Поймать жену, или Секретарь под прикрытием (СИ)

- О, неужели ты хотела нас предупредить? А может сама их и привела? Это ты ведь совала свой нос во все, что происходит в Академии! Тут не так, там не эдак. А ты сама, Мелисса, что об этом думаешь? Ты тоже согласна? Тебе нормально, что без твоего желания, у каждого мага забирают его кровь? Что ты каждый день, каждую минуту, каждую секунду своей жизни ходишь, говоришь и дышишь лишь потому, что государство тебе это позволяет?
Я вздрогнула, прикусила губу, чтобы не выдать себя выражением лица.
Это была одна из самых болезненных для меня тем.
Каждый юный маг перед получением диплома, а те кто собирались получать камень архимага - перед прохождением Инициации, отдавали свою кровь, которая помещалась в филактерию и хранилась в Башне магов Тирона.
В каждом центральном городе провинции была своя Башня Магов, там становились на учет маги, которые переехали жить в эту область. Но филактерии с кровью хранились лишь в столице. Если же Империю посещал маг другого государства, то он лишь уведомлял Башню о своем прибытии, но через три месяца должен был или покинуть страну или подать прошение о получении гражданства Империи и стать на учет по всем правилам, в том числе сдать кровь.
В Шаккарской Империи или, например, у эльфов такого закона не было. Возможно, их маги оказались чуть более свободолюбивыми, наглыми и более влиятельными. Или осторожными…
В конце-концов, для заклинания Подчинения также требовалась всего лишь филактерия с кровью.
И это было еще одной причиной, помимо идущего по моим следам Арамора, почему даже после того как обвинения были сняты, я так нигде и не осела. Пока прошлой осенью не поддалась не уговоры Таширы и не перебралась под видом кухарки в Тирон в таверну “Золотой единорог”...
После нашей свадьбы Дайрен несколько раз осторожно поднимал тему о том, что неплохо бы встать на учет в Башне, так как теперь я официально жительница Марриды и, мало того, герцогиня Ар-Ронто.
Я, конечно же, обещала, что вот-вот, а сама внутри буквально холодела от ужаса, представляя, что я вновь окажусь в зависимости от кого-то. Пусть даже гипотетически. Пусть даже на полке в Хранилище Башни магов.
Спустя два месяца Дайрен вдруг за ужином вручил мне послание на вощеной бумаге с именной Императорской печатью. Недоуменно развернув письмо я удивленно уставилась на строчки, пробегая их взглядом, не в силах поверить, что это вообще возможно.
Неожиданно я оказалась единственным магом Марриды, которому личным указом Императора Брендона в заслуги за спасение монаршей жизни, можно было не становиться на учет в Башне.
А еще я вдруг вспомнила слова маркиза Вингардо: “Тебе и так позволялось слишком многое”.
За дверью раздались глухие удары, а мое заклинание, прикрывавшее проход, затрещало под напором чужой магии. Очень знакомой магии.
Через пару мгновений к ней присоединились еще несколько заклинаний и, конечно, дверь натужно заскрипела и сдалась.
Спустя пару минут в башне оказалась злая, а местами даже разъяренная Инквизиция.
- Не дергайся! - коротко приказал маркиз Вингардо, который и держал Роберта Маккейна за руки, заломленные за спину.
Остальные испуганные “совята” тоже оказались в руках матерых и суровых следователей.
Я устало и разочарованно облокотилась о стену и поймала злой и многообещающий взгляд Роберта. Он смотрел так, словно это лично я всех сдала, притащила за собой Инквизицию.
Собственно, не только он.
- Прогулялась? - сильная мужская рука сжала меня за запястье, а второй рукой Дайрен жестко приподнял мой подбородок, заставляя смотреть в глаза. - Клянусь, Мэл, это уже была последняя капля!
Как никогда я была полностью согласна. Это стало последней каплей и для меня тоже. Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы и тихо попросила:
- Отпусти… пожалуйста.
Мужчина яростно выругался, освободил мои руки из железной хватки, и зло приказал:
- Иди к себе.
Я отвернулась и медленно вышла из башни. Похоже, всем вокруг от меня лишь одни проблемы и неприятности. Где бы я ни появилась. Даже там, где меня нет.
