Колдунья по найму (СИ)

— Давайте приступим, — сказал Клод, подавшись вперед. Зацепился манжетой за стол и пролил себе на брюки остатки кофе. Сдержался, чтобы не охнуть от ожога. Мистер Дин позвал помощницу, и та принесла ворох салфеток, п пути зачем-то извиняясь, словно это она его облила.
— Вы нервничаете, — заметил детектив.
— Очень, — не стал врать Клод.
— Мне нечем вас порадовать, — сказал детектив, доставая из ящика пухлый бумажный пакет. — Ваша жена действительно вас обманывает. У нее есть любовник с очень хищным аппетитом в плане денег, которого она содержит.
— Как давно?
— Год и четыре месяца, — ответил Дин, внимательно наблюдая за Клодом. Тот открыл пакет и стал просматривать копии счетов, снимки Каты и молодого парня, который был ему незнаком, выписки из лечебного корпуса. Он задержал на них взгляд, пытаясь понять, что за услуга понадобилась его жена. Детектив тут же пришел ему на помощь: — Леди Аверилл прерывала беременность.
— Понятно, — пробормотал Клод и ему стало стыдно, кровь прилила к лицу и щеки защипало. Неужели он настолько плохой муж, что его жена живет двойной жизнью? Что он сделал не так?
— Иногда такое случается, — мягко проговорил детектив. — Невозможно контролировать чувства других людей.
— Кто этот мужчина? — спросил Клод. Он мог бы прочитать все отчеты сам, но у него не хватало на это мужества.
— Джек Солерно, игрок, жокей, частый гость литературных салонов и любимец женщин, особенно, тех, что его старше, — сказал детектив.
— Мошенник.
— Нет, ну что вы. Это нельзя назвать мошенничеством, — покачал головой Дин. — Разве противозаконно то, что человека балуют и покупают его внимание? Это всего лишь выбор получить отклик, который хочется.
— Солерно, — задумчиво проговорил Клод. — Знакомая фамилия. Из какой он семьи?
— Его отец руководил двумя лечебными корпусами, а мать владела салоном моды и красоты. После смерти отца они вынуждены были жить скоромнее. Вдова Солерно снова вышла замуж и покинула Линкольн. А Джек получив хорошее образование, решил, что хочет карьеру попроще, чем врач, и стал жокеем.
— Врач, значит, — произнес Клод.
— Мистер Аверилл, я очень надеюсь, что вы избежите опрометчивых шагов, — вкрадчиво произнес детектив Дин. — Поверьте, оно того не стоит.
— Я постараюсь, — поднимаясь, сказал Клод.
Он попрощался с детективом и вышел на улицу. Несколько минут постоял посреди улицу, задрав голову и позволяя снежинкам падать ему на лицо. Ему хотелось заснуть, и чтобы когда он открыл глаза все это осталось в прошлом, но он знал, что не может так поступить с Генри. Он был нужен своему сыну и все остальное не имело значение.
Клаус был не рад визиту Клода и даже не постарался скрыть это. Перед балом во дворце царила суматоха, перила были украшены цветами, на стенах висели цветные гирлянды. Клод с равнодушием смотрел на все это. Праздничного настроения у него не было. Он думал о Молли. Которая пойдет на этот бал с его братом. Что ж, после всего случившегося она заслужила немного веселья. У него бы все равно не вышло привести ее во дворец, его могла сопровождать только Ката.
Клаус провел его в кабинет и сев за стол, вопросительно посмотрел на брата.
— Клод, я надеюсь у тебя действительно что-то серьезное, — сухо сказал он.
Клод протянул ему доказательства измены Каты, собранные детективом. Клаус нервно просмотрел их и бросил на стол.
— Ну и что? Думаешь, ты единственный у кого такие проблемы?
— Я хочу, чтобы ты позволил мне развестись, — тихо сказал Клод. — Я помню про закон, но может в порядке исключения можно это сделать?
— Ты издеваешься? — разозлился Клаус. — Твои братья уже откололись от семьи, Верджил не имеет права рожать наследников, а Дон… Неизвестно, что с ним будет и тут ты хочешь получить свободу! Тебе не кажется, что это несколько нечестно по отношению к нам?
— А тебе не кажется, что с такой семьей как у меня, у тебя уже нет никакой поддержки? Или тебе нужна только видимость?
