Под луной с вампиром(ЛП)

Маргарет кивнула. – Они подруги, и она, кажется, готова к «отпускному роману» для Кэролин. Как и ее другая подруга Бетани.
– Меня не интересует «отпускной роман», – проворчал Кристиан.
– Да, дорогой, я знаю, – терпеливо ответила Маргарет. – Но это только начало. Ты должен пробиться к ней.
Он нетерпеливо заерзал, но знал, что она права. – Ладно, так как же Джин может помочь?
– Если ее хорошенько подтолкнуть, я уверена, она сумеет ее убедить, – заверила Маргарет. – Но, тем не менее, я не думаю, что тебе стоит даже разговаривать с Каро до завтра.
– Завтра? – Кристиан резко сел. Черт возьми, он хотел ее сейчас. Ждать до завтра ...
– Ты ждал пятьсот лет. Один день тебя не убьет, – сказала Маргарет, успокаивающе похлопав его по руке. – Кроме того, это будет не завтра.
Когда он позволил своему замешательству проявиться, она улыбнулась.
– Общие мечты.
– О, боже, – Заниполо ударил Кристиана по руке.
– Общие сны должны быть горячими.
– Будем надеяться, что, поговорив с Джиа, получив поддержку от Джини и разделив с тобой мечты, она сможет забыть о разнице в возрасте.
Кристиан подозревал, что это будет, не так просто, но спросил: – Она достаточно близка, чтобы мы могли иметь общие мечты?
– Она живет на вилле рядом с вашей, чуть ниже, – улыбнулась Маргарет. – Мы все устроили.
– Спасибо, – пробормотал он.
– Не благодари нас. Мы еще не завоевали ее для тебя, – сказала Маргарет, а затем предупредила: – И я подозреваю, что, что бы мы ни делали, она все равно сбежит.
Когда Кристиан замолчал, она пожала плечами. – Все спутники жизни твоих братьев в тот или иной момент сбегали, – тихо сказала она. – Это пугающая перспектива для смертного. Они должны не только принять наше существование, но и довериться наночастицам, о чем они даже не подозревали до встречи с нами.
Кристиан поднял глаза, когда Джини внезапно появилась у стола, широко улыбаясь.
– О, ребята, вы молодцы. Все, с кем я говорила, любят вас, – радостно объявила она и спросила: – Где Джиа? А Кэролин? – добавила она, заметив, что ее подруга тоже пропала.
– Они в дамской комнате. Я уверена, что они скоро вернутся, – ответила Маргарет. – Кстати, о Кэролин, Кристиан как раз спрашивал о ней, но я не знаю ее так хорошо, как ты. Может быть, ты ответишь на его вопросы?
Брови Джини поползли вверх, когда она перевела взгляд на него.
– Конечно. Что ты хотел узнать?
Поняв намек матери, Кристиан улыбнулся и сказал: – Всё.
 Глава 3 
Кэролин вышла из кабинки и направилась к раковинам, ее шаги замедлились, когда она узнала блондинку, взбивающую свои волосы перед зеркалом.
– О, привет, – смущенно поздоровалась она, когда Джиа встретилась с ней взглядом в зеркале. Внезапно почувствовав себя неловко, она указала на кабинку и пробормотала: – … Э...
– Воспользовалась туалетом? – весело предположила Джиа.
Кэролин кивнула и продолжила мыть руки, мысленно ругая себя за идиотизм. Чувство вины за то, что Кристиан привлек ее, и за то, как она сбежала, заставило ее сказать это, как будто ей нужно было прикрытие, чтобы встать из-за стола.
Джиа усмехнулась, и Кэролин неуверенно посмотрела на нее.
– Извини, но ты бы видела выражение своего лица, – весело сказала Джиа. – У тебя виноватый вид, как у ребенка, которого поймали с рукой в банке из-под печенья.
Кэролин снова посмотрела на раковину, когда мыла руки.
Когда Кэролайн вытерла руки, Джиа спросила: – Так распорядитель Джин – твоя подруга?
Кэролин улыбнулась. – С университета. И Бет тоже. Она приехала сюда со мной, но с тех пор, как приехала, была не в своей тарелке, – объяснила она. – Жаль, потому что мы трое впервые вместе с тех пор, как поселились вместе в университете.
– Вы были соседками? – с любопытством спросила Джиа. – В кампусе?
– Нет, мы сняли дом с другим нашим другом – Брентом.
