Мой самый-самый бывший (СИ)
- Сын, ты не пил?
- Что? Нет! - резко вскидывается и возмущенно округляет глаза.
Правдоподобно, но я папе в свое время и не такие спектакли показывала.
- Курил? Нюхал? - к сожалению, или счастью я не сильно осведомлена, на чем сейчас ловят подростков, поэтому перечисляю все подряд.
- Мам! - у Лёвки вспыхивают красным щеки и уши.
То ли от гнева, то ли от страха, что поймали.
- Не мамкай, а иди сюда и дыхни! - иду к нему навстречу, вглядываясь в юное пылающее лицо, - У тебя взгляд какой-то ненормальный. Зрачки - пешки, словно у наркомана.
- И зачем тогда меня нюхать? Это что же за такие вонючие наркотики? - закатывает на это Лёвка глаза, начиная умничать и тем напоминая себя обычного, - Мам, где логика, а?
- Быстро нелогично подошел и дыхнул на мать! - рычу я.
- Ой, да на! – скалится на это Левка и, схватив меня за плечи, чтобы не увернулась, широко открывает рот и активно на меня дышит, чуть не забрызгивая от усилий слюной.
Пытаюсь вырваться - не дает. Начинаем с ним угорать, в шутку борясь. Внутри отпускает. Всё, вот этот шкодный оболтус - точно мой! И вполне обычный, нормальный…
- Да у тебя просто от микробов интоксикация! Что ты ел? Фу! - хохочу, ероша Левке льняную челку, - Быстро зубы чистить!
Сын с умным видом дышит себе в ладонь, проверяя.
- Не наговаривай, мам, все идеально! - улыбается.
Встречаемся глазами. В Левкиных отчаянно звенит какая-то тонкая натянутая эмоция, с надрывом, но я не могу ее разгадать. Пытаюсь...
- Мам, правда, все хорошо?
- Да, - хмурюсь, не понимая.
Глажу мелкого по щеке, а он даже не уворачивается. Мне от его принятия моей ласки странно и тепло -тепло. Он уже почти мужчина - не дается теперь совсем, а тут чуть ли не льнет щекой к моей руке. Зависаю в этой неожиданной близости с сыном, бережно откладывая момент в памяти, но…
Позади раздаются шаги, и атмосфера мгновенно меняется. Будто холоднее стало в гостиной, за секунду наэлектризовавшейся напряжением. Лёвка резко отшатывается от меня и застывает, устремляя неестественно распахнутые глаза на отца, остановившегося за моей спиной. Оборачиваюсь к Сашке и успеваю заметить, как у него по щекам прокатываются желваки, а кончики ушей краснеют совсем как у сына. Или это у Лёвки как у него...
- Что не спим? - выгибает муж бровь.
- Ничего. Вас ждал, - Лёвкин голос звучит как-то враждебно и глухо.
- Зачем?
У Сашки тоже странный тон, будто ему грудную клетку сдавило, и дышать тяжело.
Не понимаю…Ни черта не понимаю, что происходит, а?!
Мечусь взглядом между мужем и сыном, пока они сверлят друг друга болезненно горящими глазами. Я здесь точно лишняя - между ними тысяча вольт, и меня чуть ли не физически сносит отдачей. Поругались, похоже...У них бывает. Сашка вспыльчивый и упрямый, Лёвка спокойней, но возраст и желание во всем копировать отца, даже не в самых его лучших проявлениях, играет с сыном злую шутку. В общем, ничего необычного, но...
Почему Сашка мне ничего не сказал?!
Что-что, а любые ситуации с детьми мы всегда очень активно обсуждали. Муж бы о ссоре с сыном не стал молчать. Наоборот, всю дорогу бы еще и меня приплетал, что где-то я чем-то виновата. Или жаловался на подростковые гормоны, или предлагал вмешаться, или… Да что угодно, но не умолчал бы об этом.
Вижу, как Левка сглатывает, прежде ответить Сашке на его «зачем?». Уши у сыночка уже бордовые, руки заметно дрожат.
- Хотел проверить, держишь ли ты слово, или опять нет! - бросает мужу с каким-то отчаянным вызовом и тут же пытается ретироваться, - Все, я ушел. Спокойной ночи, мам.
- Так, стоп! Что произошло?! - торможу его я, схватив за локоть. Вырывается.
- Ничего, - отвечают с мужем хором, чем только еще больше драконят меня.
- Нет уж, рассказывайте!
Левка кидает затравленный взгляд на отца. То ли поддержки ища, то ли обвиняя.
