Красота от любви (ЛП)

Со второго раза она медленно просыпается.
- Я принес тебе воды.
Она закрывает глаза.
- Я ничего не хочу. Меня стошнит, как только что-нибудь попадет в желудок.
Я снова трясу ее.
- Пожалуйста, попробуй. Или ты предпочитаешь поехать в больницу?
Она кладет руку на глаза.
- Я слишком больна, чтобы ехать в больницу.
Даже больная, она пытается шутить.
- Я могу всё устроить, если это то, что тебе надо.
Она вздыхает, нет фыркает здесь подходит больше.
- Хорошо. Я выпью эту чертову воду, но принеси мне что-нибудь на случай, если меня стошнит. Не уверена, что смогу добежать до туалета.
Положив пару подушек к изголовью, я помогаю ей принять сидячее положение. Она берет стакан из моих рук, но я в свою очередь не отпускаю его, поскольку боюсь, что она слишком слаба, чтобы удержать его.
- Сколько времени?
Я смотрю на часы.
- Почти два. Как ты себя чувствуешь?
- Еще слаба, но чувствую себя гораздо лучше, чем утром, - она делает маленький, но все-таки глоток, и ее не рвет. - Мы пропускаем Рождество. Маргарет сильно расстроилась?
Очень, но я ни за что не скажу об этом Л.
- Она расстроена, но все понимает. Это не твоя вина.
Она подносит стакан ко рту и делает еще один глоток.
- Скорее всего это какой-то двадцатичетырехчасовой сбой, потому что я чувствую себя лучше.
Если бы она только знала, какое облегчение для меня слышать это.
- Я рад, потому что я действительно хотел отвезти тебя в больницу.
- Думаю, ты понимал, что мне все равно станет лучше.
Она должна понять, что мне ничто не помешает заботиться о ней.
- Это не имеет значения, когда дело касается твоего здоровья.
- Хорошо, мне лучше.
- Достаточно хорошо, чтобы открыть свой рождественский подарок?
Она улыбается. Вот сейчас я действительно уверен, что ей лучше.
- Абсолютно.
Я волнуюсь, как маленький ребенок.
- Сейчас вернусь.
- Нет. Я хочу пойти в гостиную.
- Уверена, что чувствуешь себя достаточно хорошо?
- Я, конечно, не станцую джигу, но мне достаточно хорошо, чтобы сидеть на диване, - она подползает к краю кровати. - Дай мне минуту привести себя в порядок, и я приду к тебе в гостиную.
Она посвежела, значительно отличается от того человека, за которого я так переживал  двенадцать часов назад. Она садится на диван и ждет свой подарок.
Я помню прошлый год. Я нашел её дома одну, когда ехал из Сиднея в Вагга Вагга. Я привез ее в Авалон после того, как настояла мама. Тогда я был таким идиотом.
- Расскажи, как ты отмечала праздники, когда была ребенком.
Она выглядит озадаченной.
- Зачем?
Я пожимаю плечами.
- Ты – моя жена. Я хочу знать.
- Ужасно, пока мама не завязала с наркотиками. После этого я могла бы назвать их более или менее сносными. Бабушка с дедушкой были единственной радостной частью праздников.
Не так уж и много, но думаю, что сегодня это все, что она хочет мне сказать.
- Я хотел, чтобы это было самое особенное рождество из всех, которые у тебя были.
Она улыбается и протягивает руку, чтобы коснуться моей.
- А оно и есть особенное. Я твоя жена, и мы вместе. Ничего не может испортить этого, даже моя тошнота.
- Ты так дорога мне.
Я наклоняюсь и целую ее в макушку. Я встаю и подхожу к елке, которую доставили по наставлению мамы и украсили для нашего первого совместного Рождества.
Я возвращаюсь к ней и сажусь рядом, держа в руках подарки.
- Я вожу твои подарки с собой с того дня, как мы отправились в наш медовый месяц. Я хотел провести праздники на Мауи. Но все пошло совсем не так, как я хотел.
- Я такая дура. Я купила тебе подарок еще до свадьбы, но он находится под елкой в Авалоне. Прости. Я думала, мы поедем домой после того, как навестим твоих родителей.
- Все в порядке, детка. Это рождество исключительно для тебя, - я кладу ее первый подарок ей на колени, отчего ее лицо светится, как у маленького ребенка. - Открой.
