Глубь (СИ)

Подойдя к дверце одного из шкафов, на которой крепилось зеркало взглянул в него. Лицо было мне почти незнакомо. Усталые глаза, здоровенный рубец, пересекавший пострадавшую щеку, синяки, доставшиеся от Форха. Казалось, что я резко повзрослел на десяток лет.
– Но, черт побери, я жив, и я отплачу этому миру за все, – прошептал я.
– Ты что-то сказал? –вздрогнул от голоса девушки, так как совершенно забыл, что подключил коммуникатор, когда одевался. 
– Да так… мысли про себя. Новый девиз новой жизни, – хмыкнул я.
Приняв пару каких-то таблеток, которые посоветовала Алин, вроде как подстегивающих регенерирующие способности организма, и, наклеив искусственную кожу на пострадавшие части тела, подошел к скафу.
– Спасибо тебе, Алин, большое. Без тебя бы я долго не протянул, – поблагодарил девушку.
– Это тебе спасибо, что не бросил меня, – Она, видимо, что-то сделала, и свет на складе стал приглушенным.
– Пожалуйста. Обращайся, когда нужно, – ответил я, устраиваясь на полу у самого скафа и закрывая глаза.
  
Глава 9
 
Спалось, на удивление, хорошо, лишь перед самым пробуждением мне приснился нескончаемый коридор, по которому я медленно брел, едва переставляя гудящие ноги, а за спиной нарастал гул приближающейся погони. Попытался было побежать, но внезапно предо мной из воздуха материализовались две двери. 
Из правой лился яркий свет маня к себе. Глядя на нее, появилась уверенность, что стоит мне выбрать эту дорогу, и я буду спасен. 
Левая же дверь представляла из себя темный провал, и казалось, что любой лучик света, попадающий туда, просто исчезал. Тьма была словно живой, постоянно клубилась, но никак не могла покинуть отведенные ей пределы. 
Шагнув к правой двери, был уже готов раствориться в этом сиянии, как вдруг тьма хлынула на меня, разом захлестнув мои ноги, и окружила меня, замедляя движение. На какое-то мгновение свет потускнел, и я смог рассмотреть два силуэта, мужской и женский, протягивающие руки в бессильной попытке помочь мне выбраться из этой безжизненной, сковывающей темноты.
Дернувшись к ним навстречу, заметил, что теперь они смотрят на меня с каким-то отвращением и страхом, подобно Форху при нашей первой встрече. Почти дотянувшись до них, ощутил, что невидимая сила отсекает от спасительного света, и водоворот тьмы подхватывает и несет меня в свое логово.
Тьма, не смотря на стальную хватку, мягко опустила меня на пол, и я смог рассмотреть, что оказался в каком-то странном подземелье. Каменные стены и пол были грубо обработаны, словно кто-то выдолбил все это пространство вручную. 
Факелы, расположенные на стенах, издалека походившие на те, которые я не раз видел в учебниках по истории и фильмах, так же потрескивали и давали неравномерный свет. Вот только подойдя ближе, с удивлением обнаружил, что это высокотехнологичная поделка. Огонь был словно окружен каким-то не видимым полем, не позволявшим обжечься.
Не смотря на большое количество этих самых факелов и то, что их свет я видел издалека, мне с трудом удавалось разглядеть что-то на расстоянии больше двух метров. Какие-то частички пепла кружились вокруг меня на постоянном удалении, не позволяя приблизиться к ним. Пару раз даже попробовал пробежаться, надеясь достигнуть границы, но обе попытки были бесполезны, словно вокруг меня образовалась зона, не позволявшая мне прикоснуться к ним, а им – ко мне.
Пройдя дальше, я наткнулся на клетки, подвешенные к потолку на толстые металлические цепи. Подойдя еще ближе, заметил, что видимость улучшилась, позволяя мне лицезреть длинные ряды клеток, тянувшихся вдоль стен темницы. 
Во всех клетках находились пленники. Они различались как внешне, так и по возрасту, и для каждого была персональная кара. Я прекрасно осознавал, что нахожусь во сне, но трудно сохранять спокойствие, когда при тебе сгорает живой человек, или его разрывает на части.
Мои попытки спасти хоть кого-нибудь пресекались таким же невидимым полем, как на факелах. Хоть оно и не позволяло мне помочь людям, зато прекрасно пропускало звуки.
 
