Режим черной магии (Санкция на черную магию) (ЛП)

— Сияющий! — выдохнул демон; его губы раскрылись, стали видны крупные зубы. — Я не видел этот нож с того времени, как подсунул его Аменхотепу.
Глаза демона встретились с моими, и его улыбка стала шире.
— Это комната Николаса Грегори Спарагмоса, — догадался он, и мое дыхание пресеклось, — Восхитительно, просто восхитительно! Что ты делаешь в комнате Никки, Рэйчел? Ооо, он вызвал тебя на Западное побережье, не так ли? Ты его убила? Хорошо, что ты позаботилась об этой маленькой проблеме. Я должен подарить тебе зайчика. Где он? Засунула его в шкаф?
Пирс громко хлопнул дверью шкафа для посуды, и я подпрыгнула.
— Ей следовало убить его, но она не послушала меня, — пробормотал колдун, и я бросила на него мрачный взгляд.
— Ал, зачем ты здесь, если не для того, чтобы отдать мне мое имя? — спросила я, и демон вздохнул, глубоко вдыхая запах лезвия ножа.
— Солнце село. Я хочу понять, оправданно ли твое беспокойство.
В блаженстве закрыв глаза, Ал провел языком вдоль длины лезвия, и слабый звук вырвался из него, когда, облизнув нож, он очистил его от того, чего я видеть не могла.
— Я вырву тупую голову колдуна из его тощих плеч за то, что он вызвал тебя. Я единственный, кому позволено так грубо с тобой обращаться.
Он отложил нож, пальцы нехотя соскользнули с него.
— Не то, чтобы я когда-нибудь…
— Нет, ты просто продолжаешь разрушать мою жизнь. Послушай… — сказала я, и Ал заворчал.
— Ну вот, опять, — пробормотал демон. — Слушай. Слушай, коротышка. Сейчас она выдаст новый список.
Пирс пожал плечами, аккуратно наполняя кастрюлю свежей водой.
— Эй! — выкрикнула я; отношение их обоих мне не нравилось. — Если ты пришел не для того, чтобы выполнить нашу сделку, тогда ты должен уйти. И если ты уйдешь, то тебе лучше потратить некоторое время на поиск хорошего адвоката за нарушение контракта! Я знакома с людьми, знаешь ли.
— Тебе нужно стать более опасной, — сказал Ал, надувшись. — Я помнил об этой ерунде по поводу того, что тебя вызвали, вдруг почувствовал, как ты вошла в линию, и решил проверить. По-видимому, ты преувеличиваешь свои неприятности.
— Извини? — стоя на том же месте, я поставила руки на бедра. — Я ничего не преувеличиваю. Я была в Алькатрасе. Я хочу получить свое имя обратно. Моего никто не знает, кроме моей мамы, Айви и Дженкса!
— И меня, — Ал провел пальцем по передней панели широкоэкранного телевизора, фыркнув от пыли. — Тебе просто нужно до чертиков напугать их. Считай, что это твой шанс попрактиковаться.
— Мне не нужна практика, — прошипела я сквозь сжатые зубы. — Мне нужно мое имя. Они говорили о лоботомии. Уверена, тебе будет досадно, если твои инвестиции в конечном итоге станут тупее, чем камень.
Крутанув фалдами, Ал шагнул к груде электроники, взял камеру и, открыв заднюю крышку, вытащил карту памяти и сунул ее в карман.
— Ты такая милая, когда переживаешь трудности, — тихо проговорил он, глядя на меня поверх очков и бросив камеру так, что она с треском упала на пол.
— Ал…
— Я даю тебе шанс вырасти, — сказал Ал, присаживаясь на диван и раскидывая руки на его спинке. — Я бы был простым защитником, если бы сражался во всех боях вместо тебя. Они ничтожные ведьмы. