Не отдам (СИ)

Едва музыка смолкла, и Лора вернулась за столик, он сказал:
— Поехали, отвезу тебя домой.
— Что-то случилось? — поинтересовалась она с опаской.
— Нет, что ты, все шикарно, — ответил он с каменным выражением лица.
Но в машине все же не утерпел. Как только они подъехали к дому Лоры, Эмиль выдал:
— Ты вообще собираешься со мной спать? Или я тебе так — на погулять?
— Э-э… что? — не поняла она.
— Ты от меня шарахаешься. Думаешь, я не вижу? Избегаешь интимных прикосновений. Я тебя в шею поцеловал, а тебя аж передернуло…
— Просто было очень неожиданно, — пожала она плечами.
— Лора, я, кажется, задал конкретный вопрос. Ты собираешься со мной спать?
— Ну… — она замялась, но, как будто, поняла, что он спрашивал серьезно, и ответила: — Да…
От ее тихого «да» у него немного отлегло от сердца. Но она опять не высказала никакой конкретики.
— Когда? — спросил он, буравя ее взглядом.
— Тебе точную дату и время? — спросила она с нервным смешком.
— Желательно, — кивнул он.
— Эмиль, ты невыносим! — вдруг возмутилась она.
— Это, интересно, почему? — изумился он.
— Мы и двух дней нормально не общаемся, а тебе уже надо койку!
С этими словами она выскочила из машины прежде, чем он успел ее задержать.
Он вышел следом, позвал ее:
— Лора! Мы не договорили!
Но она даже не обернулась, просто исчезла в подъезде и все.
Обиделась?
В конце концов, что он такого сказал?
  
Глава 39. Открытие
 
В день открытия «Шардоне» Лора носилась по залу вместе с остальными официантками как угорелая. Она не знала, что такого придумали маркетологи, раз смогли привлечь столько народу, но ресторан был набит битком. И не кем-нибудь, а именитыми гостями.
Подруги-официантки рассказывали, что такого нашествия в «Шардоне» не было никогда, даже на самые крупные праздники.
Тут и там вспыхивали вспышки фотоаппаратов, у шеф-повара только что взяли интервью прямо на кухне. А сам зал ресторана за какую-то неделю преобразился до неузнаваемости.
Хозяин не поскупился на новую мебель. Старые стулья заменили на удобные бордовые кресла и диваны, поставили добротные деревянные столы.
Декораторы трудились над помещением битые сутки, и в результате на каждом столе красовались икебаны из живых цветов, а сцену подготовили для предстоящего вечера. Позже здесь начнется шоу поваров во главе с шеф-поваром ресторана, а потом выступит столичная певица, которая приехала специально на открытие.
Лора чувствовала себя так, будто попала в новый красочный мир. Прилетела сюда прямиком из серых будней.
Впрочем, неудивительно, что ей так казалось, ведь жизнь молодой работающей мамочки не изобилует событиями. Что она видела за эти пять лет? Пеленки, распашонки и много-много работы. А тут открытие пафосного ресторана, а до этого кино, боулинг, концерт…
Конечно, Лора предложила Эмилю за собой ухаживать вовсе не потому, что ей так уж хотелось погулять по городу. Но если быть до конца честной хотя бы с самой собой, это оказалось приятным бонусом.
Дома она, конечно же, ходила в ресторан. Ну, точнее, в кафе возле садика, куда иногда водила дочку поужинать. Очень уж малышке нравилось, как там готовили креветок в кляре и куриные наггетсы, а особенно по душе были шоколадные молочные коктейли.
И в кино Лора в Кабардинке тоже ходила. Один раз. На детский мультик про мальчика Луку, который на самом деле был морским монстром. Пошла она туда, естественно, также в компании дочки, которая провела большую часть сеанса у нее на коленях.
Это все развлечения, которые она себе позволила.
Они были, конечно, приятны. Но иногда ей казалось, что она что-то упускает.
И вот это самое что-то посыпалось на нее как из рога изобилия здесь, в Краснодаре. Она в кои-то веки почувствовала себя женщиной. То, как Эмиль на нее смотрел, заставляло ее внутренне подрагивать.
А еще был один момент, когда Лора почувствовала с Эмилем нечто вроде единения, не знала, как это по-другому назвать. Это произошло, когда он признался, что никогда не отключает голову. Тогда она ему даже немного посочувствовала.
 
О, она, разумеется, не надела на себя розовых очков, как в далекие девятнадцать. Но все-таки она не слепая и не бездушная. В тот самый момент она разглядела в нем человека, уставшего от постоянной работы, бесконечно одинокого. Не будь он так тотально одинок, разве занимался бы исключительно работой?
Она много читала про такую вещь, как трудоголизм. Все с окончанием «изм», будь то алкоголизм, шопоголизм или любая другая зависимость — это лишь способ уйти от себя, не видеть собственных проблем. Такое порой случается с людьми, которые пережили нечто очень плохое и стараются таким образом от этого отвлечься.
Эмиль и раньше много работал, но все же не так.
Лора попыталась его аккуратно спросить, не случилось ли в его жизни чего-то плохого, что заставило его сконцентрировать все внимание на работе, но он отмахнулся. Сказал, что у него все супер, бизнес идет в гору, а остальное его не волнует.
Эмиль всегда был помешан на деньгах, но в прошлом это не достигало таких гигантских размеров.
Впрочем, насколько она могла судить после пары вечеров общения, он вообще сильно изменился за эти пять лет.
В частности, совершенно разучился общаться с женским полом.
Чего только стоил его вчерашний допрос, когда же она собирается раздвинуть перед ним ноги. Это звучало до такой степени цинично, что ей дорого стоило не стукнуть его сумкой, а заодно и послать куда подальше.
После вчерашнего Лора искренне недоумевала, как он вообще соблазнил тот табун женщин, которые, без сомнения, прошли через его постель. Неужели это каждый раз были исключительно товарно-денежные отношения? Впрочем, учитывая, что он ей предложил изначально, — шопинг, шопинг и еще раз шопинг, — скорее всего, так оно и было. И Лоре от этого стало совсем не по себе. Еще и поэтому она психологически не могла подпустить его к себе, хотя и понимала — если хочет осуществить свой план, ей уже пора переходить с ним на новый уровень близости.
Раньше она надеялась подойти к интимному вопросу по-другому, как-то плавно, что ли. Но плавно — это явно не про Эмиля.
Сам господин Шульц никак не помогал ей решиться на близость с ним.
Наоборот, будто нарочно отталкивал ее своим жестким поведением.
О, что бетонная плита по сравнению с ее бывшим мужем? Все равно что сравнить салфетку и асфальтоукладчик. Эмиль давил во много раз сильнее и жестче любой плиты.
У нее с утра от него висели три неотвеченные эсэмэски.
«Лора, мы не договорили, немедленно явись в мой кабинет для прояснения ситуации», — это было первое сообщение, которое она предпочла не заметить.
Второе оказалось не лучше: «Я хочу объяснить тебе, чего жду от наших отношений».
Как будто она не знала, чего же он ждет. Прекрасно знала!
Третье сообщение добило: «Я надеюсь, ты не встречаешься с другими мужчинами?»
Какими другими мужчинами? После Шульца она так и не нашла сил никого к себе подпустить, почти смертельно раненная его предательством. Кроме того, она, в отличие от этого самодовольного гада, не разменивалась на случайные связи.
И вот товарищ шеф всея ресторана теперь сидел за центральным столиком в зале, буравил ее тяжелым взглядом, от которого у Лоры по телу бежали мурашки.
Всем своим видом показывал: «Жду! Изволь явиться ко мне немедленно, и мы поедем заниматься сексом. А если вдруг не согласишься, я тебя взглядом сожгу».
В этот момент от него прилетела еще одна эсэмэска: «Ты меня игнорируешь? Не советую этого делать».
Лора посмотрела на него через полный народа зал.
И все-таки ответила: «Извини, просто занята, ты же видишь сколько гостей. Давай позже?»
«Может, мне тебя уволить? Тогда ты точно освободишься».
Лора застыла, читая последнее сообщение.
Снова устремила на него взгляд, в этот раз полный злости, которую он так мастерски в ней будил.