Мундиаль (СИ)

— Удачи тебе, Алекс.
— Спасибо, Луи. Привет Манчестеру, — последние два слова я добавил очень тихо, практически одними губами.
Парень сделал удивлённое лицо, а я ему подмигнул и, в знак молчания, приложил палец к губам. Мой будущий товарищ по команде весело рассмеялся, затем понимающе кивнул и хлопнул меня по плечу. Я же свернул его майку узлом и зафутболил на взорвавшиеся криком трибуны. Ещё успею обменяться с Саа для своей коллекции, а эта майка станет отличным сувениром с этой игры какому-нибудь везунчику.
Следующая игра пройдёт в Дортмунде девятнадцатого числа. Нашими соперниками будет сборная Того. Французы будут играть с корейцами днём ранее. Это нам даже на руку, так как будет известен результат матча наших соперников. Кстати, в перерыве мне сообщили, что встреча сборных Южной Кореи и Того, проходившая на три часа раньше нашей, завершилась победой корейцев со счётом 2:1.
В раздевалке был настоящий муравейник. Кого там только не было! Мутко, Симонян, Абрамович, какие-то политики и чиновники… И все подходили ко мне, жали руку, обнимали, говорили какой я молодец и, конечно же, теперь со мной им совсем не страшно за сборную. Конечно не страшно, ведь у меня есть шесть свободных дней. До встречи с африканцами я смогу в спокойной обстановке восстановиться и подготовиться к новым играм. Надеюсь, что за эти дни со мной больше ничего не случится.
Сёмин дождался, когда «посторонние» покинут раздевалку и затем тепло поблагодарил нас за игру. Хорошо, что не стал выделять меня из команды. Сегодня мы все молодцы. Бились практически наравне и эту ничью заслужили.
После душа, я посмотрел свой телефон и офигел. Множество звонков и сообщений. Кого там только не было! И мама, и мой агент, и Тимати, и Пригожин, и Миша из Рязани, и Сашка Романов… Отвечать не стал. Вот, приеду в номер, там и перезвоню всем.
Хорошо, что меня не пригласили на послематчевую пресс-конференцию. А то взяли моду в последнее время меня туда таскать. Только вышел в коридор и…
— Саша! Чудо ты наше российское! Какой гол! Я даже не думал, что такое возможно! — подхватил меня Александров, покружил и осторожно поставил на пол.
А я поднял и покружил свою жену. Какой же всё-таки я счастливый человек!
— Так, ребята, давайте сейчас вон туда, в ту комнату пройдём. Пресс-конференция закончится и поедем ужинать в гостиницу. Тебе повара обещали пиццу из цветной капусты испечь и сделать шашлык из индюшатины. Лена, у тебя где-то термос с тёплым яблочным соком был, пусть попьёт. Ему после игры нужно восстанавливать жидкость, — отдавал команды полковник.
Я развалился на диване в комнате ожидания и лениво слушал новости о том, что творилось на трибунах. Наконец, собралась вся наша команда и мы отправились на автобусах в гостиницу. Почти полкилометра пришлось ехать на первой скорости через плотный коридор болельщиков, размахивающих российскими флагами.
Выезд в Бад-Бертрих был намечен только на следующее утро. Кормили меня в гостиничном номере, чтобы я не облизывался на торт, который испекла Ирина. Пока ожидал Лену с ужина, лежал на кровати и обзванивал близких людей. Пролистывая кучу сообщений, был очень приятно удивлён.
— Ленчик, прикинь, меня поздравил министр обороны Иванов, — сказал я вошедшей в номер жене и протянул ей телефон.
— А откуда он узнал твой номер? — удивилась Лена и рассмеялась. — Хотя, чего это я? Его юристы «купили» дом за один день, а ведь мы с мамой два месяца мучились с московской квартирой.
Она поцеловала меня, откинулась на подушку и, глядя в потолок, сказала:
— Сашенька, я так тобой горжусь. Когда ты забил этот удивительный гол французам, то я одновременно и плакала, и смеялась. А какая атмосфера стояла у нас в ложе! Просто чума! Владимир Геннадьевич так кричал, так радовался, даже тельняшку снял и крутил ею над головой. Да там весь стадион на ушах стоял. Господи, на такие эмоции можно, как на наркотик, подсесть.
— Я посмотрю на тебя, когда в финале забью.
— Ты действительно веришь в то, что мы пройдём в финал? — она серьёзно посмотрела на меня.
 
