В Осаде (СИ)

Иначе я не вижу иного выхода, кроме тотальной зачистки взрослого населения планеты. Потому что если мы в один момент отрежем детей от текущих носителей знаний и истории, из них можно будет ваять все, что угодно.
Директорат проделал такую идеологическую накачку подрастающих поколений на моих глазах. Только благодаря моему деду им удалось подключить к работе и родителей. Здесь же такой помощи не будет.
Однако Директорат сплотил землян, по факту упразднив государства — страны на Земле сейчас скорее просто территории. Единая система образования по всей планете, кроме контрольных заповедников вроде африканских диких племен и вовсе находящихся на грани вымирания эвенков. Благодаря этой глобализации появилась возможность «вырезать» лишние данные, оставляя только нужные знания для каждой конкретной отрасли. К примеру, моя логистическая компания работала с армией Директората, но все мои знания о собственных клиентах ничего не стоили против такого же узкого специалиста. Не будь у меня дед человеком науки, я бы и физику с химией знал на уровне начальной школы. Как не знала их Ева, чье обучение ограничивалось непосредственным применением смертоносных технологий. Так что можно сказать, у нас есть, точнее, был, рабочий пример подобного социального устройства перед глазами. И нам останется только его повторить.
Глядя на Дарана, играющего посреди столовой с детенышами гра, сглотнул комок в горле.
Но чтобы все получилось, Директорат уничтожил Европу и Аравийский полуостров. Не хотелось бы становиться массовым убийцей, но, объективно, без этого геноцида у человечества не будет и шанса — совет граддаров рано или поздно раздавит еще не готовых к сопротивлению людей.
— О чем задумался? — опускаясь рядом со мной, спросила Мэрау, пододвигая мне кружку с отваром.
— Да так, — пожал плечами в ответ. — Как ты думаешь, у нас получится?
Кошка сделала крохотный глоток из своей чашки, наблюдая, как бегают друг за другом дети. Ее губы растянулись в довольной улыбке.
— Думаю, что кроме нас никто не сможет что-то изменить. Знаешь, Виктор?
— М?
— Нас с детства учат, что ради своего рода, города, вида не страшно отдать жизнь. И я в это действительно верю, — заметив мой взгляд, Мэрау пояснила: — Просто до сих пор цели правителей были чересчур мелкими и приземленными. Мы можем творить великие вещи, и, я надеюсь, ты нам в этом поможешь.
— Разделенные, мы проиграем, — вздохнул я.
* * *
— Я должен их учить? — смешно выпучив глаза, переспросил Даран.
— Конечно, кто, как не зар, обязан заботиться о своих подданных? — с улыбкой гладя правителя по голове, ответила Мэрау.
Я оторвался от записей и устало потер глаза. Не так-то просто составить программу обучения для самых маленьких, особенно учитывая, что новые знания пойдут со скрипом. Да и опыта у меня в этом деле нет никакого. Как и практически любой отец, я передал воспитание дочери в руки жены, а сам появлялся по вечерам, чтобы поиграть. Но все же некоторые вещи знал.
Например, что лучше всего ребенок запоминает информацию во время простых игр. Так что, перебирая в голове воспоминания того, как меня учили самого и чему я учил Наташу, составлял перечень простейших игр и головоломок, требующих применения полученной информации здесь и сейчас.
Даже банальные прятки нужно разнообразить счетом до десяти — благо его даже дети гра уже знают… Но разнообразие в алфавите и языке в принципе, нужно искоренять. А потому цифрам будем учить нашим, чтобы не было путаницы. Чем быстрее перейдут гра на земной язык, оставив собственный в прошлом, тем проще будет им войти в общую систему. Разделять искусственно три вида нужды нет. Первым двум слоям общества придется довольствоваться общим языком. А вот люди будут иметь запасные варианты. Хотя бы для того, чтобы в том невероятном случае, если Директорат все же доберется до Мьеригарда, землян хоть как-то смогли понять.
