Кондитерская дочери попаданки (СИ)

К тому же, вот отличие от моего несостоявшегося женишка, этот парень пришел ко мне не один — в метре от него стояло двое сопровождающих в мундирах стражи графского замка. С болтающимися на перевязях саблями в ножнах, естественно.
— Рад видеть вас в добром здравии, — тем временем продолжал он, без разрешения проходя во двор, и конечно же, направляясь ко мне.
— Чем обязана вашему визиту? — выговорила я, медленно выдыхая воздух.
— У меня к вам важный разговор, — вздохнул мужчина, подойдя ко мне намного ближе, чем было положено подходить к девушке. Особенно средь бела дня посреди улицы.
А еще — намного ближе, чем мне хотелось бы видеть его рядом с собой.
— Какой же разговор у вас в принципе может ко мне быть? — прищурилась я, по его взгляду поняв: если я попытаюсь отступить, он лишь усилит напор.
— Довольно важный. Посему я бы просил вас пройти ради него в дом, а не продолжать на улице…
— Нет, уж если вы хотите со мной поговорить, то рассказывайте причину, по которой вы пришли. Здесь и сейчас, — отрезала я, сердито сверкнув глазами. Чего я уж точно не собиралась, так это оставаться с ним наедине внутри дома. Там, где этот мужчина больше не будет находиться под пристальным взглядом соседей, которые сейчас уже наверняка, вернувшись с работы, заинтересовались происходящим в моем дворе и поглядывали из окон на столь непривычного непрошеного гостя.
— Леди Сериз, почему так грубо? Могли хотя бы улыбнуться, — надменно хмыкнул Вильям, скрестив руки на груди, и кажется, просто сгорая от самолюбования при этом своем взгляде на меня сверху вниз.
— Простите, но и в этой просьбе я вам откажу. В данный момент я просто НЕ ХОЧУ улыбаться. Так что не буду этого делать.
— Вот как? Но ведь улыбка на лица леди — самое любимое украшение для мужских глаз, — фыркнул от.
— Вынуждена вас разочаровать, но я — живой человек, а не элемент интерьера, чтобы быть для чьих-то глаз УКРАШЕНИЕМ. Особенно в случае, когда у меня нет желания украшать ничего, кроме кексов.
— Ох, милая леди Сериз, не этого я ожидал. Особенно от той, с кем мы были так близки.
— Поправьте меня, если я ошибаюсь. но когда это мы с вами были «близки»? — я скрипнула зубами.
— Ну как же? Мы ведь почти родня! Я без пяти минут муж вашей достопочтенной сестры и покровитель этих земель.
Надо же, какой милый, а главное, ПРОЗРАЧНЫЙ намек!
— И что же мне хочет сказать мой «без пяти минут свояк»? — поинтересовалась я, уперев руки в боки.
— Это касается того, что ваше положение сейчас крайне рискованное, — вздохнул мужчина с наигранным сочувствием. — Узнав, что в ваш дом вломились, а вас саму чуть не зарезали, я не нахожу себе места от беспокойства.
— Очень любезно с вашей стороны проявлять беспокойство по этому поводу, — бросила я, всеми силами стараясь не язвить… вот только подозреваю, получалось у меня это не особо хорошо. — Но вы ведь пришли сюда не только выразить свое беспокойство, верно?
— Именно, леди Сериз. Я пришел предложить вам выход из ужасной ситуации, в которой вы оказались.
— О каком выходе вы говорите, лорд Варслор? — с подозрением прищурилась я. — Тоже будете уговаривать меня вернуться, чтобы выйти замуж за барона Форстера?
— Нет-нет, что вы, — усмехнулся Вильям. — Уговаривать вас на этот брак — не моя прерогатива, пусть этим занимаются сам лорд Форстер и леди Амалия. У меня же к вам другое предложение, не имеющее отношения к третьим лицам.
— То есть?
— Я предлагаю вам официально стать моей любовницей, — заявил мужчина. И я не то что не сразу восприняла эти слова — просто застопорилась, выкатив глаза. А тем временем Вильям продолжал: — Мой стряпчий уже подготовил контракт, вам осталось его только подписать.
— Контракт? — поперхнувшись, прохрипела я.
— На пять лет, с перспективой продления, — вел дальше он, словно не замечая шокированного выражения на моем лице. — У вас будет достойное жалование, собственные покои для проживания, а так же я буду полностью вас содержать. За вашу невинность, естественно, будет дополнительная щедрая оплата, которую я выдам вам на руки после нашей первой ночи, когда заберу ее. Согласитесь, для признанного бастарда место официальной любовницы человека моего положения — куда более приятная альтернатива браку с мужчиной, на которого девушка вроде вас могла бы рассчитывать. Как-никак, мой титул куда солиднее, чем у того же барона Форстера. А еще я молод, красив и богат. Более того, хорош в постели, — самодовольно добавил Вильям, подступив и буквально прижавшись ко мне!
 