- Лиз, это наши дела...- Сашка трет лоб, отводя глаза, - Мы разберемся...Да, Лёв?
- Да, мужские дела...- сын кивает, пятясь к выходу. Прежде, чем смыться окончательно, в последний раз кидает на Сашку горящий воинственный взор, - Не смей говорить, понял?
Муж на это только челюсти сжимает, провожая высокую тощую фигуру сына взглядом, а у меня наоборот челюсть отваливается.
- Так, это что было, а?
Сашка медленно поворачивает ко мне голову.
- Ты же слышала, мужские дела. Девочкам нельзя.
Подхожу к мужу и, ластясь, обнимаю его за талию. Напрягается в моих руках - подлизаться незаметно не вышло.
- Ты ему даже замечание не сделал. Он тебе дерзил…Что это за «понял»?
- Лиз, не лезь. Мы сами.
Поджимаю губы недовольно. Решаю сменить тактику.
- Ну Са-а-аш...- шепчу бархатно, целуя мужа в плечо, - Скажи, я с ума сойду. Я серьезно.
- Все, что могу сказать, что поругались в походе, Лёвка вернулся на день раньше, его Тишакова с еще парой туристов привела. И пока у нас вот так. Все, Лиз, пошли спать.
Стою-перевариваю. Пытаюсь додуматься сама. Поругались так, что ушел на день раньше? Нет, я не могу это представить. Не при каких обстоятельствах. Что такого они могли сделать друг другу, сказать...Нет, не сходится. Лихорадочно перебираю в уме все сейчас брошенные ими друг другу фразы и слова.
Лёвка еще и меня ждал, чтобы убедиться, что я не в курсе. То есть… мне такое рассказать...стыдно?!
- Он именно с тобой поругался или что-то случилось в походе, и ты просто об этом знаешь? - поднимаю на мужа вопросительный взгляд.
На Сашкином лице мелькает что-то такое, что заставляет меня склониться ко второй версии. Муж ничего не отвечает, обняв меня за плечи, ведет к лестнице. Идет молча, уплывая в себя. И энергия от него такая тяжелая...Я ощущаю ее кожей, она сквозь поры просачивается в меня.
Что-то случилось, да. Что?
Вариантов не так много на самом деле, если это Лёвка. И если он ни за что не хочет мне говорить. Он ведь мальчишка, подросток. Еще и влюблен.
- Это связано с Гулей? - спрашиваю у Сашки, когда мы заходим в нашу спальню.
- Что? – муж нервно дергается и отпускает меня, уходя от прямого ответа, - Лиз, не гадай. Все утрясется. Должно. В душ пойдешь?
- Нет, я так устала, я спать, - падаю на кровать.
- Ок, - муж исчезает в ванной.
И оставляет меня в практически полной уверенности, что что-то у Лёвки с его горе -любовью произошло. Других предположений у меня нет.
Не дожидаясь Сашку, вырубаюсь, перед сном решив завтра с утра забежать к Нине и расспросить ее про поход. Отношения у нас так себе, честно сказать – она меня бесит. Но то, что у Нины язык как помело - это у нее не отнять. Если она хоть что-то знает - все выложит уже через минуту. А Сашку с Лёвкой все равно бесполезно пытать.
_________
22. Лиза
22. Лиза
Наше окно в спальне нараспашку. Даже зимой. Тем более зимой. Сашка любит спать с ощущением, что ты практически находишься на улице. В первое время я ругалась на это и дико мерзла, а потом...Привыкла. И мне стало нравится тоже. Как почти все, что он мне по-хорошему или по-плохому навязывал. Легко справиться с такими мелочами. Ты просто покупаешь более толстое тяжелое одеяло и сильнее жмешься к мужу во сне. И тебе становится теплее, чем в самой прогретой комнате, а замерзающий кончик носа всегда можно уткнуть Сашке куда-нибудь подмышку.
Уступки, компромиссы...
Их результат часто гораздо слаще, чем то, что будет, если настоять на своем. Когда живешь с таким человеком, как мой муж, это начинаешь очень быстро понимать. Но иногда никаких компромиссов не находится, и это как заусенец на пальце. Цепляет постоянно в самых разных ситуациях, пока не покажется кровь.
Сплю я плохо, в голове клубятся неясные тревожные сны. Перелет, дорога, ночное странное поведение Сашки и Левки - все это не отпускает, мешая мозгу отдохнуть. В итоге просыпаюсь постоянно, и от мужа, по обыкновению сложившего на меня руку и ногу, мне жарко и душно. Проворочавшись, дотягиваю до хмурого рассвета и встаю в начале седьмого утра.