Парадокс жнеца (СИ)

На меня оба при этом не смотрели, а я — пытаясь делать это незаметно, повернулся, так чтобы не было заметно правую руку. Я уже был готов достать финку из кармана, был в готовности действовать — потому что меня, скорее всего, в живых оставлять не планируют.
— Ты с нами? — обернувшись, спросил меня Гус и вдруг, совершенно неожиданно, бросил мне свое странное копье.
Я машинально поймал оружие, за считанные мгновения превратившее человека в ледяную статую. В руки легло удобно и ухватисто — как алебарда, если брать ее умеючи. Поймал копье я так, что моя правая рука легла на движущуюся рукоять чуть ниже центра, сейчас еще больше напоминающую эргономичное цевье у помпового дробовика. Сейчас рукоять стояла на нижней отсечке, под большим пальцем предохранитель — утопи его, и можно двигать цевье вперед, регулируя подачу энергии, превращающей людей в лед. Учитывая возможности ледяного превращения — против человеческой массы такой можно много дел наворотить, теперь понятно почему черные с собой эти палки таскают.
Несмотря на ужас происходящего — я еще холод чувствовал, дохнувший на меня от только-только превращенного в кусок льда человека, от оружия в руках я не смог сразу оторвать взгляд. Потому что это был продукт совершенно иной от привычной мне цивилизации, выглядящий странно архаично и при этом недосягаемо для привычного мне уровня развития. Примерно так же выглядело оружие в фильме «Черная пантера», когда получившие технологии иной высокоразвитой цивилизации африканские племена применили их для того, чтобы драться друг с другом высокотехнологичными копьями и дубинами.
Прошло мгновенье, другое, сложившиеся уже в пару секунд. Я продолжал рассматривать оружие — когда Гус мне его кинул, я от этого его жеста чуть успокоился, не чувствуя опасность для своей жизни. Тем более что еще не до конца осознал случившееся с Юргеном — не верил в происходящее, не верил в его смерть, люди не превращаются в ледяные статую. Как будто кино сейчас смотрю — все еще сознанием оставаясь где-то в привычной зоне комфорта. И, словно подсознательно не желая из нее выходить в неприветливый окружающий мир, продолжая изучать взглядом длинный наконечник копья-глефы.
Это не металлический клинок в привычном смысле: выглядит как пористый губчатый материал, словно резиновая или поролоновая имитация на тренировочном оружии. Присмотревшись, увидел что клинок представляет из себя структуру из правильных многогранников, сотканных из тончайших металлических нитей. Вот почему полуметровая палка так в размерах быстро увеличилась, а само оружие совсем не тяжелое. Кроме того, такая структура материала — это способ удержать энергию, которая подается вот отсюда, обратил я внимание на нижнюю часть древка, которая была явно отсоединяемой и наверняка являлась батареей…
Мысли мои прервал звук выстрела — за те считанные несколько секунд, пока я в шоке от заморозки Юргена рассматривал брошенное мне копье, Гус перекинул из-за спины плазмоган и выстрелил в меня.
Это было пусть и предсказуемо — по логике событий, но произошло очень и очень, с-ска, неожиданно. Снова я ощутил тупой удар и меня, мою душу, мгновенно вышвырнуло из тела, как будто за шиворот дернули. Как и в прошлый раз, я ощутил себя бестелесным духом, зависнув над замершим во времени местом событий, наблюдая все происходящее сбоку-сверху в остановившемся мгновенье.
Потом я снова словно бы оказался на краю только-только раскручивающегося водоворота. Картинка на месте гибели пришла в движение, Гус — присев рядом со мной, похлопал по карманам, не обращая внимания на то, что тело мое уже начинает истончаться, превращаясь в плотный сгусток белесого тумана. Обыскивая меня, Гус что-то говорил. Не все я понимал, но смысл похоже заключался в том, что, если что вдруг, это именно я якобы убил Юргена.
— Шито белыми нитками, — пожал плечами второй черный, заговорив неожиданно на русском.
— Я знаю место, где лишние вопросы не задают, — перешел на русский и Гус, причем говорил он с заметным тягучим акцентом. — Ух ты! — достал он у меня из кармана финку НКВД.