— Вместо того, чтобы жаловаться мне, ты должен пойти домой и разобраться со своей женой! Не знаешь, как с ней справиться — запри дома, пока она не образумится и не придумает себе счастья с тобой!
 
— Клаус, ведь есть положения особого случая…
— Ни я придумал эти традиции, чтобы нарушать их! И твой долг следовать этим традициям, раз уж ты родился в королевской семье! — вспылил Клаус. — Будь Дон чуточку умнее, у тебя был бы шанс, ты все-таки средний сын, но раз твой старший брат игрок и бездельник, вся ответственность лежит на тебе. У тебя есть только один шанс стать свободным мужчиной — если Генри не поправиться и у тебя к этому моменту не будет других детей от Каты. И то, если ты согласишься публично огласить неверность своей жены. Как ты сам понимаешь, для репутации фамилии — это так себе поступок.
Клод промолчал. Он не питал больших иллюзий, что король согласиться пойти ему на встречу, но все же он лелеял надежду, что Клаус войдет в его положение. Он никогда прежде не просил короля ни о чем личном и теперь сожалел о своем душевном порыве. Он поставил в неловкое положение как себя, так и Кату. В том, что об это вскоре станет известно его родителям, сомнений не было. Клаус любил всем перемыть косточки, это поднимало ему настроение.
— Прости, что отнял у тебя время, — устало сказал Клод, забирая бумаги со стола короля.
— Надеюсь увидеть тебя на балу вместе с супругой, — сказал Клаус.
— Непременно, — ответил Клод и поклонился. — Всего доброго, ваше величество.
Клод развернулся и чувствуя на себе тяжелый взгляд брата, твердым шагом двинулся к выходу. Во дворце у него было еще одно важное дело — раздобыть билет на бал Майлзу.
После того, как Майлз стал главным акционером железной дороги, он перебрался из борделя, которым владела его мать, в небольшую квартиру в центре Линкольна. Именно этот адрес он указал в документах и когда Клод спросил не ложный ли это адрес, заверил, что нет и даже пригласил его в гости. Клод заглянул туда на пару минут, исключительно из желания понять. Может ли он верить новому компаньону или нет. Ему хотелось, чтобы это был обман, но в этот раз Майлз сказал ему правду.
Поднявшись по крутым ступенькам на третий этаж, Клод позвонил в колокольчик. Он не пытался быть добрым к Майлзу, везя ему домой билет на бал, он просто не хотел, чтобы этот мерзавец снова ворвался к нему в замок. За дверью послышались шаркающие шаги и на пороге возник тот, кого он меньше всего ожидал увидеть.
— Дон? — удивленно протянул Клод. — Что ты здесь делаешь?
— Пью, — приподняв бутылку с виски повыше, угрюмо сказал Дон, и Клода обдало перегаром.
— Но почему здесь? — входя в квартиру, спросил Клод.
— Потому что Лейка запретил мне покидать город, пока не найдут убийцу Нэнси, а никого из семьи я не хотел видеть, — сказал Дон. Прихрамывая, он двинулся в сторону кухни. — Майлз предложил пожить у него, и я понял, что других вариантов у меня нет.
— Мне не нравится его доброта.
— И ты за этим пришел сюда? Сказать ему об этом? — усмехнулся Дон. Выглядел он жалко, рубашка была мятой и залитой вином вперемешку с жирными пятнами. Волосы спутались и стали похожи на сосульки. От было лоска старшего из братьев Аверилл ничего не осталось.
— Нет, я здесь по делу, — окидывая взглядом кухню, сказал Клод. Здесь было чисто и даже уютно. Пахло хлебом и жаренным мясом.
— Ты голодный? — заметив его взгляд, спросил Дон. — Я приготовил обед, можем поесть вместе. Хотя Майлз тоже скоро должен прийти, можем подождать его.
— Ты умеешь готовить? — удивился Клод.
— Меня это успокаивает, — ответил Дон и припал к бутылке с виски.
В коридоре послышался звон ключей и чье-то ворчание.
— Дон, ты почему дверь не закрываешь? Хочешь незваных гостей?
— Ты почти угадал, — сказал Клод, когда Майлз заглянул на кухню и увидев его, тихи присвистнул. — Я привез тебе билет на бал.
Клод положил на стол конверт и собрался уходить.