– Брент, – Джиа усмехнулась. – Один мужчина и три женщины. Это должно быть интересно.
Кэролин усмехнулась. – Брент больше походил на одну из девушек, чем на парня.
 
Глаза Джии сузились, и она пробормотала: – Гей.
– Да, – ответила Кэролин, хотя на самом деле это был не вопрос. – Хотя тогда мало кто об этом знал. Тогда он еще шифровался. Его родители были старше, и он не думал, что они примут его, если узнают, – слабо улыбнулась она. – Самое смешное, что он годами таскал меня домой в качестве своей «подружки», чтобы родители ничего не узнали, а когда он, наконец, призналась, его мать нисколько не удивилась. Она с самого начала знала, что я всего лишь его борода.
Джиа повернулась спиной к стойке, села на нее и взяла бутылку воды, которая стояла рядом с ней. Она посмотрела на Кэролин, когда та открыла ее и сделала глоток, затем опустила ее и спросила: – Борода?
– В основном это фальшивая девушка, поэтому люди не догадываются, что человек – гей, – объяснила она, задаваясь вопросом, каким будет итальянский эквивалент. Маргарет сказала, что все музыканты – итальянские родственники Джулиуса. Она посмотрела на дверь, но заколебалась, не желая выходить, пока Кристиан может быть еще там. Кэролин боялась выставить себя дурой из-за этого мужчины, пускать слюни или как-то иначе выдать свое влечение к нему. Поэтому ей показалось, что лучше просто избегать его. Она выйдет после того, как он вернется на сцену, а затем ускользнет до окончания второго отделения и будет избегать до тех пор, пока группа не уйдет, решила она.
– Садись со мной, – предложила Джиа, похлопав по стойке рядом с собой. Когда Кэролин неуверенно посмотрела на нее, она криво улыбнулась и сказала: – Я должна расслабиться во время перерыва, но если мы вернемся, гости захотят поговорить со мной, и тогда этого не произойдет. Разговор же с тобой меня расслабляет.
Кэролин все равно не очень-то хотелось возвращаться, поэтому она подошла к стойке и устроилась рядом с ней.
– Значит, ты не возражала быть бородой для своего друга? – сразу спросила Джиа.
– Вовсе нет. Брент был милым и большим другом. Он и сейчас такой. Кроме того, я сочувствовала ему. Тогда он действительно боролся со своей гомосексуальностью. Он хотел быть честным, чтобы угодить своей семье и в основном вписаться, но его просто не привлекали женщины. Какое-то время ему было тяжело. Я была рада помочь, – сказала она, пожав плечами.
–У моего cugino та же проблема, – объявила Джиа, когда Кэролин снова посмотрела на дверь.
Кэролин неуверенно оглянулась. – Cugino?
– Кузена, – перевела Джиа. – Он гей, но... Ну, в Италии почти все увлечены этим ужасным мачизмом, и особенно наша семья, так что он держит это при себе. Я единственная, кто знает.
– О, какая жалость. Ему, должно быть, тяжело, – сочувственно сказала она, вспоминая долгие ночные разговоры с Брентом на эту тему. Он действительно боролся с этим, и это казалось ей несправедливым. Она не понимала, почему гомосексуализм вызывает у некоторых людей гнев и ярость. Некоторые вели себя так, как будто думали, что человек однажды проснется и скажет: – Ну, я думаю, что сегодня разозлю Вселенную, изменив свои сексуальные предпочтения.
Она не была экспертом в этом вопросе, но ей казалось, что думать о том, что человек может выбрать, какой пол его привлекает, было все равно, что думать, что ты можешь выбрать, что ты предпочитаешь есть. Некоторые предпочитали шоколад ванили, другие – ваниль шоколаду; это был не выбор, а вопрос вкуса и того, что привлекало их. Почему же они думали, что сексуальные предпочтения будут другими?
– Si, – Джиа печально кивнула. – Какое-то время все было не так уж плохо, у него была ... как ты это назвала? Борода?
Когда Каролин кивнула, она продолжила: – У него была борода на протяжении многих лет. Они были хорошими друзьями, и она ходила с ним на семейные торжества и все такое. Но она вышла замуж в прошлом году, и с тех пор у него не было прикрытия. Всех в семье беспокоит, привезет ли он домой другую девушку и он боится, что некоторые из них начинают подозревать. Особенно Джулиус и другие ребята из группы.