Метаморфозы. Культ чуда (СИ)

— Почему бы тебе не пойти со мной? Зачем тебе этот Единый Бог? Он хоть супружеский долг сможет исполнять?
Толпа всколыхнулась и подалась вперед. Сэргар схватился за рукоять меча.
— Богохульник! Он оскорбляет Единого Бога!
— И невеста его нечестивица! Пусть забирает ее и проваливает!
— Отец-настоятель, да сделай же что-нибудь!
Тот поднял руки, призывая их к порядку.
— Успокойтесь, дети мои! Неужели вы не видите? Это — испытание для нашей дорогой невесты! Проверка на твердость ее намерений! Хэледис, нужен ли тебе этот мужчина?
— Нет.
— Кого ты выберешь в мужья: его или Единого Бога?
— Единого Бога.
— Будешь ли ты послушной и верной ему женой?
— Буду.
— А почему рыженькая все еще спит? Это ведь Рила? — поинтересовался Сэргар. — Если у них тут соперничество, то какое-то нечестное.
— Она под «зеленой росой», — хмуро ответила Хэледис, — чтобы быть особенно смиренной и послушной.
Сэргар сжал зубы. Шутки кончились. Похищать женщин и опаивать их всякой дрянью? Этого он общинникам не спустит.
Он успел заметить кивок отца-настоятеля, но его все равно скрутили, внезапно навалившись вчетвером. Обезоружили и связали руки за спиной.
Хэледис вздрогнула.
— Отец-настоятель, отпустите его, а? Просто выведите наружу и он не вернется. Нас ничего не связывает, я готова покориться Единому Богу.
— А готова ли пожертвовать всем ради новой, праведной жизни?
— Готова.
— Принесите кубок.
Его приказание немедленно было исполнено. В кубок отец-настоятель налил жидкость из флакона, висящего на поясе, и торжественно вручил Хэледис. Та притихла и побледнела.
— Что это? Яд? — резко спросил Сэргар.
— Наш священный напиток. Единый Бог подарил его нам, чтобы мы могли быть счастливы. Но боги отличны от людей: мы вынесем лишь пару капель, а Единый Бог, безжалостный и грозный, пьет его кубками, от которых смертные немедленно предстанут пред его судом. Верных он возьмет к себе, грешников испепелит огненным взором. Но ему нужна земная невеста, чтобы подносила чарки, грела сердце и сидела у его ног. Вот она, достойнейшая. Ты выпьешь, дитя?
Хэледис зажмурилась.
— Да.
— Очнись же ты, наконец! — рассердился Сэргар. — Тебя этой гадостью уже травили! Зачем ты соглашаешься снова ее пить?! Замуж больше не за кого выйти?
— Затем, что иначе напоят Рилу! — крикнула Хэледис. — А так она выживет! Слишком сложная догадка, для вашей пустой головы, ваше высочество?!
Отец-настоятель бросил на спящую плотоядный взгляд. Сэргар понял, что если Рилу все же пощадят, то судьба ее будет безрадостной. Жертва Хэледис окажется напрасна.
Если только их всех не успеют спасти его люди.
Да где они прохлаждаются? Найдут своего принца или как?
Его снова затопил гнев. Проклятье, ну почему он так сглупил? Хотел обойтись без лишних жертв, а в итоге станет жертвой сам.
Он напрягся, пытаясь разорвать веревки, но ничего не вышло, связали его на совесть. Ему бы только освободить руки, он выхватит свой меч у глупца, стоявшего в шаге от него, и уничтожит всех этих мерзавцев! Как так можно обращаться с женщинами? До чего мерзкий у них бог, если одобряет такое! Нашли кому поклоняться!
— Докажи, что ты — наша, — велел отец-настоятель, — избавься от еретика. Дай ему предстать перед судом Единого Бога и тогда обретешь право стать божественной невестой.
— Что? Как?
— Напои своего бывшего жениха из этого кубка.
Сэргар застыл, а затем едва не расхохотался им в лицо. Напоить его ядовитой дрянью? Пусть попробуют! Ждать результата будут долго!
Хэледис рвано вздохнула. Она молча смотрела на кубок в руках.
— Поспеши, дитя. Время на исходе.
— Я не могу, — ее уверенность, как ветром сдуло, — я не хочу его убивать.
Толпа зароптала. Отец-настоятель крепко стиснул ее плечи, и Хэледис охнула.
— Ты должна. Или он, или Рила.
— Руки убери, — угрюмо посоветовал Сэргар. — Хэледис, напои меня этим. Разрешаю.
— Вы обезумели?
— Нет. Просто сделай это. Можно мне последнее желание?
— Никто не станет его исполнять, — отрезал отец-настоятель, подталкивая Хэледис в спину. — Поторопись. Если не прекратишь упрямиться, я сочту Рилу достойней тебя.
 
