Последний Страж. Том 1

Что касается королевы, посмотрим, как пойдут дела. Так-то с королевами мне всегда везло, ха-ха.
Вот и эта блондинистая стоит, посматривает на меня и пыхтит от злости.
Помахал ей ручкой, чтобы не скучала.
Она фыркнула и отвернулась.
В этот момент управляющий разрешил вход. Толпа, естественно, ломанулась.
Артём тоже подорвался, но я притормозил его.
– Не спеши! – сказал я. – Наше от нас никуда не денется.
Артём непонимающе посмотрел на меня, но послушался.
Блондинка тоже не стала рваться в первых рядах, хоть и ругалась до этого, что долго ждём. Она стояла и молча ждала, когда пройдёт основная толпа.
Это, кстати, немного приподняло её в моих глазах. Всё-таки не совсем безмозглая дура, что-то в голове имеется.
Кроме неё и нас с Артёмом не спешили заходить ещё два парня. Один – хмурый и неприветливый. Второй постоянно потирал плечо.
Хм, оказывается, опытные люди тут есть. Значит, не всё потеряно.
Когда основная толпа прошла, я изобразил шутовской поклон, приглашая следующей войти в Проход блондинку.
Она фыркнула и, обнажив меч, шагнула сквозь призрачную пелену Прохода.
Я сделал тот же жест по направления к двум оставшимся парням, но они никак не отреагировали.
Тогда я пожал плечами и достал из рюкзака пару наушников. Одни протянул Артёму, вторые надел сам.
Так как мы вчера обсуждали с Артёмом эту Складку и особенности работы в ней, задавать вопросов он не стал. Молча надел наушники и взвалил на плечи короб со своим оборудованием и с изготовленным из говна и палок шумоподавителем.
Убедившись, что мой напарник готов, я обнажил меч и направился к Проходу.
Глянув напоследок на оставшихся парней, я увидел удивление на лице того, который потирал плечо. Что касается хмурого, он уже направлялся к своим вещам, оставленным около кордона, за которым уже стояли люди с оружием на случай, если гигантские стрекозы прорвутся в наш мир.
Когда мы прошли сквозь пелену Прохода на Складку, там уже шёл бой. Было похоже, что гигантские стрекозы ждали у Прохода. Они были очень злы и кидались на всех подряд. Вся группа, включая блондинку, сейчас отчаянно сражалась. Были уже раненные и даже убитые. Точнее, закусанные гигантскими стрекозами насмерть.
Артём направился было вперёд, но я остановил его и потянул в сторону – нам чужие битвы ни к чему – у нас другая задача. Артём должен снять свои показания и желательно чисто.
Что касается тьмы в моём средоточии, так монстров хватит на всех! Нам ещё выходить отсюда!
Оглянувшись, я увидел, что те два парня вошли в проход в наушниках. Что ж, быстро учатся, молодцы!
Уйдя в низину, чтобы нас не было видно, мы разложили приборы, настроили их и…
И, собственно, Артём начал следить за работой своего оборудования, а я встал на стражу, наблюдая, чтобы гигантские стрекозы не подлетели неожиданно. Потому как наушники отсекали большинство звуков. В результате деморализующего эффекта от жужжания гигантских стрекоз на нас не было, но и приближающихся к нам монстров мы выделить не могли. Вот и приходилось опираться на другие органы чувств.
Долго нам с Артёмом быть незамеченными не получилось. Скоро нас заметили, и первые монстры полетели к нам.
Но я прекрасно знал уязвимые места этих летунов, а потому не тратил время на то, чтобы пробить твёрдый хитин на груди или на голове. Я сразу метил в незащищённые твёрдым покровом брюшки. А потом уже рубил вытянутые от боли головы. Вот такая особенность есть у гигантских стрекоз – когда ей очень больно, она вытягивает голову, подставляя под удар шею.
На самом деле, конечно, не подставляет. Это у них рефлексы такие. Когда она вытягивает шею, то выделяются обезболивающие гормоны. Но нам зачем ждать, когда стрекоза начнёт чувствовать себя лучше? Проще кардинально лишить её страданий!
А потому, я подныривал под пикирующую на меня гигантскую стрекозу, рассекал ей брюхо. И сразу же запрыгивал на спину, чтобы уйти от удара крыльями, пробегал до головы и срубал её. Потом спрыгивал на землю и бежал к следующей гигантской стрекозе.
 
