Глубь (СИ)
– Давай, Лирэ, тебе нужно все-таки одеться. Вредно сидеть голой на холодном.
Мелкая опустила взгляд вниз и как будто только сейчас заметила, что на ней нет ничего из одежды, лишь только тонкий слой оранжевой пленки покрывающий ее тело. Легкий румянец проступил на ее бледной коже, и она уже почти без опасения повернулась ко мне спиной, позволяя помочь ей одеться.
Несмотря на то, что одежда была большого размера, одеваться было нелегко. Лирэ была сильно ослаблена, и почти всю работу пришлось совершать мне.
Сняв с ее плеча медстаб, накинул на нее комбез и принялся просовывать руки в рукава, и если с целой рукой проблем не возникло, то с раненной пришлось повозиться. Несколько раз я замечал болезненные гримасы на лице девочки, когда ткань костюма сдавливала культю, но та стоически переносила боль, лишь с шипение выпуская воздух сквозь стиснутые зубы.
Закончив с одеванием, застегнул молнию на комбинезоне и тут же он начал подстраиваться под тело девочки. Левый рукав, обволакивая травмированную руку полностью, покрыл ее слоем ткани, защищая от внешних повреждений.
В конечном итоге Лире оказалась одета в нечто похожее на тонкую толстовку с капюшоном, длиной почти до колен. Судя по всему, комбинезон еще мог служить и корсетом, так как поврежденная рука согнулась и приняла максимально безболезненное положение без видимых усилий со стороны девушки.
– Неплохо у вас тут технологии развиты, – присвистнул я, глядя на все это, – даже удивительно, как вы еще не зачистили всю эту станцию.
– Каждый хочет урвать кусок побольше, даже если пирог этот гнилой, – ответила мне Алин.
– Лирэ! Лирэ! Где моя сестра, ублюдок?! – голос раздался из скафа, и я не сразу сообразил, кто это говорит.
Девочка, же которая не могла увидеть брата из-за меня и брони, которая заслоняла ей обзор, сначала замотала головой из стороны в сторону, а затем, спрыгнув на пол, зашагала в сторону костюма.
Сделав пару шагов, она споткнулась и начала заваливаться вперед. Я, примерно и ожидая, что так будет, успел подхватить почти невесомую малышку и под руки повел ее к брату.
– Кстати, Алин, заметила, что искин даже ругательства переводит? Или это он от себя добавляет? – хмыкнул я.
Ответа так и не услышал, так, как только девочка увидела лежащего на полу брата, оттолкнула меня в сторону и бросилась к нему. Упав возле него на колени, она попыталась развязать, узлы, сдерживающие парня. Парень же, увидев сестру, стал еще яростнее дергаться, и без того мешая той сделать хоть что-то.
Подождав минут пять, давая возможность как искину пополнить словарный запас, так и успокоиться парню, я вслушивался в его речь, почти полностью состоящую из ненормативной лексики и угроз. Лирэ же сидела подле него, тихонько плача то ли от счастья, что ее брат жив, то ли от страха за их жизни.
– Так ты друзей точно не заведешь, мелкий! – решив, что с первого раза такой объем ругательств не запомню, да и Алин уже на мозг начала капать, призывая не издеваться над детишками, я обратился к парню.
Тот, услышав знакомые слова, замер, открыв рот:
– Лирэ, ты тоже понимаешь их?
– Если бы ты не орал, то уже давно бы это понял, – опередил я с ответом девочку, – и, между прочим, сидел бы развязанным и, возможно, даже с порцией еды в руках.
– Вик, да развяжи ты его, наконец-то, и дай им поесть и попить нормально! – не выдержала напарница. Голос ее прозвучал для всех, и парень начал выкручивать шею, стараясь разглядеть Алин.
– Не мучайся, это моя виртуальная совесть, так что фактически ее здесь нет в осязаемом виде, – догадавшись, что ищет парень, сообщил я ему.
Подойдя поближе, присел перед ним на корточки:
– Давай так. Ты обещаешь не делать глупостей, и я тебя отпускаю. Как видишь, сестра твоя цела, настолько, насколько это возможно было. Так что веди себя нормально и останешься целым. Договорились?
– Договариваться с Медными? Ты смеешься над нами? Ваши палачи напали на нас, убили дядю! – извернувшись, пацан попытался плюнуть в меня, но, видимо, организм был сильно обезвожен, и у него ничего не получилось.
