И всё сначала (СИ)
Я любила Алекса, он навсегда остался в моем сердце, и я не забывала о нем ни секунды. Казалось, он просто куда-то уехал, казалось, что он где-то есть, только не со мной. Он обещал быть осторожным, обещал вернуться ко мне, но этого не случилось, и от этого было больно и горько.
Идея Престона со свадьбой изначально была провальной, но как-то так выходило, что… Это каким-то образом сработало. Он бы не стал претворяться. Не стал бы играть и делать вид, что я ему дорога, а мне именно так и стало казаться. Иначе зачем бы ему постоянно спрашивать о моем самочувствии, целовать мой живот, гладить его и смотреть так, будто я и есть весь его мир? Но вот его навязчивая мысль о том, что ребенок, которого я ношу под сердцем, его — действительно пугала меня. Мне казалось, что он был в этом уверен, да и все его поведение свидетельствовало о том же.
Алекс не мог иметь детей… Но я беременна. И почему я часто вспоминаю ту ночь, когда Алекс вел себя странно? И легкий запах табака… Только одно слово: «спи». Было темно, я совсем не видела его лица, но он вел себя не как обычно. Появление Престона в Монстерран тоже вызывало много вопросов. Откуда он узнал, где я? И мог ли приехать в тот город раньше? Мог бы, конечно. Но почему он не говорит об этом? Если он в ту ночь был со мной, что почти невероятно, то почему не сказал, что ребенок от него? Почему молчит и не убеждает меня в обратном? Все это было слишком странно, и однажды я спросила:
— Ты приезжал в Монтсерран только в тот день, когда случилось нападение зверей? Только один раз?
Ник в этот момент наливал себе виски. У него не дрогнули руки, он не обернулся ко мне, но показалось, что все его тело напряглось от этого вопроса.
— Один раз, — вроде бы спокойно ответил он. — А что?
— Как ты меня нашел?
— Методом исключения, — пожал он плечами. — Почему ты спрашиваешь, Эни?
Я долго смотрела на него и поняла. Поняла, что он что-то не договаривает. И даже более того — он боится. Хоть и очень хорошо это скрывает.
— Просто так, — тихо ответила я, а когда проходила мимо него, Ник схватил меня за локоть и прижал к себе.
— Эни… Все хорошо? — напряженно спросил он.
— Я не знаю. Наверное. Насколько это вообще возможно.
Наши отношения нормальными точно не назовешь. Мы то ругаемся, то занимаемся любовью, то не видим друг друга несколько дней, иногда захлебываемся льющейся через край нежностью, а временами задыхаемся от черной тоски. Я была уверена, что Ник испытывал то же, что и я. За это время я лучше узнала его и поняла, что он, в сущности, так же одинок, как и я. Наверное, мы в чем-то похожи. Только почему он так тянется ко мне? И почему так сложно стало сопротивляться?
Он снова уехал в Джорджтаун и на этот раз его не было семь дней. С трудом, но я призналась себе, что без него мне не по себе. Гораздо спокойнее, когда он рядом. Даже если мы спорим и ругаемся. Ник вернулся утром восьмого дня, грязный, в порванной одежде, только пришел он не домой, а сразу отправился в госпиталь к Оскару. Как и двое его людей, которые ездили с ним. Об этом мне сообщила Виктория. Я как раз была в больнице, сдавала анализы. В кабинет Оскара вбежала как раз тогда, когда Ник снимал с себя кофту. Его грудь была испещрена глубокими царапинами.
— На тебя напали? — ахнула я.
— Черт, Эни! — сквозь зубы процедил Престон. — Выйди отсюда и лучше держись от меня подальше, пока док меня не осмотрит.
— Всем выйти, — рявкнул Оскар на нас с Викторией. — Не то посажу всех в бокс, как тех двоих.
— Они заражены? — напряженно спросила Виктория. — Вакцина поможет?
— Все вон!
Оскар выгнал нас из кабинета, но мы с Викторией бродили по коридору, теряясь в догадках о том, кто мог напасть на Ника и его людей. Я неожиданно сказала:
— Алекс бы убил их сразу.
Виктория удрученно кивнула.
— Но Ник уже был привит, к тому же, как мы знаем, вакцина Роуз и правда действует. И пример тому Джейк.
— Да, но с ним не все было в порядке, — пробормотала я.
