Красота от любви (ЛП)

- Хотите выяснить, кто из вас прав?
Ни один из нас не отвечает. Мы разговаривали бы об этом целую неделю. Она ужасно хочет знать, но в тоже время хочет узнать во время родов. Ее убивает тот факт, что Эллисон знает, что у нее будет мальчик.
Я хочу, чтобы был сюрприз. Что может быть лучше того, чтобы в первый раз увидеть своего малыша и узнать мальчик это или девочка.
- Я уже видела этот взгляд. Не можете прийти к соглашению?
Л качает головой.
- Нет, и никто не идет на уступку.
- Я всегда могу записать и запечатать в конверт для того, кто хочет знать.
Наверно, нам обоим лучше узнать это сейчас, потому что, если будет знать кто-то один, то обязательно проговорится. Или в один прекрасный день я увижу детскую, покрашенную в голубой или розовый цвет. Проще будет уступить, как впрочем и всегда я делаю с Л, ведь я так сильно люблю ее и хочу, чтобы она была счастлива.
- Все в порядке. Можете сказать нам.
- Давайте посмотрим будет ли малыш сотрудничать с нами.
Она двигает зонд по животу Л.
- У меня вошло в привычку не смотреть, пока родители не согласятся, а то я могу случайно проговориться.
Я задерживаю дыхание, ожидая ответа.
Сын или дочь?
- Нет, не говорите, - Л смотрит на меня и сжимает руку. - Я хочу узнать это, когда родится ребенок, и я возьму его на руки. Одежду можно купить потом. Ты заслуживаешь этого сюрприза.
Я не хочу, чтобы она уступала мне, это моя работа.
- Но ты умираешь от любопытства.
- Ничего страшного. У меня вся жизнь впереди, чтобы узнать мальчик это или девочка. Так что давай насладимся неведеньем.
Я наклоняюсь и целую ее.
- Спасибо, любимая.
- Хорошо, тогда перейдем к измерениям.
Нашему веселью приходит конец.
- Лорелин, были ли у вас какие-нибудь сокращения?
- Я не знаю.
Она смеется, а потом замечает обеспокоенный взгляд доктора Сомерсби.
- Я так понимаю это то, что я непременно распознаю?
- Это ваша первая беременность, поэтому думаю, что нет. Какие-то судороги?
- Нет, ничего. А что-то не так?
Я слышу панику в ее голосе, и из-за этого мое сердце начинает учащенно биться.
- Шейка матки сокращается и начинает расширяться.
- Я не понимаю, что это значит.
- Когда женщина приходит на осмотр, ее матка сжимается и с течением времени это заставляет шейку матки сокращаться или растягиваться. Сначала схватка слегка ощутима, но затем становится интенсивнее. Как правило,  это происходит лишь у одного процента женщин, поскольку у них ослабленные ткани шейки матки. Это может происходить по разным причинам. Вес плода оказывает давление и вызывает расширение. Это обычно не диагностируется, пока во втором триместре не случается выкидыш. Боюсь, это может произойти.
Слово «выкидыш» приводит меня в замешательство. Я думал, мы миновали риск.
- Насколько это серьезно?
- Боюсь, что критично. Она расширилась уже, как минимум, на два сантиметра.
- А как же ребёнок?
- Опасность представляют первые двадцать четыре недели, но даже после них сохранность беременности стоит под вопросом. Последствия могут быть разрушительными.
- Еще пять недель.
Лорелин смотрит на меня, ее лицо искажается от страха. Ей необязательно что-то говорить, ведь мы оба знаем, чем это может закончиться. Наш ребенок может не выжить.
- У нас есть два варианта: позволить идти своим чередом и позволить всему завершиться самостоятельно, или сделать все возможное, чтобы сохранить беременность.
Мы смотрим друг на друга, но нам не нужно время на обсуждения.
- Мы хотим сделать все возможное.
- Вы должны понимать, что это будет довольно долгий путь. Мы будем принимать решения относительно вашего плана лечения, поскольку ваше состояние может быстро измениться, - доктор Сомерсби поднимает телефон, чтобы позвонить, - Я хочу, чтобы вас отвезли в больницу на скорой. Так будет надежней, если вдруг произойдет мембранный разрыв.
Наступает шок. Лорелин начинает плакать.
- Мне очень жаль. Я не знала, что все может так обернуться. Я чувствовала себя абсолютно нормально.