— Немедленно отойдите от меня и убирайтесь, иначе я закричу, чтоб соседи звали стражу, — прошипела я, гневно сжимая кулаки. — Времена, когда покровители административных районов могли творить что угодно с живущими на них людьми, давно прошли, лорд Варслор. Так что за любые действия со мной против моей воли вам придется отвечать перед судом.
— Сколько у вас, однако, уверенности в этих словах. — насмешливо хмыкнул мужчина. — Вы бы, все же, подумали. Юной хрупкой девушке одной будет очень сложно выжить в этом мире. Да, формально женщина в наше время уже может владеть собственностью, вести свой бизнес, самостоятельно принимать решения. Но. всегда ведь найдутся тысячи НО. И вы должны были сами это заметить, не так ли?
— Это уже вас не касается, — прошипела я, злобно сверкнув глазами. — Сейчас же уходите и не возвращайтесь.
— Хорошо, леди Сериз, — сдался мужчина, напоказ вздохнув. — Я уйду. Сейчас. Ну а касательно того, вернусь ли — это уже другой разговор. Кто знает, как повернутся обстоятельства, так ведь? Но в любом случае, знайте, что мое предложение по-прежнему в силе, — добавил он, и коварно подмигнув… в самом деле развернулся и ушел.
Проводив его взглядом, я вернулась в дом. где начала сердито колотить стены. Вот же мерзавца кусок! Поверить не могу, что он, даже не дожидаясь свадьбы с Матильдой, решил бежать ко мне с такими «заманчивыми предложениями»! Даже если забыть о том, что КАКОГО ЧЕРТА ВООБЩЕ он решил предлагать мне ТАКОЕ.
Нет, законом высоким лордам не запрещалось иметь официальных любовниц, чье происхождение варьировалось в пределах бастардок и представительниц низшей аристократии. И да, я помнила, что их с Матильдой помолвка была исключительно стратегическим решением родителей. Тем не менее, неужели ему на нее ВОТ НАСТОЛЬКО плевать, раз он не только приставал ко мне ранее, но еще и решил попробовать купить меня в качестве постельной грелки, предложив спокойную сытую жизнь как минимум на следующее пять лет?
Немного выпустив пар и поняв, что успокоилась, я сходила в погреб за остывшим тестом и принялась вылепливать из него корзиночки в металлических формах. Закончив же, попрокалывала каждую из них вилкой во всех местах — чтоб тесто во время выпечки не вздулось. А затем поставила их в нагревательный шкаф и засекла время.
Запах свежевыпеченного песочного теста немного меня успокоил, и даже привел в состояние некоего умиротворения. В котором я приготовила воздушный белковый крем. И положив на дно каждой из корзиночек по чайной ложечке восхитительного лимонного конфитюра, наполнила их кремом из кондитерского мешка. С большой, красивой рельефной горкой, которую украсила засахаренными ломтиками лимона.
Но не успела я водрузить последнюю дольку на белое облачко крема, как услышала звон колокольчика, висевшего у входа во двор. И выглянув, увидела Дороти.
— Заходи! — позвала я сквозь открытое окно и пошла к ней навстречу.
Пересеклись мы как раз возле порога. И соседка, не медля, тут же заявила:
— Вечер добрый, Сериз! Я тут заметила в окошке, у тебя там какие-то вкусняшки выпекались?
 
— Да, как раз закончила лимонные корзиночки.
— И как, они на продажу? Или ты под заказ их делала?
— Нет, не под заказ. Продавать собиралась. А что?
— А то, что я у тебя прямо сейчас хочу купить четыре штучки! — радостно заявила соседка.
— Почем?
— По двадцать аслеров за корзиночку.