Глубь (СИ)

– Тебе хватит заряда в седьмом, чтобы добраться до нашего корабля, но ты прав, зальем его по максимуму, – согласилась со мной девушка. 
– Мне? А как же ты, Форх и Дерек? Встреча у нас, конечно, не задалась, но мне не хотелось бы вас тут бросать одних.
– Ты меня то пугаешь, то удивляешь, Медный, – видимо, намекая в первом случае на мою вспышку гнева, – но мне приятно, что ты заботишься обо мне. 
Девушка улыбнулась и тут же опять замерла. Каждое ее отключение длилось все дольше, и с каждым пробуждением она выглядела все испуганнее. 
– Так какой же у тебя план? Без вас я точно не уйду.
– Не волнуйся. Тебе будет необходимо принести сюда Дерека с Форхом и запихать их в костюмы. В программе скафа есть аварийный режим, обеспечивающий поддержание жизни в операторе даже при тяжелейших повреждениях.
Опять пауза, и Алин продолжила:
– При благоприятных условиях заряда их скафов хватит на несколько месяцев для поддержания жизни. Нужно будет только добавить в медкомплект необходимых лекарств.
– А ты? Что с тобой будет? – задал я вопрос.
– Тебе необходимо отключить меня 
– Что?! – не поверил я собственным ушам. То, что она не совсем человек, понимал прекрасно, но вот, что её можно было просто выключить, звучало дико.
Встретившись со мной глазами Алин повторила:
– Тебе нужно будет отключить меня. Сзади, на шее, там, где металл переходит в живую плоть, есть небольшой чип. Извлечешь его и подключишь к скафу. Необходимый разъем расположен в нижней части шлема с внутренней стороны, только сдерни подложку.
– Надо посмотреть. И вообще насколько это безопасно?
– Безопасно, главное не затягивай с переносом, – глаза девушки увлажнились, казалось, что она вот-вот заплачет.
– Что происходит-то? Ты чего-то боишься?
– Да, боюсь! – я опешил от крика девушки, которая ни секунды не думая, сражалась с монстром, не показывая хоть как-то страха. 
– Боюсь темноты. Даже минута, проведенная в чипе, без возможности контакта с внешним миром растягивается для меня почти в год. Я остаюсь одна во тьме, она давит на меня. Я ощущаю, как начинаю терять себя!
Алин не выдержав, разрыдалась. Слезы текли по ее щекам и падали вниз разбиваясь о металл ее тела. Поднявшись, я шагнул к девушке и крепко обнял ее. Наверное, только сейчас, наконец, пришло осознание, что мир, окружавший меня, реален. Что люди, как бы они ни выглядели снаружи, тоже что-то ощущают, что у них есть желания, что они чего-то боятся. Этот мир реален, и я уже часть его, хотелось бы мне этого или нет. 
– Ты уже проходила это? – шепнул на ухо девушке.
– Это была уже не я. Тогда, видимо, перенос затянулся, и я была одна слишком долго, – Алин прижалась своей щекой к моей голове, постепенно успокаиваясь. – Я почти ничего не помню из своего прошлого до момента пробуждения в этом теле. Только имя и зеленый лес, сменяемый темнотой пещер.
– Я постараюсь сделаю все максимально быстро. Ты и не заметишь.
– Замечу, – тихо произнесла девушка.
Дождавшись, когда девушка хоть немного придёт в себя, я продолжил реализацию плана по нашему спасению.Направился к скафу, и тут меня осенило:
– Алин, а как ими-то пользоваться? Сомневаюсь, что тут есть толстый томик инструкций на русском языке.
– Я уже разблокировала доступ к капсулам, тебе достаточно прикоснуться к терминалу, он откроет и обеспечит доступ к скафу.
Подойдя к блоку управления капсулой с моим будущим доспехом, я приложил руку к панели. На секунду она вспыхнула, красным, но затем цвет сменился на зеленый, и створки капсулы плавно раздвинулись. Платформа, на которой стоял скаф, плавно повернулась на сто восемьдесят градусов, предоставляя мне доступ к его внутренностям.
Не удержавшись, провел рукой по броне, покрытой множеством мелких царапин, образующих своеобразный узор. Видимо, данной машине многое пришлось пережить, и я надеюсь, она будет служить мне так же верно, как и предыдущему хозяину. 
Верхняя часть спины и шлема были раскрыты на подобие створок раковины, позволяя мне комфортно разместиться в костюме. 
 
