так ли она ему дорога, как он утверждал?
Да и что она в действительности знает о флойдах? Положа руку на сердце, не так уж и много.
Он назвал её своей лиэнти… И, похоже, в тот момент он сам искренне в это верил. Но после… Что, если он пожалел о своём решении? Что, если он хотел взять свои слова назад?
"Лорд Фау покинул Землю".
Ничего не сказав, не предупредив. И даже не удосужившись попрощаться.
В детстве все мы верим в красивые романтические истории. В любовь, единственную, незыблемую и вечную, в чувства, способные одолеть любые препоны, в счастье — одно на двоих. Но она уже не ребёнок, она давно вышла из детского возраста. А значить, пора перестать жить иллюзиями.
"Ты ему больше не нужна".
Выходит, всё что было между ними — лишь игра?..
Ради чего? Чтобы попытаться схватить тенрийского лазутчика?
Неужели это действительно так?
Она чувствовала себя растоптанной, уничтоженной физически и морально. Как свежее махровое полотенце, о которую вытерли грязные ботинки, спутав с половой тряпкой.
Сердце не хотело верить.
Она зажмурилась, чувствуя, как веки изнутри обжигают горячие слёзы, от которых щиплет глаза. Но разрыдаться не получилось, слезы высохли, обрушившись вниз тысячей незримых осколков — и не потому, что потрясение её было слишком велико, чтобы заливать его рыданиями, а потому, что настоящему горю не нужны никакие внешние атрибуты. Только в груди, прямо под сердцем, давило и жгло, словно туда положили раскалённый булыжник.
Несчастная, потерянная и одинокая как никогда, Клементина сама не заметила, как оказалась у катка. Выходит, весь путь сюда она проделала на автомате?
Даже забавно.
Она ведь не была здесь с того дня. Ограду и павильон уже отремонтировали, лёдовое поле сверкало девственной чистотой, и ничто не указывало на взрыв, прогремевший здесь месяц назад.
Вокруг неё бесплотными тенями скользили какие-то люди. Кажется один из конькобежцев окликнул её по имени — или ей показалось?
Здесь они с Фау впервые встретились…
Истина открылась внезапно, как недостающий фрагмент мозаики, ненароком попавший под скатерть и найденный по чистой случайности.