Джек из Тени

Она промчалась мимо его лица так быстро, что он едва успел среагировать. Это случилось, когда Джек приближался к разрушенной башне, – кусок тьмы оторвался от нее и полетел в его сторону, двигаясь быстро и непредсказуемо.
Джек не успел выхватить меч. Она пронеслась мимо и умчалась прочь. Он успел швырнуть в нее все три камня, что нес с собой, перед тем, как она исчезла из вида, – и едва не попал вторым. Потом он опустил голову и полминуты извергал проклятия. Это была летучая мышь.
Мечтая о тенях, он побежал.
На равнине стояло множество разрушенных башен, и за одной из них лежал проход, что вел меж высоких холмов к вздымавшемуся за ними горному хребту.
Поскольку Джек не любил проходить мимо зданий – неважно, разрушены они или нет, – в которых могли прятаться враги, он попытался обойти башню по широкой дуге.
Он миновал ее и уже приближался к расселине, когда кто-то позвал его по имени.
– Джек! Мой Джек-Тень! – услышал он. – Это ты! Это и правда ты!
Он повернул голову на голос, и его рука легла на рукоять меча.
– Нет! Нет, мой Джеки! Тебе не нужен меч против старой Рози! – Он едва сумел ее увидеть, так неподвижно она стояла, спиной к разбитой стене, – старуха, одетая в черное, опирающаяся на посох.
– Откуда тебе известно мое имя? – наконец спросил Джек.
– Неужели ты меня забыл, дорогой Джек? Забыл Рози? Скажи, что это не так…
Он разглядывал ее согбенную фигуру, смотрел на седые волосы. «Сломанная швабра», – подумал он. Она напоминала сломанную швабру. И все же…
В ней было что-то знакомое. Но он не мог понять, что именно. Джек убрал руку от оружия и сделал несколько шагов к старухе.
– Рози?
Нет. Не может быть.
Он подошел совсем близко. И, наконец, посмотрел в ее глаза.
– Скажи, что ты меня помнишь, Джек.
– Я помню, – ответил он.
И он действительно помнил.
– Розали, из «Знака горящего пестика», что стоит на тракте, идущем вдоль океана. Но это было так давно, и в Сумеречных землях…
– Да, – сказала она. – Очень давно и очень далеко. Но я никогда тебя не забывала, Джек. Из всех мужчин, встреченных девчонкой из таверны, она запомнила именно тебя. Что с тобой стало, Джек?
– О, моя Розали! Меня обезглавили – спешу добавить, несправедливо, – и я возвращаюсь из Глайва. Но что случилось с тобой? Ты ведь не обитательница Темных земель. Ты смертная. Что ты делаешь в жутких владениях Дреккхейма?
– Я – Мудрица Восточных границ, Джек. Признаю, что в молодости была не слишком мудра – тогда меня покорили твоя открытая улыбка и твои обещания, – но, став старше, я поняла их истинную цену. Я ухаживала за старой сводницей в ее последние годы, и она немного научила меня Искусству. И когда я узнала, что барону нужна Мудрица, чтобы охранять этот проход в его земли, я пришла сюда и принесла ему клятву верности. Говорят, он злой человек, но он всегда хорошо обращался со старой Рози. Лучше, чем большинство из тех, кого она знала. Я рада, что ты меня вспомнил.
Она достала из-под плаща тряпичный сверток, развернула его и положила на землю.
– Присядь и преломи со мной хлеб, Джек, – предложила она. – Как в старые добрые времена.
Он снял пояс с мечом и сел напротив Розали.
– Прошло много времени с тех пор, как ты съел живой камень, – сказала она и с этими словами протянула ему хлеб и кусок сушеного мяса. – Так что я знаю: ты испытываешь голод.
– Откуда тебе известно о моей встрече с камнем? – спросил Джек.
– Как я уже говорила, перед тобой Мудрица – в практическом смысле слова. Я не знала, что это ты с ним разобрался, но мне стало известно, что камень уничтожен. Вот для чего я присматриваю за этим местом по приказу барона. Я слежу за всем, что здесь происходит, и за всеми, кто здесь проходит. И докладываю ему о том, что мне удается узнать.
– Вот как, – проговорил Джек.