– А я не буду болтаться в нем? Что-то он несильно плотно меня облегает.
– Когда скаф будет загерметизирован, внутренний подклад подстроится под твое тело, не волнуйся. Разъем нашел?
Присмотревшись я увидел необходимый слот:
– Да. Он точно рабочий? 
– В нижней части шлема есть небольшая панель управления. Приложи палец, костюм должен будет активироваться.
Приложив большой палец, я на секунду ослеп от яркой вспышки заработавшего экрана внутри шлема. По дисплею бежали какие-то символы, значки сменялись один за другим. 
– Алин, тут какие-то символы, ничего не понятно. 
– Как полностью активируешь костюм, они станут понятными. Пока посмотри, в нижнем правом углу должно быть видно схематичное изображение скафа. 
– Есть такое, – кивнул я головой, забыв, что девушка не может меня видеть.
– Все зеленное? Желтого и красного нет? 
– Нет, все зеленное. Это же хорошо?
– Да, замечательно. Значит, пора начинать.
Спрыгнув с доспеха, подошел к Алин. Она смотрела на меня, с трудом сдерживаясь, чтобы опять не заплакать. Молча взяв ее на руки, вернулся к капсуле. Стараясь не уронить бесценную ношу, залез в костюм. Посадив девушку на край костюма, я в вновь обнял ее, гладя по волосам. 
Придерживая Алин одной рукой, другой медленно провел по ее шее, нащупывая чип. От прикосновения живая часть девушки задрожала, и почувствовав, наконец, разъем, я немного отодвинулся от нее.
– Ты готова?
– Нет. К этому невозможно привыкнуть, – девушка вздохнула. – Только не бросай нас, пожалуйста! 
– Мы обязательно спасемся. И я обязательно еще раз влеплю Форху по морде, только уже в сознательном состоянии! – наклонившись, я поцеловал девушку в лоб и быстрым движением вытащил чип. 
Тело девушки изогнулось, резко дёрнувшись. Не ожидая такого, я не успел перехватить его, и кукла, теперь уже точно кукла, упала на пол.
  
Глава 8
 
Чип, размером с нашу обычную тонкую флешку, имел прямоугольную форму и был фиолетового цвета. На одной из граней оказался выгравирован знак, напоминающий символ бесконечности. Сама гравировка была перечеркнута глубокой царапиной.
Отбросил в сторону лишние мысли и как можно аккуратнее вставил чип в слот костюма. Дисплей погас, а спустя мгновение скаф резко дернулся, да так, что если бы я не был наполовину в нем, то точно бы оказался на полу.
Доспех еще несколько раз вздрогнул, из-за чего я еще пару раз приложился многострадальным лицом о внутренности шлема, прекратил двигаться, при этом выдрав с корнем пару креплений, удерживающих его. 
Внезапная вспышка и крики из встроенных динамиков костюма дезориентировали меня, заставив закрыть глаза и заткнуть уши руками. Придя в себя, открыл глаза. Экран периодически моргал, то чернея, то показывая интерфейс скафа.
Сквозь шум, производимый динамиками, явно слышались чьи-то крики: 
– Нет! Не надо! Я больше не могу! Не мучайте меня больше! Хватит!
Голос принадлежал Алин, и, даже не задумываясь, работают ли микрофоны в костюме, я закричал в ответ:
– Алин, все хорошо! Ты уже в костюме! Услышь меня!
– Вик, это ты? Это, действительно, ты?
– Да, да! Успокойся, у нас получилось.
Хочу вам сказать, что слышать девчачий плачь, исходящий от костюма в полтонны весом и высотой метра три, не для слабонервных. Я, не зная, что предпринять, в конце концов, просто положил ладонь к внутренней обшивке доспеха и легонько погладил.
Как позже выяснялось, Алин провела в своем персональном аду примерно год. Видимо, интеграция с программным обеспечением скафа проходила медленно, оставляя девушку отрезанной от окружающего мира. Каких-либо отклонений в поведении девушки не заметил, разве что Алин стала более болтливой, стремясь разговорами наверстать время пребывания в одиночестве. Еще одним плюсом от пережитого ею потрясения, как бы жестоко это не звучало, стало то, что подозрительность ко мне окончательно сошла на нет.