Кроме того не забыл и о ракушке-переводчике. На первое время можно изготовить несколько таких штук, и я даже знаю, какую игру с ними придумать. Заодно Даран сможет подучиться контролю, заряжая артефакты для своих друзей. А это значит — нам понадобится соорудить к каждому разъем под кристалл и маленький преобразователь.
 
Записав этот пункт, я снова перевел взгляд на бегающих по столовой детей. Они даже вряд ли когда-нибудь узнают, что история мира творилась в их присутствии. Впрочем, если верить деду, так всегда и бывает, он сам формулу портала подобрал, сидя за праздничным столом с семьей на собственном дне рождения.
Самое смешное, дед никогда особым приверженцем традиций не был, однако нам придется перенимать их у Земли. Как не крути, а подобные мероприятия сплачивают коллектив. Да что там, я сам пару жирных сделок заключил на корпоративной вечеринке в честь годовщины открытия компании.
Ева мой план в целом одобрила, но дополнила список проблем внушительным набором уточнений. К примеру, я сам утверждал — мы не сможем выбирать, как жить нашим детям. Однако для первого поколения людей это сделать придется. Без них, и четкого распределения труда соответственно, вообще ничего не получится.
Конечно, через несколько поколений это неизбежно изменится, однако некоторые заветы мы все же оставим. Тем более что это только первое поколение выращено в инкубаторе. В дальнейшем обязательно появятся те, кто родился естественным путем. И это — еще один вопрос, который мы с Евой пропустили.
Пополнив список заметок на будущее, я прокрутил записи перед глазами. Да уж, работы непочатый край. Тут всю жизнь вложить придется, и еще не хватит. Уж на слишком серьезную работу мы замахнулись.
— Виктор, — на экране дисплея возникло окно с сообщением от Евы.
Не знаю почему, но капитан избегала говорить со мной голосом, если рядом могла оказаться Мэрау. Ревновала, что ли? Да нет, сомневаюсь, Черна прекрасно знает мое отношение к скотоложству. Или опасалась, что кошка ее узнает? Могла же Ева приложить руку к уничтожению Мисхи? Да запросто и с удовольствием.
— Здесь, — написал ей в ответ, поднимаясь из-за стола.
Мэрау не обратила на меня внимания, целиком поглощенная объяснением Дарану, почему так важно, чтобы его друзья тоже знали так же много, как и сам будущий зар.
Облачившись в броню, я поднялся на поверхность на платформе в лифтовой шахте, прокопанной параллельно грузовому конвейеру. Его пришлось собирать, когда стало ясно, что без визитов на поверхность нам пока не обойтись, а потому пришлось срезать расстояние по максимуму. Что не говори, а пять километров туда-сюда бегать даже для быстроногих гра утомительно.
Ева отправляла мне одно сообщение за другим. Ничего, казалось бы, особенного в ее посланиях не было. Однако я все равно чувствовал, что нечто изменилось. Слишком надолго нас оставили в покое. Просто так мирное время на войне не дается, за все приходится платить.
Оказавшись на поверхности, я первым делом проверил карту. Собственно, это действие уже выполнялось на автомате: каждый раз выходя из пещер, я подключался напрямую к спутникам и следил за обстановкой на верфях и вокруг ближайших джунглей.
Конечно, все системы следят за передвижением джаргаров. Вот только я прекрасно помню, как Мэрау использовала «невидимки». И хотя доказательств их наличия на руках граддаров у нас не было и быть не могло, все же опасность применения уже однажды созданной технологии оставалась. Как-то же эти безделушки обдурили охранные системы. А как известно, если что-то создано один раз, это всегда можно повторить.
Звездное небо медленно светлело, вот-вот начнется рассвет, и первые гра пойдут на поиски пропитания: хоть мы и собрали теплицы, но урожаю еще только следует прорасти. А потому оттягивать разговор не стоило.
— Можешь говорить свободно, — переключившись на голосовую связь, произнес я, оглядывая ближайшие деревья.
Местность богатая разнообразной флорой кишела и разнообразной фауной. Пока что к нам еще не пришли опасные хищники, вероятно, их зачистили во время учений кошаки, но это не повод расслабляться.