Это не ее вина. Моя. Это я заталкивал свой член в нее, тогда как стоило держать себя в руках.
 
- Во всем виноват только я. Я был слишком груб с тобой.
Я знал, что в конечном итоге это навредит ей и ребенку.
Доктор Сомерсби заканчивает разговор.
- Когда вы приедете, вас встретят медсестры и проведут много разных процедур, но самое главное это соблюдать постельный режим, чтобы ваш таз был в приподнятом состоянии. Голова должна быть как можно ниже, а ноги подняты вверх, так что вы практически будете стоять на голове. Крайне неудобная поза, но, если нам повезет, мембрана войдет обратно в шейку матки. Если это произойдет, вполне возможно, что мы сможем провести операцию и вставить кольцо, чтобы соединить стенки шейки матки.
- Как долго это кольцо должно находиться в Лорелин?
- Хотя бы до тридцать шестой недели.
- Так все-таки есть шанс, что я смогу доносить ребенка до полного срока?
- Да, но только если я смогу установить кольцо. Это довольно сложно, а также есть риски. Если игла войдет неправильно, околоплодный пузырь может разорваться. Вот почему я хочу, чтобы вы находились в положении лежа головой вниз. Она войдет обратно в шейку матки.
Это ужасно страшно. Не припомню, чтобы когда-нибудь был так напуган.
- Может ли это быть из-за секса?
Я чувствую вину, и это убивает меня. Если я сделал что-то не так, я не смогу простить себе этого.
- Нет. Вы не могли навредить. И вообще выявить, что матка слабая возможно лишь тогда, когда появляются проблемы. Но есть и хорошая новость. Теперь мы знаем, что матка Лорелин слабая, а это значит,  что во время следующей беременности на четырнадцатой неделе можно сразу размещать кольцо.
Я даже не рассматривал будущие беременности. У меня едва ли хватило времени переварить эту всю ситуацию.
- Есть ли шанс забеременеть снова и доносить ребенка до срока?
- Да, пока кольцо удерживает стенки матки, у нее не должно быть никаких осложнений.
Я с облегчением выдыхаю.
Прибывает служба скорой помощи, и я стою и смотрю, как они увозят ее на носилках.
- Вы ее муж?
- Да.
- Вы не можете поехать с ней, но можете поехать следом на машине.
Я хочу возразить и сказать им, что они ненормальные, раз думают, что я отпущу свою жену одну, но это лишь вызовет ненужную суету.
- Хорошо, - я целую ее в лоб. - Я буду прямо за тобой.
Я еду за скорой, и вся суровость ситуации поражает меня. Мы с Лорелин могли потерять ребенка. Вдруг все проблемы, которые были до этого момента, кажутся столь незначительными.
- Господи, пожалуйста, позаботься о Лорелин и нашем ребенке. Прошу, не забирай нашего малыша, не дав ему шанса пожить.
Л уже находится в кабинете, когда я паркуюсь и нахожу ее. Все, как и говорил доктор, её кладут головой вниз. Гравитация. Так мы пытались забеременеть, а теперь пытаемся сохранить эту беременность.
Несколько медсестер делают разные вещи с Л одновременно: одна ставит капельницу, что-то размещая на животе, другая задает вопросы. Это непросто, и при этом я ничем не могу ей помочь.  Все, что я могу делать, это сидеть сложа руки и надеяться, что эти люди знают, что делают.
Спустя час всей этой суеты медсестры заканчивают свою работу. Ее немного опустили, и мы остались наедине впервые с тех пор, как начался этот кошмар. Я ставлю стул у изголовья ее кровати, чтобы она видела меня, и беру ее за руку. Наклоняюсь и целую ее.
- Я могу что-нибудь сделать для тебя?
- Разбуди меня и скажи, что это страшный сон.
- Все будет в порядке. У нашего малыша сердце бойца. Она часть тебя, поэтому у нее нет выбора.
- Ты сказал она. Ты так уверен, что это девочка.
Да.
- Ты же уверена, что это мальчик.
- Почему девочка? Я всегда думала, что каждый мужчина хочет сына.
- Когда я потерял тебя, у меня было много времени подумать. Почти все время я думал о будущем. Ты держала на руках нашу маленькую девочку с длинными каштановыми локонами и такими же карамельными глазами…этот образ застрял в моей голове, но я буду рад независимо от того, кого ты мне подаришь.