 
— Ты про эту помойку серьезно что ли… — начал было возражать ему второй, но договорить не успел. Раздался выстрел, и он отлетел на пару метров с появившийся в груди кровавой дырой. Похоже, как переоценил степень доверительных отношений с Гусом, так и недооценил его беспринципность.
— Ну так и оставайся здесь, раз помо-ойка-а-а-а-а-а…
Слова уже поднявшегося на ноги Гуса начинали растягиваться по мере того, как воронка крутилась все быстрее, засасывая меня обратно в тело, которое уже рассыпалось белесым мглистым прахом. Еще один рывок, и я снова оказался у себя на балконе, глядя на залившее небо красно-зеленое северное сияние. В этот раз я уже был готов к подобному развитию событий, поэтому не упал.
Скрипнув зубами, с силой хлопнул ладонью по перилам. Это же надо было так глупо умереть! Не в силах сдержать злость — на себя, на мерзавца дезертира и вообще на глупость смерти, я ударил по перилам еще раз. Больно, надо же — после пребывания в состояние бесплотного духа боль намного ярче ощущается.
Вздохнув и выдохнув, пытаясь упорядочить мысли, всмотрелся в небесное сияние. Судя по тому, что я появляюсь здесь и сейчас, явно оно послужило причиной создания петли времени и провала города в туманную мглу.
Выравнивая дыхание и гася ярость в груди — что уже кулаками махать, поздно, я попытался осмыслить все случившееся за этот раз. Злясь даже больше не на убийцу-дезертира, а на себя — что так по-дурацки умер целых два раза, не успев толком ничего увидеть и понять, куда меня вообще занесло.
Ясно одно: мир пусть и чужой, но не абсолютно. S. P. Q. R. на оружии, русский язык, общий интернациональный язык, интуитивно понятный, машины — в отличие от оружия, похожие на нашу технику. Связь между мирами есть, и там, определенно, присутствуют периодически обновляющиеся в тумане аномалии, в одной из которых оказался я. Почему периодически обновляющиеся? Потому что для странных людей, разговаривающих на странном общем языке, ситуация привычна, действия явно отработаны.
Все вместе они организовывают сбор оказывающихся в тумане людей и, наверное, всего остального — раз так уверенно вкатывались сразу в торговый центр. Понятно, что черные в тумане воюют, оранжевые работают. Да даже виденная мною человеческая масса — явно из разряда чрезвычайных событий, но угроза для командира со шрамом знакомая. В панику он не впал, не спрашивая ничего лишнего у меня, сразу начав действовать. Да и не только для него знакомая — Гус тоже в курсе, что за угроза, вновь скрипнул я зубами, вспоминая события последних минут.
Так, ладно. Дальше: в том, что Княжев в тумане появляется не на Земле, я уверен. Природа пусть похожа, но небо и солнце явно чужие. Да и копье, которое мне дали подержать — продукт совершенно иной цивилизации, специально созданный для действий в условиях гасящей электричество туманной аномалии.
Римской цивилизации? — вспомнил я черного с золотом орла. Римской не римской, но в космос они вышли, огромную станцию на орбите я хорошо видел, вряд ли это мираж. Не знаю, что там у них в космосе, но внизу на земле окучивают аномалии авантюристы, среди которых явно немало людей, не отягощенных моральными принципами.
Мысли снова вернулись к убившему трех человек, и меня в их числе, дезертиру. Ладно. Ладно. Будет и на моей улице праздник, надо только подготовиться к очередному путешествию в туман чужого мира.
Несмотря на насыщенность событий, во время последнего часа, проведенного в чужом мире, у меня пару раз мелькала мысль — если сейчас умру и вновь оживу в начале петли времени, то уеду из Княжева. Вдруг обновление туманной аномалии, если не буду находиться в границах города, меня с собой не захватит.
Но сейчас об этом даже не думал — решил остаться и снова отправиться в туман. Решение принял быстро, но не импульсивно, обдуманно. Пусть и велик соблазн попробовать уехать подальше из города, чтобы проверить возможность избежать попадания в туманную мглу, но в груди жгло желанием мести ублюдку, которые спасая собственную жизнь убил трех человек.