– Должно быть, в твоем хвастовстве была какая-то правда – ты не простой темноземелец, но Лорд, Сила, пусть и не такая значительная, – сказала она. – Все размышления приводят меня к тому, что только кто-то из них мог съесть красный камень. Должно быть, ты не шутил, когда бахвалился перед бедной девушкой. Возможно, о других вещах, но не об этом.
 
– О каких других вещах? – спросил Джек.
– Ну, например, ты говорил, что однажды вернешься к ней и возьмешь ее с собой в Теневую Обитель, замок, которого не видал ни один человек. Ты ей так сказал, и она ждала много лет. А потом на постоялом дворе заболела старая сводница. Молодой девушке, которая уже перестала быть молодой, следовало подумать о будущем. И она заключила сделку, чтобы овладеть более выгодным ремеслом.
Некоторое время Джек молчал, глядя в землю, потом проглотил хлеб, который жевал.
– Я вернулся, – сказал он. – Я вернулся, и никто не вспомнил мою Розали. Все изменилось. Там были другие люди. И я снова ушел.
Она захихикала.
– Джек! Джек! Джек! – сказала она. – Сейчас нет нужды в красивой лжи. Старой женщине безразлично то, во что верила молодая девушка.
– Ты говоришь, что стала Мудрицей, – сказал он. – Неужели у тебя нет способа отличить правду от лжи?
– Я предпочла бы не использовать Искусство против Силы… – начала она.
– Используй, – сказал он и снова посмотрел ей в глаза.
Розали прищурилась и наклонилась вперед, встретившись с ним взглядом. Внезапно ее глаза стали огромными пещерами, открывшимися, чтобы его поглотить. Джек терпеливо сносил возникшее при этом ощущение падения. Оно закончилось несколько секунд спустя, когда она отвела взгляд и уронила голову на правое плечо.
– Ты действительно возвращался, – сказала она.
– Как я и говорил.
Он взял хлеб и принялся шумно его жевать, чтобы сделать вид, что не заметил влаги, появившейся у нее на щеках.
– Я забыла, – наконец сказала она. – Забыла, как мало значит время для обитателей Темной стороны. Ты не ведешь счет годам. Просто однажды ты решил, что вернешься за Рози, не подумав о том, что она могла состариться и умереть или просто куда-то уйти. Теперь я понимаю, Джеки. Ты привык к вещам, которые не меняются. Сила остается Силой. Ты можешь убить человека, а потом пообедать с ним через десять лет и посмеяться над давней дуэлью, пытаясь вспомнить ее причину. О, какую хорошую жизнь ты ведешь!
– У меня нет души. У тебя она есть.
– Душа? – Розали рассмеялась. – Что такое душа? Я никогда ни одной не видела. Откуда мне знать, что она существует? И, даже если она у меня есть, какой мне от нее прок? Я без колебаний обменяла бы ее на то, чтобы стать такой, как вы. Однако это за пределами возможностей моего Искусства.
– Мне жаль, – сказал Джек.
Некоторое время они ели молча.
– Я хочу кое о чем тебя спросить, – наконец сказала она.
– И о чем же? – поинтересовался Джек.
– Существует ли на самом деле Теневая Обитель? – спросила она. – Замок с высокими затененными залами, равно невидимый для твоих врагов и друзей, куда ты мог бы отвести девушку, чтобы прожить с ней ее дни?
– Конечно, – ответил Джек и стал смотреть, как она ест. Розали потеряла много зубов, и у нее появилась привычка причмокивать губами. Но внезапно за сетью морщин он увидел лицо молодой девушки, какой она была прежде. Белые зубы сверкали, когда она улыбалась, волосы были длинными и блестящими, подобными небу Темной стороны в промежутках между звездами. А глаза ее, голубые, как небо Светлой стороны, которое ему случалось видеть, сияли. Ему нравилось думать, что они сияют для него.
«Должно быть, ей осталось жить совсем немного», – подумал он. Теперь, когда лицо девушки исчезло, он смотрел на отвисшую кожу под ее подбородком.
– Конечно, – повторил Джек, – и теперь, когда я нашел тебя, не хочешь ли ты уйти отсюда? Подальше от этой жалкой страны, в уют теней? Проведи остаток дней со мной, и я буду добр к тебе.
Она изучающе посмотрела ему в лицо.
– Ты выполнишь свое обещание после стольких лет – теперь, когда я превратилась в уродливую старую каргу?