Какофония складывалась из криков умирающих людей, их стонов, молитв о спасении, сменяющихся проклятиями при виде меня, проходящего мимо. Каждый из них обращался ко мне по имени, словно мы давно знали друг друга, и от этого становилось лишь хуже. 
Желание сесть на пол и зажать уши руками было нестерпимо, но внутреннее чувство опасности подсказывало мне, что стоит так сделать, и я сойду с ума, никогда не став прежним уже в реальном мире. Только эта мысль заставляла меня делать шаг за шагом, продвигаясь сквозь этот ад.
В одной из клеток я обнаружил Форха, а следом за ним – Дерека. Коротышка был жив, но один глаз оказался лопнувшим, и в пустой глазнице я рассмотрел несколько копошившихся в ней толстых белесых личинок. Там, где тело не было прикрыто одеждой, можно было разглядеть шевелящиеся под кожей комки. Судя по всему, черви завладели всем телом, доставляя Форху неимоверные страдания.
Дерек же был совершенно неподвижен, и то, что он жив, можно было определить только по прерывисто вздымающейся грудной клетке. Насекомыш еще сильнее усох, и его истончившуюся кожу прорвали осколки костей, сломанных после сражения со спрутом.
Отведя взгляд, я, еще более угнетенный, двинулся дальше. Бредя мимо клеток, видел множество мужчин, женщин, детей, совершенно фантастических существ, которых можно встретить только в подобных снах, и они тоже были разумны. И все они, невзирая на боль, провожали меня взглядом, полным лютой ненависти.
Следующей я встретил Алин. У нее было нормальное человеческое тело, одетое в какую-то серую робу. Глаза девушки были широко распахнуты, но она словно смотрела сквозь меня, игнорируя мое присутствие. Иногда на ее лице проскакивали гримасы боли и отчаянья, как будто она находилась в трансе. Девушка парила в клетке, не касаясь дна, словно в невесомости.
Чуть-чуть постояв у клетки, я постарался сохранить в памяти образ девушки в нормальном виде, пусть и созданном моим подсознанием. На прощанье коснувшись поля рукой, двинулся дальше.
Пройдя еще немного, внезапно понял, что клетки почти закончились, оставалось всего семь штук, и, к моему удивлению, в четырех из них обнаружились Александр, Лена, Ольга и Катя. Во всей этой кутерьме я совершенно забыл про них, но этот бредовый сон решил вывернуть меня на изнанку и подсунул мне их образы. 
Подобно Алин, они так же парили в воздухе, облаченные в комбинезоны с символами медного цвета, которые пульсировали в унисон с нитями соединяющими их между собой и тянущимися в сторону огромного каменного валуна. 
Непонятно, откуда пришло знание, что это не простой булыжник, а портал, что при определенных условиях должен открыть путь в… При попытке додумать, голову резко пронзила боль, словно запретив вспоминать пункт назначения.
В отличие от других встреченных разумных существ, страдающих от невыносимых мучений, мои друзья скорее бились в экстазе в унисон с движением символов. 
В пятой клетке находилась девушка, чей образ оставался для меня расплывчатым. Я точно осознавал, что встречал ее в своей жизни, помнил запах ее волос, звонкий смех и горький плачь, но вот лица ни вспомнить, ни разглядеть никак не удавалось. 
Девушка же голыми руками отбивалась от нитей, пытавшихся оплести ее. Заметив меня, она что-то закричала, но тут звук не достигал уже меня, и я не мог ничего понять. 
Шестая клетка была закрыта и наполнена клубящимся туманом, в котором проглядывался силуэт человека. Незнакомец стучал в дверцу, стараясь выбраться наружу, но клетка не поддавалась, почти не реагируя на его попытки. 
Оставшаяся камера была свободна и гостеприимно распахнула дверцу при моем приближении. Заметив это, девушка от защиты перешла к нападению, заставив нити отступить на мгновение. 
– Вик! – крикнула девушка, но неведомая сила уже увлекала меня, и я с каким-то обреченным облегчением, поддался ей, устремившись в клетку.