Роды. Прощание с иллюзиями. Хроники индивидуальной акушерки
Женщина просит меня проконсультироваться ещё с кем-то. Я для очистки совести позвонила нескольким докторам, но все, разумеется, подтвердили: по протоколам именно так.
Обсудили с ней возможные исходы индуцированных родов: схватки могут совсем не пойти или пойти, но недостаточной силы, соглашаться ли на капельницу и т. д. Прозвучал даже такой вопрос: можно ли уехать после амниотомии в другой роддом, который славится своими кесаревыми (их там много, рука, что называется, набита).
Невесёлый, в общем, состоялся разговор.
Но я, чувствуя, что не должно ей ничего помешать нормально, здорово родить, тем не менее не могла сказать: «Да не слушай ты никого!» Не имею права на такие реплики – если что случится, именно доктору потом ходить по судам.
Он дал ей ещё два дня.
Я очень надеялась, что за это время роды начнутся сами. Вот только неготовая шейка смущала.
Она вступила в роды через три часа после нашего разговора. Ещё через семь самым красивым, природным образом родился ребёнок – в воду. Все здоровы, всё прекрасно.
Природа ещё раз – весьма недвусмысленно – нам кое на что намекнула.
Обожаю такие намёки.
Про плачущих ёжиков и акушерскую неправду
Подписалась как-то на одну популярную блогершу – меня упомянули в комментарии к её посту о страхе рожать.
Она то и дело мелькала в ленте: как боится вторых родов, как «настраивается на позитив», как выбирает специалистов и лучшее место. Выбрала регулярно мною описываемое – куда индивидуальных акушерок не пускают, чтобы никто ничего не видел.
И вот свежий пост. Уже на больничной койке, с датчиками. Бледная, измученная: «Всё произошло быстро и не по плану, но всё хорошо». Ну да, по лицу заметно…
Началось с сильных схваток, в роддом приехала на прекрасных семи сантиметрах. Пока оформлялась, уже все девять. И тут – с её слов – ребёнок разворачивается (!): «Малыш решил, что хочет потянуться, и встал поперёк».
Вдумайтесь. Плод в головном предлежании, этой самой головой уже раскрывший шейку. Судя по внушительному животу до, а потом по фото после родов – тянет не меньше, чем на 3800. Голова на практически полном открытии либо прижата ко входу в таз, либо уже в него чуть вошла. «Решил потянуться»? И развернулся в поперечное?
Цитата: «КТГ два раза пискнула и стала затихать… врач крикнула – срочно каталку и в операционную».
Переслала коллеге с огромным опытом:
– Я что, тупая? Как это может быть чисто физически? Если бы второй плод из двойни – да, понятно: первый родился, и в перерастянутой матке есть место для поворота. Но в одноплодных родах? Неужели так нагло развели?
Философски настроенная коллега:
– Либо убежали на кесарево из-за сердца, а вот почему оно упало – уже вопрос. И ей эту нелепую причину озвучили, чтобы не переживала. Либо сказали что-то совсем другое, но она так запомнила. Сама знаешь – у беременных, а тем более рожающих, иногда такая каша в голове… А что там стряслось, ни она, ни тем более мы никогда не узнаем. Но про «встал поперёк» – да, абсурд.
Вот только подобный дзен – не моё.
Минимум раз в неделю на приёмах по разбору прошедших родов мне со слезами рассказывают о них как о мошеннической афере. Как сначала все соглашаются на «всё естественное», а в родах всё летит ко всем чертям.
Ходила как-то на занятия пара. Уговаривали пойти с ними в одно крутое место, рожать с главврачом. Я там не работала и могла сопровождать только как доула. Предупредила: если увижу какие-то жёсткие действия, вряд ли сумею сохранить нейтральную позицию – на лице всё будет написано. Ребята исчезли.
Но на тридцати семи неделях девушка снова записалась на онлайн-приём. Ну, думаю – наверное, всё-таки позовут в роды. Только на экране увидела уже не беременную…
– Инна, можно я буду плакать?
Я замерла. Неужели антенатальная гибель плода [19]?
– Пришла на УЗИ. Доктор стала тревожно смотреть в монитор. Позвала ещё одного, потом другого. Все качали головами: «Ребёнок страдает. Дальше тянуть нельзя, нужно срочно оперировать». И через несколько часов отправили меня на кесарево.