— Не верю, а знаю, — просто ответил я.
— Какой же ты у меня удивительный. Знаешь, я до сих пор не могу поверить, что встретила тебя. Помню, заходишь ты с пиццей, встал в дверях, как статуя жены Лота, и смотришь на меня, как на привидение. Мне так смешно тогда стало. А ведь ещё года не прошло с нашей встречи, а как всё поменялось в наших жизнях. Скажи мне кто, что в июне 2006 года я буду на Мундиале за Россию болеть, в жизни бы не поверила. Господи, как же я тебя люблю!
— Я тоже тебя люблю. Никогда в этом не сомневайся, — крепко обнял я свою «пандочку». Ведь я её даже с размазавшейся под глазами тушью люблю. Потому что для меня она самая-самая.
Лена с обожанием посмотрела на меня, кокетливо улыбнулась и, обняв за шею, нежно поцеловала в губы. Засыпал я счастливым человеком. Обнимая спящую Лену, поймал себя на мысли, что в этой жизни у меня есть всё: любимая девушка, семья, где все были здоровы и счастливы, любимая работа, она же моё увлечение, финансовая независимость, друзья, пускай их пока немного, но ведь настоящих друзей, готовых тебе помочь в любую минуту, не должно быть много. А ещё я участвую в самом главном турнире по футболу, о котором мечтают абсолютно все футболисты планеты. Совсем недавно помог своей сборной спасти нелёгкий матч и заработать первое очко в нашу копилку. В добавок ко всему, я забил свой первый гол на Мундиале. Надеюсь, что не последний. Я напряг свои извилины и начал вспоминать, кто на этом первенстве был лучшим бомбардиром. Ага! Это был немец Мирослав Клозе, забивший пять мячей. Пустяковое дело для меня стать лучшим голеадором турнира. А вот превзойти достижение француза Жюста Фонтэна, забившего тринадцать мячей в 1958 году на Мундиале, мне будет сложно. Но, в принципе, можно постараться. Получается, три игры, плюс ещё четыре, это будет всего семь игр. Я усмехнулся. Ещё не вышел со своей командой из группы, а уже игры плей-офф считаю. Три раза «Ха»! Но, есть у меня внутренняя уверенность, что всё у сборной получится. Нужно только забивать в среднем по два гола за матч. Не так уж это и сложно. Всё, решено! Бьём рекорд Фонтэна, которому уже сорок восемь лет. С этими мыслями и лёгкой улыбкой я ушёл в царство Морфея.
  
Глава 6
 
Германия. Штутгарт, Бад-Бертрих, Дортмунд. 14 — 20 июня 2006 года.
Я открыл сонные глаза и первые секунды дезориентировано пялился в потолок. Это Рязань? Валенсия? Москва? Но умиротворяющее посапывание Лены тут же вернуло меня на грешную землю. Всё-таки здорово, что нам на чемпионате разрешили жить со своими жёнами и подругами. Не знаю, как другим игрокам, но мне это реально помогает. Я меньше нервничаю, не отвлекаюсь на разную ерунду и полностью сосредотачиваюсь на игре.
Аккуратно, стараясь не разбудить свою половинку, я слез с кровати, взял лаптоп с телефоном и направился в ванную комнату. Там прошёлся по полотенцам, которыми Лена тщательно устелила пол, чтобы я, не дай Бог, не поскользнулся, да уселся на унитаз. Сначала включил сотовый и проверил пропущенные звонки и сообщения. Пролистал множество поздравительных сообщений и, поставив телефон на беззвучный режим, взялся за лаптоп. Меня интересовали свежие новости. На российских сайтах всё было до оскомины предсказуемо: «Сборная — молодцы!», «Дали бой грозному сопернику!», «Граф — русский Пеле!», «Что такое папайя?», «Почему Графа выпустили только в конце второго тайма?» и всё в том же духе. Я лишь глубоко вздохнул и поцокал языком. А, если я не оправдаю их надежд? Обмажут дёгтем, обваляют в перьях и по Садовому кольцу погонят? Что интересно, в России активизировались букмекерские конторы. Матч с Францией оказался весьма прибыльным. Бетторы, прознав про мой отёк Квинке, не ожидали ничейный результат в нашем противостоянии, а потому проигрышными оказались девяносто семь процентов ставок. А вот на матч с Того, какой-то «чудик» заложил квартиру и поставил на крупный выигрыш в нашу пользу. Бывают же такие люди. Я уж точно на такую авантюру не решился бы. Хотя, вроде что-то похожее было в Испании, но уже даже и не вспомню.