Она сделала несколько шагов и встала перед Сэргаром. Вскинула на него серые глаза, прозрачные, как горный ручей. Невеста, не невеста, какая к тварям разница? Растерянная, испуганная женщина безмолвно просила его о помощи.
Но все, что он мог, это тянуть время и пытаться ослабить веревки.
— Все в порядке, — мягко сказал Сэргар, глядя на нее сверху вниз, — давай. Я выпью.
— Но это неправильно. Как бы вы меня не раздражали, я не желаю вам смерти. Как можно убивать невинного, чтобы спасти кого-то?
— А разве не ты пришла сюда с топором и дровами?
— Это совсем другое дело, — возмутилась она, — мне нужно было, чтобы меня впустили.
Сэргар усмехнулся. Добрая какая. И до сих пор его не любит. Ладно, можно сыграть на этом.
— Тогда давай попробуем иначе. Если ты меня сейчас не отравишь, я на тебе женюсь. И быть тебе принцессой Ариная.
— Я, по-вашему, настолько глупа? Я вижу, что вы делаете.
— А, так ты этого хочешь? Я не сомневался. Из моей постели ни одна женщина не уходила недовольной. Тебя я буду ублажать сутками напролет. Тебе понравится.
Хэледис передернуло.
— Перестаньте. Это мерзко, но все еще глупо.
Сэргар широко улыбнулся.
— Вот и славно. Я знал, что ты просто цену себе набиваешь. А сама мечтаешь, чтобы я поставил тебя на четвереньки и отодрал, как последнюю…
Хэледис выплеснула «зеленую росу» ему в лицо.
— Угощайтесь, ваше высочество, — едко сказала она, — можете вылизаться, как собака. Язык у вас грязнее не станет.
— Еретичка! — завыла пожилая женщина, и большинство в толпе поддержали ее. — Она осквернила священный напиток! Рила должна стать невестой, а не эта паршивка!
— Рила! Рила! Рила!
Отец-настоятель зло выругался:
— Дура! Ведь дал же шанс ее спасти! Теперь умрете обе.
— Ничего умнее не придумала? — безрадостно пробормотал Сэргар, отряхиваясь, и заслоняя Хэледис спиной от бушующей толпы. — Подождите минутку! Она бывает послушной! Под настроение! Я ее сейчас уговорю, и мы оба выпьем ваш святой напиток. Женщины всегда нервничают перед свадьбой, это нормально. Пять минут нам дайте и я все улажу.
Хэледис встала вплотную к нему и взяла за руку. Испугалась, что ли? Сэргар легонько сжал ее пальцы, но не стал оборачиваться.
Отец-настоятель поколебался, но, видимо, Рила была для него достаточно лакомой добычей, чтобы пойти против мнения остальных общинников.
— Тихо, дети мои! Я поведаю вам волю нашего божества! Эти двое предстанут пред его судом, но Хэледис не зря рвалась сюда сегодня. Она страстно жаждет очиститься под руками Единого Бога. Он научит ее быть покорной. Рила же станет невестой через полгода, во время следующего ритуала. Ты, нечестивец, поговори с Хэледис. У вас три минуты.
Веревки на запястьях неожиданно ослабли, а в ладонь ткнулась рукоять ножа. Сэргар сжал ее и оживился. Так вот что она делала. Хорошо, шансы на спасение повышаются. Он освободит руки, всадит нож в парня с его мечом, отнимет и начнет сражаться. Он надеялся, что Хэледис сообразит спрятаться в углу или сбежать под шумок.
Но времени все еще не хватало.
— Встань так, чтобы мы тебя видели, Хэледис, — велел отец-настоятель, — смотри ему в глаза. Отрекись от земного мужчины ради вечного блаженства и полного очищения.
Та нехотя вышла вперед. Сэргар продолжил перепиливать веревки. Теперь ему хватило бы пары минут, но их еще нужно было выиграть.
— Ты не могла бы вытереть мне лицо?
 
— Чем?
— У меня есть платок в нагрудном кармане.
Она вытащила его и принялась аккуратно промокать капли яда. Нахмурилась, будто что-то просчитывая. Затем поникла: плечи расслабились и опустились. Перестала верить в благополучный исход ситуации?