Невеста из пророчества (СИ)

Я не сразу осознала, что меня сильно схватили за руки и встряхнули, будто тряпичную куклу.
— Тебе голова на что дана природой? — шипение над ухом было очень злым, и я не сразу поняла, что принадлежит оно Расару. — Своеволие взыграло? Обиделась?
Я никогда не видела разъяренного дракона. Никогда. До этого момента. Он горел, и не скрывал ни своего пламени, ни своих эмоций. Вот только я не ощущала боли от ожогов, которые должны были появиться, ведь его пальцы были объяты пламенем.
— Что? — я хлопала глазами, не слишком понимая происходящее, картинка в глазах двоилась, но с каждым вдохом раскаленного воздуха мне становилось легче. — Я… Я ничего не трогала.
Я попыталась вырваться из его стальной хватки, но ничего не получилось — в мужчине не осталось и капли человеческого, на скулах проступала чешуя, а золото радужки затопило весь глаз. Чтобы не смотреть в его глаза и искаженное гневом лицо, я отвела взгляд, с удивлением замечая, что рядом с аркой столпилось несколько драконов. Они заглядывали в зал, но сделать шаг не решались. Среди них я заметила и лорда Гарднера, который что-то увлеченно записывал в блокнот.
— Женушка, — его голос был обманчиво спокоен. — Я разве не говорил тебе, что не жду тебя в гостях у себя на работе?
— Нет, — я вырвала руку из его цепкой хватки, подняла палец вверх (учительские привычки неискоренимы), и хмуро посмотрела на мужчину. — Вы сказали мне, что представления совету не будет.
Я запнулась, вновь наткнувшись на его злой взгляд — он будто пытался взять под контроль свои эмоции, и не мог сделать этого.
— Я не собиралась нарушать правил. Я просто хотела посмотреть на здание, о котором рассказывали на уроках истории, и мне было очень скучно дома, — я сама не ожидала, что начну оправдываться.
— Посмотрела? — шипение, от которого кружилась голова, казалось, каждое его слово — магия. — А вам в школе не объясняли, что зал совета лишь для членов совета? Делать нечего было дома? Теперь дел у тебя, женушка, — он особенно выделил последнее слово. — Дел будет очень много, самых разнообразных.
Он неожиданно разжал пальцы, и я отступила на шаг, переводя дыхание и радуясь уже тому, что останусь жива. Вряд ли его светлость допустит гибель "женушки" после того, как супружескую ссору видели многие из его знакомых. В конце концов, это может бросить тень на его и без того не идеальную репутацию.
— Оглянись вокруг, — он говорил очень тихо, но я разбирала каждое слово. — Ничего нового не замечаешь?
Удивленно посмотрев на него, я заметила в глазах дракона смесь боли и ехидной насмешки. Эта необычная смесь заставила меня нахмуриться, и я оглянулась. Желания спорить с разъяренным драконом не было совершенно.
Я, стоя перед разъяренным супругом, перевела взгляд на зал. Происходящее меня насторожило. Зал на глазах менялся, если так можно назвать то радикальное преображение, которое я увидела. Нет, каменные стены по-прежнему были оплавлены драконьим огнем, и кресла все также стояли полукругом, но мне казалось, что стало намного светлее. Теперь я могла разглядеть мельчайшие детали, которыми время украсило это место. Выбоины на полу и резкий, хищный узор на подлокотниках, всполохи факелов, отражающиеся на хищном лице супруга и толпящихся у входа драконов.
Вновь оглядываясь вокруг, я не поверила своим глазам: тринадцатое кресло, стоявшее обугленным и почерневшим еще несколько минут назад, теперь ничем не отличалось от двенадцати. Даже мягкая подушечка из красного бархата, созданная для удобства сидящего, была в наличии.
— Подойди к тринадцатому креслу, — шепот заставил меня вздрогнуть — на мгновение я забыла, что нахожусь не одна, и за моей спиной стоит разъяренный дракон.
— Что это значит? — мой шепот прозвучал едва слышно, утонув в шуме других голосов.
— А ты подойди и посмотри, — он зло шипел мне на ухо, и я до сих пор не могла понять, что заставляет его так ненавидеть меня?!
Не хотел бы этого навязанного судьбой брака — мог бы разорвать союз. То, что это в его силах, я даже не сомневалась. Желание устроить скандал прямо сейчас было просто невыносимым, я держалась лишь на закаленной преподаванием психикой. Я могла терпеть девочек в период созревания, которым было ничего не интересно, неужели не смогу потерпеть несколько лет напыщенного чешуйчатого, скрывающего какие-то секреты, касающиеся меня. В том, что обручение произошло не случайно, я была абсолютно уверена, вот только…
 
