Помни нас и победи для них (СИ)

— Не корабли Ойкумены или их слуг, конструкция не та. Очевидные лапы, предполагают возможность приземления на планету. Давление на поверхность должно быть огромным. Нет причин нападать на фабрику и разрушать её. Они могли бы использовать её напрямую и знали как. Нелогично для текущих или бывших членов Ойкумены. Корабли нападавших продолжают функционировать, раз находятся на границе шторма и их не затянуло внутрь. Есть гравитация, на снимках видны обломки, которые не затянуло. Повреждения интересные. Два корабля уничтожены лучевым оружием, тот что на станции гравитационным. И щитов у него нет, виден ущерб, — я указала на явные повреждения и налёт оранжевой пыли и льда.
Парангоски кивнула.
— Мы направляемся туда на разведку, ты участвуешь.
А это интересно.
— Разрешите задать вопрос? — они кивнула, — а почему мы?
Парангоски фыркнула.
— Будь ты человеком я бы решила, что ты боишься.
Я взмахнула хвостами.
— Вице-адмирал и экспериментальный ИИ редко путешествуют в забытые мирозданием системы без небольшого флота экскорта.
Парангоски усмехнулась.
— Тогда вот тебе ответ. Сейчас у меня всего два корабля с такими модификациями. При этом у второго капитана нет допуска знать о твоем существовании. Я не желаю оставлять тебя без надзора надолго. Так что на втором корабле летает доктор Халси на свою миссию. А мой доставляет тебя. Почему? Как ты верно заметила, на кораблях присутствуют щиты, мы не смогли высадиться ни на одну цель. Да, были попытки. Нужно, чтобы ты решила эту проблему как можно быстрее и с минимальным ущербом, комплекс и так поврежден. Тебе подключат дронов и дадут сопроводить отряд десанта.
С этого и нужно было начинать. Так, нужно подумать.
— Там должны быть грузовые терминалы в верхней части. Вероятно там, где сейчас лежит черная кальмароподобная туша. Нам придется пройти через неё. Отключать щиты не советую, они защищают комплекс от шторма. Корабли тоже.
Три сотни километров в час частично кристаллизированного газа это неполезно для оборудования. Нужно найти вход. По кораблям… Изучим упавший, разберемся.
— У тебя есть разрешение, Кхаэла, готовься.
Исследования, это хорошо.
* * *
Разумеется, сначала были десять дней перелета. Мы прорабатывали симуляции с десантом, учились действовать вместе. Вносили поправки в двигатель с техниками, невозможно всё с первого раза сделать удачно. Много дней подготовки, технических и бытовых работ. Вице-адмирал тратила их на работу с документами и изучение того, что дала ей я на тему этой станции и того, что можно понять по кораблям. Они странные. Никогда не видела подобной конструкции, вероятно это универсальные машины, способные действовать и как корабль, и как сверхтяжелая наземная техника. Зачем иначе кораблю конечности я не знаю. Ну не в ближнем же бою ими бить.
— Это очень странный корабль, его нужно изучить.
Я в предвкушении, техника неизвестной конструкции, неизвестной логики. Это точно будет много новой информации.
— Это может быть паразит?
Я переключилась на Мазерса, старпома корабля, тоже офицер СВР с допуском.
— Маловероятно, первый помощник. Паразит бы давно восстановил корабли, собрал из двух один. Или иными методами, они достаточно умны. Бросить корабль, который можно использовать для атаки не в их стиле. А вот уронить поврежденную машину на голову противника в их. Так что хорошо, что корабль-разведчик не произвёл высадку. Спустимся — узнаем, что там внизу.
Мужчина кивнул.
— Мы спустим вниз небольшую группу УВОД, на случай заражения, плюс твой дрон. Если внизу действительно паразит, отступайте. Этот корабль, его словно сжал гигантский кулак, внутри может просто не быть выхода.
Придется работать исследователям. Хорошо. Но чем его так ударили? Что и заметила:
— Меня интересуют повреждения корабля. Это очевидно гравитационное воздействие, причем изнутри. Если реакция произошла после приземления корабля, кабель, удерживающий станцию, может быть поврежден. Не говоря о том, что внутри будет месиво. Даю процентов девяносто, что придется прорезать себе путь. В том числе до стыковочной секции.