 
===========
Арт для атмосферы: Инквизиция коварно собирается в Академии на задание)
  Глава 21 
Меня тошнило. Беспощадно и безостановочно. Уже почти полчаса я сидела на полу уборной, отупело глядя слезящимися глазами в белые фаянсовые недра и сжимая трясущиеся пальцы на ободке.
Вокруг наворачивал круги обеспокоенный Арчибальд, который носил в зубах то тапочки, то холодное полотенце. Терся лобастой головой о ноги, заглядывал в глаза и снова убегал, чтобы притащить очередную бесполезную вещь. Мейнкун искренне хотел помочь, но явно не знал, что еще сделать.
Позвать лекаря я не захотела. Еще не хватало смотреть на самодовольное лицо магистра Лилианы и нюхать отвратительную “Звезду полуночи”.
Сама справлюсь.
Или дождусь, пока явится целитель в лице моего мужа, чтобы в очередной раз унизить, растоптать, наорать, а после, может быть, помочь…
Хотя я и сама хороша. Мне даже стало казаться, что на меня наложили какое-то странное проклятие, которое заставляет делать странные выводы и поступки, скрывать информацию.
Что и говорить, сама дура виновата…
Мне было так плохо, что я даже не заметила тяжелые мужские шаги по паркету. Только вздрогнула, когда за спиной раздался громкий и резкий вопрос:
- Что с тобой?
Дайрен… Легок на помине.
- Съела что-то, - вяло отозвалась я, решая, уже можно покинуть эту обитель скорби или еще лучше посидеть. - А может отравилась вонючими носками твоих шпиков…
Голос предательски дрогнул, когда я представила, как он сейчас стоит и зло смотрит на меня, мечтая лишь придушить. А я тут возле унитаза жалкая и заплаканная с красным лицом и мокрыми волосами - Арчи слишком перестарался со своими водяными компрессами.
- И не надо на меня так смотреть! Я сейчас посижу и выйду.
Как всегда этот наглый шовинист решил все за меня. Он просто схватил меня на руки и, несмотря на вялое сопротивление, вынес в спальню, укладывая на кровать.
Под его пальцами вспыхнуло жемчужно-серое сияние, наполняя кровь звонкой и бурлящей целебной магией, снимая симптомы.
Ох, кажется, меня что-то слишком часто лечат в последнее время. Буквально каждый день.
Я торопливо отвернула голову, стараясь не смотреть в его лицо. На жестко сжатую линию губ, злой блеск в глазах, желваки на скулах и сведенные брови. Инквизитор явно злился на меня, бесился от ярости, но все равно делал то, что должен.
Что ж, это ненадолго. Сейчас дурнота отступит, а дальше я все равно услышу о себе все, что он думает. И не только.
Дайрен закончил снимать симптомы и занялся диагностикой, медленно проводя рукой с пульсирующими на кончиках пальцев огоньками по моему телу, начиная от головы. Не пропуская ни одного сантиметра кожи.
Голова. Руки и шея… Грудь, живот…
Вздрогнул и как будто изменился в лице. Проверил еще раз.
Может его так напугало обеденное рагу в моем желудке? Хотя вообще-то все его содержимое сейчас осталось в уборной комнате. Да и что там проверять? И без того понятно, что это отравление.
Но Инквизитор тут же вновь стал серьезным, терпеливо довел проверку до кончиков пальцев на ногах. А после так же молча встал, вышел в свои покои и вернулся уже с темной бутылкой зеленого стекла и одним бокалом.
Одним!
Налил себе и удобно устроился в кресле, просто свалив все мои вещи на стол.
- Мне, значит, даже не предложишь? - не удержалась я от горького обиженного вопроса.
- А ты не хочешь, - таким же ровным и спокойным тоном решил за меня Дайрен. - Выпей воды.
- Очень даже хочу! - возмутилась я, игнорируя предложенный стакан с водой.
Но почти тут же представила, как терпкая кисловатая жидкость вливается в желудок, ощутила вновь подступающую дурноту, и согласилась: воды, так воды.
Та-шор побери, чего же мне так плохо?..