Она улыбается, пока разрывает бумагу на небольшой квадратной коробке. Увидев коробочку с ювелирным изделием, она смотрит на меня.
- Ты подарил мне серьги, ожерелье и браслет. Что на этот раз?
 
- Есть только один способ узнать.
Она открывает крышку, и ее глаза начинают бегать по поверхности содержимого. Внутри находится ее новое платиновое кольцо для пирсинга, украшенное алмазами.
- О Боже мой, - она достает его из коробки и поднимает вверх, чтобы получше рассмотреть. - Очень красивое.
- Мне не понравилось ничего из предложенного, поэтому я попросил ювелира сделать это, - я указываю на самый большой камень. - Это три карата. Те, что поменьше по два карата каждый.
Она поднимает рубашку и прикладывает к пупку.
- Что думаешь?
Я очень хочу увидеть, как оно будет смотреться на ней, но не сейчас.
- Прекрасно, но давай подождем, когда тебе станет лучше и оденем его.
Она тянется к моему лицу и гладит его ладонью.
- Всегда такой заботливый.
- Ты еще ничего не видела, детка.
Я отдаю ей подарки мамы и сестры, которые они помогли мне выбрать. Ничего особенного, поэтому я сразу перехожу к последнему.
- Это своего рода свадебно-рождественский подарок. Я хотел подарить тебе это до того, как мы отправились в медовый месяц, но он не был готов.
Я вижу интерес в ее глазах.
- Что это?
- Разверни и посмотри.
Она сползает на край дивана и разворачивает бумаги на кофейном столике.
- Это чертежи?
- Да.
- Дома?
- Не совсем, - я переворачиваю листы, чтобы она могла лучше видеть. - Это пристройка в Авалоне – музыкальная студия для тебя. Разработана великолепным инженером, хорошо разбирающимся в акустике. Парень гений, когда дело касается звука и вибраций.
Она молчит, и я не могу понять, что это значит.
- Знаю, ты не будешь гастролировать с Южной Офелией, но это не значит, что нужно опускать руки. Слава Богу, мы живем в хорошо развитом мире. Ты сможешь работать с людьми из Нэшвилля, находясь в Австралии. Надеюсь, ты найдешь золотую середину.
- Золотая середина означает, что я соглашаюсь на меньшее, чем хочу на самом деле, но это не так. Ты для меня все – мой номер один. Я люблю музыку, но она всегда будет на втором плане после тебя и нашей семьи, - она указывает на чертежи. - Мне нравится. Это что-то невероятное и в очередной раз доказывает, что ты заботишься обо мне и как сильно любишь меня, - она тянет меня рукой к себе. - Я бы трахнула тебя на этом диване, если бы не была больна.
Моя девочка.
- Я готов подождать.
- Мне нужно позвонить Эддисон и рассказать ей об этом, - в дверь звонят, отчего на лице Лорелин появляется недоуменный взгляд. - Кто бы это мог быть?
- Есть только один человек, - Маргарет Маклахлан. Я встаю с дивана, чтобы открыть дверь. - Хорошо, что прямо сейчас мы не трахаемся на этом диване. Мама. Решила устроить сюрприз.
Что и следовало доказать. Мама.
- Мама. Какой сюрприз.
Она держит в руках пакеты с едой и передает мне.
- Я принесла вам поесть, - взяв пакеты из ее рук, она обходит меня и направляется к Лорелин. - Как наша девочка?
- Гораздо лучше, спасибо.
Она садится рядом с Л и сразу, по-матерински касается её лба. Кажется, я научился этому от нее.
- Немного теплая, но лихорадки нет. Морозит?
- До этого да, но сейчас уже нет.
- Хорошо. Чтобы это ни было, оно быстро проходит. Я приготовила суп. Поешь?
Лорелин кивает.
- Я чувствую себя лучше с тех пор, как я выбралась из постели, - она указывает на чертежи на столе. - А также из-за этого невероятного рождественского подарка.
Мама наклоняется, чтобы посмотреть на чертежи.
- Что это?
- Я строю музыкальную студию в Авалоне.
Мама кивает в знак одобрения.
- Какая замечательная идея. Ты должно быть очень счастлива.
Лорелин поднимается и поправляет подушку за спиной.
- Невероятно.