Гигантские стрекозы летели и летели, но на мне их полёт прекращался, только куча убитых тварей росла.
В какой-то момент я увидел, что Артём уже собрал свои приборы. Стало понятно, что измерения закончились. Значит, нужно уходить. Но уйти просто так я не мог. Меня ж жаба задушит, если я оставлю трофеи тут! И пусть за них дают копейки, всё равно это мои копейки! А потому я крикнул Артёму:
– Собирай усики и крылья!
Вряд ли Артём услышал меня, а объяснять времени не было, нужно было убивать очередную тварь.
Но когда я оглянулся в следующий раз, то увидел, что мой напарник всё понял. Он скинул рюкзак с прибором и, не обращая внимания на пикирующих гигантских стрекоз, пилил усы и крылья и складывал их в аккуратные кучки. Лишь время от времени приседал, чтобы не попасть под крылья особо рьяной твари.
Что ж, хороший у меня напарник! Молодец! И в меня верит! А потому я только усилил напор.
И тут гигантские стрекозы закончились, а вместо них появилась не просто гигантская стрекоза, а огроменная! И в лапах она держала какую-то чёрную ленту, которая слабо трепыхалась.
Ну разве может так везти, а? Так ведь не бывает! Или бывает? Матка сама прилетела ко мне… Мало того, та чёрная лента, которая трепыхалась в её лапах, это ведь… Да не может быть!
Так! Осталось сообразить, как мне убить эту махину? Потому как строение матки сильно отличается от строения рядовых стрекоз.
 
Глава 8
 
Начнём с того, что матка летит, подогнув брюшко под себя и выставив его вперёд. Эдакой запятой. А всё почему? Да потому что на конце брюшка у неё расположен яйцеклад. Он очень прочный и является сильным оружием. Удар яйцекладом пережить мало кто сможет. А мягкая часть брюшка расположена у неё прямо над яйцекладом.
В общем, нужно ударить по мягкому и избежать того, чтобы по тебе ударили твёрдым. А ведь ещё есть крылья, которыми матка бьёт нещадно, и зубы, точнее, верхние челюсти мандибулы и нижние – максиллы. Они чрезвычайно прочные и утыканы острыми твёрдыми зубцами. Под такие попадёшь и пиши пропало. Вырваться будет невозможно.
И нужно проявить невероятную ловкость, чтобы сначала увернуться, а потом нанести удар.
Будь я в своём прежнем теле да со своим прежнем оружием, вообще никаких проблем не было бы. Но нынешнее тело не тренированное, а меч… Про него даже говорить не хочется. Но другого нет. И выбора у нас тоже нет, потому что матка летит к нам.
Я только и успел что крикнуть Артёму:
– Спрячься!
А то ведь матка решит, что тот, кто отрезает усики и крылья её убитым подданным, и есть основной враг.
Собственно, так она и решила, и спикировала прямо на Артёма.
Хорошо, тот быстро сообразил что к чему… Ну или моё предупреждение понял. Только он успел упасть за крупный камень, и матка промахнулась. Заодно раздолбив камень в крошку своим яйцекладом.
И при этом поднятым крыльями ветром раскидала сложенные аккуратно трофейные крылья и усики. Сука! Это моё!
И я кинулся навстречу разъярённой матке, снова заходящей в пике.
Укусов я не боялся, рот матки был занят чёрной лентой. Точнее, не лентой, а редкой иномирной тварью. Вот только эти твари существуют в другой Складке, и как они оказались тут, понятия не имею. Но матка нападала на меня и одновременно с этим пережёвывала тварюшку. Какое неуважение ко мне, как к сопернику!
А потому я решил наказать её. Когда нападаешь на Первого Стража, нужно прилагать максимум усилий, а не между делом во время перекуса.
За миг до того, как матка должна была ударить меня своим яйцекладом, я подскочил и ухватившись за него свободной рукой, взлетел и одновременно рубанул в брюшко.
Меч увяз, и я зацепился.
Чтобы не упасть, я оседлал яйцеклад. А потом выдернул меч и нанёс ещё один удар. Потом ещё и ещё.
Матка забыла про Артёма. Теперь она выделывала фигуры высшего пилотажа, пытаясь сбросить меня. Но куда там! Цепляясь ногами, я продолжал рубить, пока не отрубил ей яйцеклад.