— Не будем паниковать раньше времени, — сказала Виктория и сжала мою ладонь.
Оскар отправил Ника в бокс, как и двоих его людей. Всем ввели вакцину, разработанную Роуз Престон. Прошла неделя, но никто не обратился в мутанта. Ник вообще не ощущал никаких изменений в своем состоянии, как сказал нам Оскар. Двое других парней были слишком напуганы нападением на них зараженных зверей, и Оскар не собирался выпускать их из карантинного бокса в ближайший месяц, хотя их состояние в целом было удовлетворительным.
Ник вернулся домой вечером. Я как раз была в гостиной, забралась в его любимое кресло с ногами и читала книгу, которую он оставил на столике. Ник подошел ко мне, долго смотрел. Молчал.
— Ты меня напугал, — нахмурилась я, захлопнув книгу.
— Ты же видела, как я вошел.
— Я про больницу!
Он чуть прищурился, склонив голову набок. Черт, мне нравилось, когда он так делал.
— Эни, да ты никак волновалась за меня?
— Вот еще, — фыркнула я.
Он сел на пол около моих ног и положил голову на мои колени. Некоторое время я сидела, не шевелясь, а потом осторожно коснулась пальцами его светлых волос.
— Приятно, — тихо и как-то устало сказал он.
— Обещай больше не уезжать так надолго.
Он приподнял голову и посмотрел на меня с плохо скрытой тоской.
— Обещай, — шепнула я.
Ник поцеловал кожу чуть выше колена, затем еще выше, а потом уткнулся лбом в мой живот.
— Ник, ты правда меня напугал… Не оставляй меня больше. Только не ты.
Мы долго целовались, Ник крепко обнимал меня и шептал какие-то слова, значения которых не сразу до меня доходили. Кажется, так признаются в любви… Или я совсем ничего не понимаю в этом мире.
***
Ник
Солоноватый привкус крови во рту. Случайно прикусил щеку, когда бежал. Я сплюнул слюну и бросился к машине. Эни не было в доме. Нигде. Я долго звал, бегал то на первый этаж, то на второй. Уже почти одиннадцать вечера. Она не могла никуда уйти… просто так. Значит, что-то с ребенком. Моим ребенком.
Парни из охраны у дома сказали, что она ушла совсем недавно. Ушла. Что, блин?! Почему пешком? Я же оставлял машину, ее могли отвезти! Но упрямая Эни и тут сделала так, как захотела сама, не прислушавшись к моим словам.
Срок всего восемь месяцев, неужели роды уже начались? Почему так рано? У Роуз тоже были преждевременные роды… Не хочу вспоминать о том, как они закончились. Оскар обещал, что с Эни все будет хорошо. И я в это верил. Но тревога не покидала.
В госпитале столкнулся с Викторией. Она несла в руках какие-то тряпки, а я схватил ее локоть, от чего она вздрогнула и резко повернулась ко мне.
— Роды начались, — быстро сказала она, а я окаменел.
— Идем.
— Вам туда нельзя. С ней Оскар. Все будет хорошо.
— В прошлый раз он тоже был с Роуз. И чем это закончилось? — процедил я.
— Хватит! — внезапно вскрикнула Виктория. — Соберитесь, мистер Престон. Роуз родила на раннем сроке. Малышке Эни уже восемь месяцев, дети часто рождаются на таком сроке, главное — должный уход.
— Вам меня не отговорить.
— Это пожелание Эни. Она сказала ни за что вас не пускать.
— Но почему?
— Вы ничем не поможете, — отрезала Виктория. — Лишь будете нагонять панику. И еще…
— Что? — насторожился я.
— Эни сказала, если что-то пойдет не так… В общем, в первую очередь спасать ребенка. Его жизнь в приоритете.
— Нет! — вскрикнул я и вцепился в Викторию еще сильнее. — Она должна жить! Я говорил Оскару, скажите и вы ему… Эни должна вернуться ко мне, это понятно?
И я грубо встряхнул ее. Виктория шарахнулась от меня и понеслась по коридору вперед, а потом скрылась за белой дверью. Я устало сполз по стене на пол и закрыл лицо ладонями. Я потерял всех близких. Лишился всех родных. Но у меня была Эни. Я так и не признался ей прямо, не сказал те слова, которые давно поселились в моем сердце. Я уже любил и нашу дочь тоже, но потерять Эни не мог. Только не ее.