 
Я вывела из памяти схему газосборочной фабрики. Висящая на трехметрового диаметра кабеле из сложного сплава восьмигранная фабрика. По периметру сборщики, в центре станция переработки. В верхней части стыковочные узлы плюс лифт вдоль кабеля. Всё прикрыто полями. Сейчас всё, что ниже верхней трети просто срезано. Что не срезано наверняка повреждено обстрелом и атмосферой. Что устроил внутри десант, тоже предстоит выяснить.
— То, о чем я говорила вице-адмиралу. Сейчас это больше руины, чем постройка. Грузовые терминалы блокированы тушей корабля, нижняя часть вероятно повреждена огнем кораблей и тем, что там нет полноценного щита. То, что щит есть в верхней части это хороший знак, но я ожидаю, что на тысячелетия внутри всё было подвергнуто коррозии и повреждено кристаллизированым газом.
Старпом кивнул.
— Плюс внутри возможно наличие паразита.
Да, он тоже знает, чего ждать. Мы тут даже тестовые бои устраивали, основанные на возможностях паразитов. Если что космопехота должна знать, как защищаться. Так что я тут согласна:
— В лучшем случае охранных роботов или аналогов тех, кто защищал постройку. В худшем да, паразит. Ну и защитники с корабля, возможно автоматика еще работает.
Техника Предтеч весьма живучая. Ну а далее была высадка. Для стыковки выделили фрегат, который всё это обнаружил. Как всё же неудобно, что корабли людей такие медленные. Подогнать технику долго и сложно, работать приходится с тем, что есть прямо сейчас. Изначально хотели отправить пару транспортов «Пеликан», тридцатиметровые десантно-штурмовые машины с четырьмя двигателями. Но слишком высокая турбулентность в шторме, они просто не смогут пристыковаться.
Так что фрегат-разведчик выступит мостом, тем более что быстрый осмотр подтвердил: нужно резать. Взрыв, смявший корабль, просто перемолол его изнутри. Мой бот, используемый в качестве разведчика, сделал один оч-чень интересный вывод.
— Корабль не предназначен для работы гуманоидов. Я не вижу никакой инфраструктуры для экипажа.
Парангоски посмотрела на меня:
— Ты можешь что-то определить в этом месиве обломков?
Аватара кивнула.
— Общая структура. В Ойкумене Предтеч кроме титульной расы было еще множество сателлитов, в том числе водоплавающие и жители газовых миров. У них очень характерная архитектура, предполагающая трехмерные тоннели, в которых они могут перемещаться. Тоннели, чтобы снизить массу и объем задействованной среды. Я не вижу ничего похожего, разве что это корабль хурагоков. Но я никогда такого не видела.
Хурагоки — это биомеханоиды Предтеч, летающий сине-фиолетовый шар из плоти с торчащими конечностями и головой. Но они довольно пассивны и мне кажется, что они бы строили корабли более характерные Предтечам, чем вот эти. И зачем нападать на фабрику? Нет ответа. Много вопросов и ответы мы скоро получим. Экипаж крейсера наблюдает за стыковкой через моих ботов и камеры, мне тоже интересно. Автоматика сработала и зафиксировала фрегат около станции, еще и щитом укрыла.
— Так, функции стыковки работают.
Далее с фрегата протянули мост и высадились на неизвестный черный корабль. Я сижу на всех линиях связи сразу, слежу за ботами, передаю картинку и отвечаю на вопросы. Канал десанта:
— Эй, ИИ, как там тебя. Так это не корабль Предтеч, верно?
Бот фыркнул.
— Кхаэла, клоун. Нет, не корабль Предтеч. Я думаю это корабль кого-то, кто умеет левитировать. Внутри не видно даже намеков на мостики и коридоры. Или автоматика, или хозяева этого корабля не ограничены двумя измерениями.
Перемещаться по перемолотым внутренностям с одной стороны проще, нет шлюзов, что говорит в пользу автоматического корабля. С другой сложнее, так как приходится цепляться ботом за обломки и оборудование. Хорошо, что он маленький. За ботом по разведанному пути отправились люди, прокладывающие и прорезающие себе привычную дорогу. Атмосферы нет, все в скафандрах. По корпусу идет пятеро солдат в полной броне и один из них держит на руках моего робота. Второй бот внутри корабля, составляет карту. Солдаты вооружены и опасны.