– А они хоть чем-то подкрепили свои туманные фразы насчёт страданий плода? Почему тогда не в экстренном порядке прооперировали? Сколько по Апгар?
– Десять-десять. Ну почему я ничего не уточняла, ведь было же время! Но мы с мужем просто оцепенели от страха. Хотели только одного – чтобы нашего ребёнка спасли, и уговаривали их сделать всё быстрее. А теперь вопросы вылезли, но какой уже смысл в ответах?..
Её ПДР приходилась на тридцатое декабря.
Я не раз слышала в роддомах: «Перед Новым годом в операционных аншлаг!» Да, доктора тоже люди. У них тоже семьи. Им тоже хочется встретить куранты с шампанским и ёлкой с самыми близкими. Но… Но, но, но!
Мир меняется на глазах. Мы не понимаем, в какой реальности окажемся даже через год.
Вот только в родовспоможении эти изменения особенно горьки. Представление, что всякий врач живёт согласно клятве Гиппократа, перерастает в страшное осознание: в акушерстве процветает обман.
Вместо акушерской агрессии пришло акушерское напёрсточничество. И вот почему.
С любой другой сферой медицины (хорошо, психиатрию не трогаем) человек сталкивается в «нормативном» состоянии ума: он не изменён гормонально, способен на трезвые оценки, что-то решает, выбирает, рассуждает и советуется. А что такое психика беременной или рожающей? Женщина способна перестать на время рожать и пойти к другому специалисту за альтернативным мнением? Она в силах разобраться, что стоит за грозным «плод страдает»? Она может противостоять угрозе на равных?
Ещё пример: женщина перед родами лежит в патологии. Завотделением пока отпускает её домой. А лечащий врач – совсем молодая, но уже наловчившаяся давить и стращать, на прощание бросает:
– Опасно так уходить, из вас в любой момент ребёнок вывалится.
Это в первых-то родах!
Рожающих не случайно сравнивают с «улетевшими в космос». О чём это? Именно о гормональной изменённости, беззащитности. Почему и повторяет Мишель Оден: «Роды нужно защитить».
Рожающая природно – маленькая девочка, не способная производить анализ услышанного. Она просто верит. Она бесконечно открыта. И даже если взяла в защитники партнёра (тоже ничего не смыслящего в акушерстве) – это ещё один ребёнок перед взрослыми, которые уложат его на лопатки первым же малопонятным и пугающе звучащим термином.
Какова реальная польза от такого защитника? Да, он от всего сердца хочет помочь любимой, но не понимает, когда и что именно надо отстаивать, а когда нужно слушаться доктора и не мешать! Ребёнок, пытающийся защитить другого ребёнка…
Как я благодарна врачам, которые говорят правду! Очень хороший доктор, с которой до того много работали, как-то подытожила:
– Инна, при всём уважении я больше не буду брать ваших девочек. Они слишком много знают, что-то отстаивают, имеют своё мнение. Я понимаю, что с ними буду вынуждена нарушать протоколы. И уже устала получать за них от главврача.
Это – честно! Другой доктор может сказать: «Считаю, что кесарево лучше, чем роды нижним путём» – тоже честно!
В Новый год, когда ближайшие роженицы могут попасть на праздники, многие доктора говорят: «ПДР вокруг Нового года не беру, обещал(а) побыть с семьёй, они меня так редко видят». Это честно! А сочинять про вставшего на полном открытии поперёк крупного ребёнка…
Но рожать туда всё идут и идут. И чужой печальный опыт ничему не учит.
Как в грустном (оказывается) анекдоте про ёжиков.
Которые плакали, кололись, но продолжали…
«Думы о малыше», или Переобуться в родах
Беременным часто рекомендуют: «Думайте о малыше, зовите его, разговаривайте с ним, гладьте животик и ставьте ему приятную музыку!»
«Ради малыша» некоторые просто так идут на кесарево – роды, по их просвещённому мнению, могут стать травмой для плода. «Ради малыша» кто-то, свято убеждённый, что единственное безопасное место – дома, пытается рожать там что-то серьёзно осложнённое (тазовое с плодом за четыре килограмма, два рубца и тому подобный экстрим). «Ради малыша» кто-то слепо доверяет докторам, а кто-то считает их садистами в белых халатах, которые только и норовят изгадить природные роды.