Я посмотрела на ровный полукруг кресел и нерешительно сделала шаг. После еще один и еще. Сердце билось все сильнее, и я ощущала, как сгущается вокруг меня древняя, колючая и опасная магия, не причиняющая мне вреда.
Сделав последний шаг, я непонимающе уставилась на древние руны, испещряющие спинку. При внимательном рассмотрении становилось понятно, что на каждом кресле свои надписи, понять которые я была не в силах. Не сейчас.
Сердце билось все сильнее от одного осознания, что символы складываются в слова, понятные и непонятные одновременно. Я щурилась, трясла головой и не понимала, почему я вижу свое имя.
Элианель арн Зейран (арн Фарсан).
— Посмотрела? — раздавшееся шипение над ухом все еще нельзя было признать голосом, которым обращаются к супруге. — Это твое место по праву рождения, — голос хмурый — он сам не рад происходящему.
Я замотала головой. Нет, это невозможно! Мне немногим больше двадцати, последнее же упоминание, которое я видела в книгах, датировалось столетием назад.
— Вы знали, — и почему внутренне я виню дракона за его тон, если сама шиплю подобно змее? — Вы все абсолютно точно знали!
— Я не провидец, — он был очень сосредоточен, но злость ушла с его лица. — Но у меня были предположения. Пойдем, тебе не стоит находиться в таких сильных местах, пока ты не сможешь противостоять древней магии.
Я удивленно посмотрела на него. Нет, я ощущала слабое головокружение и была наслышана о возможностях и силе древней магии, но почему она должна причинить мне вред? Пусть увиденое и произошедшее не укладывалось до конца в голове, но, если глаза не обманывают ни меня, ни моего супруга…
— Этот зал строили не самые позитивные и добрые существа. Основатели Ширасарна были специфическими личностями, столетиями боровшимися за власть, что отражалось на характере. Поверь, я просто подарок по сравнению со своими предками, — он криво улыбнулся и на мгновение стал похож на мальчишку. — А магия — это эмоции, мысли. Или преподаватель прикладной магии этого не понимает?
Я отрицательно покачала головой, на мгновение углубляясь в свои познания теоретической магии. Первые чародеи творили сердцем, силой воли, они же и придумали облекать желания в слова древнего языка, сейчас почти забытого, и лишь после этого появились адаптированные заклинания, отнимающие куда меньше сил, но и имеющие не столь большую силу. Наверное, именно поэтому среди людей почти не встречаются боевые маги.
— Я, — начав, я оглянулась на арку, у которой стояли мужчины, и тихий гул их голосов доносился до меня. — Я хочу домой, — про себя можно было добавлять сколько угодно, что домом я считаю свою преподавательскую комнату далеко в провинции, но вряд ли стоит его снова злить.
— Я не держу, — хмыкнул мужчина. — Ты можешь уйти так же, как и вошла, порталы здесь не работают.
  
Глава 8
 
Я зло посмотрела на мужчину. Да если бы не его внезапное появление, ничего бы не произошло, и нас ждал бы запоминающийся вечер после прошедшей ночи. А теперь он испепеляет меня взглядом, в котором эмоции сменяют друг друга столь стремительно, что я не могу разобраться в них. Лишь одно было понятно — пусть он и взял себя в руки, но достаточно одного слова, чтобы разрушить это мнимое спокойствие.
Сделав шаг, я нахмурилась. Голова начинала кружиться, и я слышала голоса. Нет, не тех драконов, которые толпились у арки. Голоса принадлежали незнакомцам. Я не могла уловить суть их беседы, не могла сложить резкие, гортанные звуки в слова.