Только я хотел уже высказаться по этому поводу, как тут же услышал голос Лирэ:
– Рэф, он действительно спас меня. И видимо, это он же вытащил нас из спрута, – голос девочки был тихим, но его хватило, чтобы пробиться сквозь ярость брата.
– Но они же напали на наш дом, – нотки печали, перемежаемые с гневом, сквозили в голосе Рэфа, – Лирэ, как ты не можешь понять?
Опять опередив девушку, обратился к парню:
– Если тебе станет легче, то, судя по всему, я какой-то эксперимент Медных, – очень сжато пересказав свои приключения, опустив некоторые подробности, мне все же удалось немного успокоить Рэфа.
– Так что как-то так, – закончив рассказ, принялся освобождать мальчишку, развязывая узлы. Пришлось повозиться, так как дергаясь и извиваясь, этот паршивец еще сильнее затянул их.
Судя по выражению их лиц, брат с сестрой хоть и поверили в мой рассказ, но все равно до конца не расслабились, постоянно ожидая с моей стороны каких-нибудь неприятностей.
Окончательно освободив Рэфа, оставил его с сестрой, а сам пошел за едой и водой для этих бедняг. Поковырявшись в контейнере с запасами, я с прискорбием обнаружил, что это не скатерть-самобранка и не волшебный горшочек, так что из-за возросшего количества нахлебников скоро придется озаботиться вопросами пропитания. Не на сухпайках же они тут постоянно сидят, в конце концов.
Закончив с сервировкой стола, то есть вскрыв упаковки и расставив их на той части стола, что была наименее заляпана кровью и мусором, погромыхав чутка стульями, чтобы ребятишкам не пришлось есть стоя, я пошел к ним.
Парень уже стоял на ногах, кривясь от покалываний, вызванных притоком крови к связанным до этого конечностям. Увидев меня, он инстинктивно встал между мной сестрой, защищая ее.
– Успокойся, мелкий, и для начала штаны надень все-таки, – указал я кивком на предмет одежды, валяющийся на полу.
Рэф, подхвативший штаны, попробовал их надеть стоя, но, не удержавшись, упал на пятую точку, чем вызвал у сестры смешок и улыбку на лице. Парень же, натянув штаны, поднялся на ноги, отказавшись от протянутой руки Лирэ, и с вызовом посмотрел на меня.
– Да накорми ты их, наконец, – Алин опять подала голос, – они же вон какие худые, кожа да кости.
– Пойдемте к столу, гости дорогие, – не стал дальше тянуть время и, повернувшись к ним спиной, махнул рукой, призывая идти за мной.
Дети, расположившись на креслах, увлеченно поглощали теплую пищу и опустошали последние запасы воды. Глядя на все это, я подумал было предложить есть им помедленнее, но Алин сказала, что еда ускорит их выздоровление, и плохо им не станет.
Дождавшись, когда они хоть немного насытятся и смогут оторваться от пищи, решил приступить к расспросам.
Глава 17
Заметив мой взгляд, Рэф вопросительно посмотрел на меня, но жевать не прекратил, лишь чуть медленнее стал есть.
– Полегчало? Давайте-ка поговорим немного, пока вас не разморило после сытного обеда, – Лирэ тоже посмотрела в мою сторону, оторвавшись от контейнера с пищей.
– Я прекрасно понимаю, что воспоминания могут быть для вас неприятны, но нам с Алин необходима информация, чтобы составить дальнейший план действий, – продолжил я говорить. – Для начала начнем с того, кто вы вообще такие.
Рэф уже было открыл рот, но сестра перебила его:
– А с кем вы постоянно переговариваетесь, косясь в сторону, как будто здесь кто-то еще есть?
Брат, видимо, хотел прервать Лирэ, но передумал. Любопытства у него, судя по всему, тоже было не занимать.
– А это моя боевая подруга, Алин, член команды «Осьминога». Страшная девушка, – увидев, как в мою сторону летит кулак, я инстинктивно на секунду зажмурился, и уже после, открыв глаза, увидел завершение фаталити из одной хорошо мне знакомой игры.
– Эээ… – впав в ступор от увиденного, я тем не менее исправился. – Страшная, в смысле, опасная для врагов, ну, а так она очень красивая, да-да.