Богатый, сильный, одинокий (СИ)

- Не думал, что вы посмеете.
- Посмела, ещё как.
- Я заметил.
Теперь он стал заметно более колючим.
- Слушайте, я понять не могу, что вам мешало начать общаться со мной сразу нормально? - спросила я. - Зачем нужно было подсовывать мне эту отвратительную ходячую манию минета?
- Я отвечу на этот вопрос после вашего ответа на мой. Не ранее. Точка.
- А я не желаю вам сейчас на него отвечать, - сказала я. - Шах и мат.
- Хорошо, - примирительно произнёс он. - Не отвечайте. Так вы будете ром? За компанию, потому что я - буду.
- После вина-то? - ехидно поинтересовалась я.
- Там гранатовый сок.
- Ага... Для сердца полезен, да?
- Просто вкусный.
- Я смотрю у вас тут все фанаты этого сока.
- Вы про Романа?
- Угу, - ответила я. - Про него.
- Слушайте, я так понимаю, что я вам не нравлюсь. Ок, никаких проблем, не буду навязываться.
Он встал.
- Не заигрывайте, - сказала я. - Вы прекрасно видите, что нравитесь. Но я на вас в сильной обиде. Сядьте. Вы ещё не ответили на мои вопросы. А мне нужны эти ответы. К тому же вы обещали.
- Обещал, - вздохнул он. - И за что же вы на меня в обиде? За то, что я не планирую связывать жизнь с женщиной, которой нужен не я, а мои деньги и статус? За то, что я дважды очень, вы даже не представляете насколько, обжёгся? А потом безвылазно сидел на острове, не веря женщинам вообще? Да сама Игра появилась, как следствие того, что в юности моя пылкая любовь популярно объяснила мне, что я парень конечно хороший и она бы безусловно осталась бы со мной, как и клялась мне когда-то, нежно глядя в глаза, но надо смотреть правде в глаза: я беден, перспективы туманны, а у неё есть ещё один хороший друг, который нежно любит её и она думает, что для серьёзных отношений он подходит куда больше?
- Нет, - наконец перебила я этот нескончаемый поток вопросов и жалости к себе. - Не за это.
- А за что тогда?
- За то, что вы заигрались. Я могла умереть.
Он повернулся ко мне и абсолютно серьёзно посмотрел мне в глаза.
- Вы не могли умереть.
-Откуда такая уверенность?
- Да всё, что происходило после вашего первого отказа - вообще не планировалось. Паника и экспромт. Вы были постоянно на виду. Лучшие врачи и команда дежурных спасателей не смыкали глаз вместе с вами. Да и я тоже не спал. Вы задали жару, нечего сказать. Вам ничего не угрожало вообще. Огромная часть психологического давления - это ваши надуманные фантазии и страхи. А физического воздействия к вам никто не применял и вы это прекрасно знаете. И препон в рамках передвижения на острове вам никто не строил. За исключением замка и его близлежащей территории.
Я молча сверлила его взглядом.
- Не надо злиться. Я же говорю, у меня было много причин поступить так, как я поступил. И ни одна из них не была направлена против вас. Да, вам нахамили и не раз. Да, вы испугались загримированного актёра. Да, вы не полезли в джунгли за едой и не ходили к пляжу, где была доступная вода, хотя о его наличии вам даже не намекнули, а сказали прямым текстом. Да, у вас забрали пару предметов одежды, косметичку и не ловящий сеть смартфон и документы, точнее вы сами их отдали, но лишь для того, чтобы вы их не намочили и не потеряли.
- Смотрите-ка, какая забота, - процедила я.
- Да. Забота. Просто вы о ней не знали.
- В сарае тоже была она?
- Слушайте, если бы вы полезли с лодкой в океан, вы бы значительно усложнили задачу по своевременному спасению вас от любой реальной опасности. Мы бы просто могли не успеть. А прикол с фоткой был только для того, чтобы вы как раз поняли, что вы всё время под наблюдением и помереть вам тут никто не даст.
- "Прикол с фоткой", значит? - злобно спросила я.
- Ну, послушайте, кто мог ожидать, что вас приведёт в ярость ваша же фотография? Это же не вам факи показывали, верно?
- Бедненькие... Вы, наверное, там сильно огорчились, когда я так сделала, да? Расплакались? Мне вот интересно, вы получали удовольствие, когда наблюдали, как плакала я, а?
Мой собеседник был, казалось, совершенно растерян.
 
- Юля, - наконец сказал он. - Я вам не враг. Но если я вам неприятен, я уйду.
- Да, уходите, - твёрдо сказала я. - Утром я хочу уплыть.
- Хорошо, - грустно ответил он и встал. - Как пожелаете. Только знайте... я очень восхищаюсь вами.
Обхватив колени руками, я отвернулась и буркнула:
- А я вами - нет.
- Да, мне это понятно, - грустно сказал он. - Доброй вам ночи. В шкафу - книги, на верхней полке - планшет, там много фильмов. Это если не будет хотеться спать. В десять утра по местному времени вас заберёт яхта... Она действительно названа в вашу честь. Это правда.
Он направился к двери.
- Постойте, - вырвалось у меня. - Не уходите. Давайте ещё поговорим.
Он повернулся ко мне. Красивый, как древнегреческий бог. Грустный, как пасмурный сентябрь. И удивлённый моей просьбой остаться - это было заметно. Приятно удивлённый. А я... я мысленно ругала себя за то, что остановила его, но и радовалась тому, что он не уйдёт. Он нравился мне... нравился мне, как мужчина и я уже не злилась на него так сильно, как вчера, когда ещё по сути не знала его... Мне действительно хотелось улететь завтра домой, хотя бы для того, чтобы переварить это всё и понять, чего же я хочу, но улететь не так... Да и не хотелось мне оставаться одной этой ночью в этом огромном замке. Заснуть я бы всё равно не смогла, как и заинтересоваться книгой или кинофильмом.
- Вы на меня сильно сердитесь? - спросил он, всё так же стоя у двери, едва различимый в каминном свете.
- Да, - честно сказала я. - Сильно. Я даже не уверена, что смогу вас простить.
- Я понимал, что так может быть, Юля...И понимаю, что вам будет очень сложно меня понять... Но я действительно очень одинок и именно потому, что очень богат. Когда-то я купался в мимолётном сексе и кратковременных отношениях, но когда устал от этого, только потому что всегда видел в глазах женщины лишь одно - мои деньги, мои возможности и мою власть. В них не было любви.
- Всегда ли? - спросила я, прищурившись.
- Вы о Лисё... о Люсилисе...
- Да, я о ней.
- Да, вы правы, - вздохнул он. - Она - исключение. Но... Вы просто не понимаете...
- Так объясните, - предложила я, похлопав рядом с собой по ковру ладонью, как он не далее часа назад. - По меньшей мере я выслушаю.
- Это касается не только меня, поэтому я не могу посвятить вас в эту историю. Но если очень кратко, она не прошла тест.
- Как интересно... - холодно сказала я. - А вы любили её вообще? Что ж вы всех тестируете-то?
- Вы тоже тестируете, уверяю вас. Всех и каждого. просто у вас возможностей меньше. Часто просто довольствуетесь поверхностными и часто предвзятыми оценками, как и многие другие люди. А я хочу точно понимать.
- Что - понимать?
- Что больше мне не придётся справляться с сильной душевной болью. Я не тороплюсь влюбляться, это так. Но я не тестирую тех, к кому равнодушен. И даже тех, кто мне просто сильно нравится. Получить просто секс я могу без проблем, полагаю, что вы это прекрасно понимаете, Юля. Но я ищу не секс... я ищу любовь. А для того, чтобы любить, нужно доверять. Без доверия не бывает любви, Юля. А у меня большие проблемы с доверием...
- Как вас зовут? - спросила я.
- Вы про моё настоящее имя?
- Да.
- Евгений.
- Очень приятно, Евгений...
- И мне...
То, что было дальше сложно объяснить тому, кто не видел этого проникновенного взгляда, этих сексуально приоткрытых губ, когда понимаешь, что мужчина безусловно очень сексуальный и очень обаятельный, такой, что в его присутствии теряешь почву под ногами от одного его голоса, и, главное, совершенно не настроенный против тебя и такой на которого очень, очень сложно даже сердиться, так увлечён тобой. Когда прямо-таки чувствуешь его одинокость в этом огромном замке, его растерянность и его искреннюю радость оттого, что ты рядом... От былого или мнимого его самодовольства не осталось и следа...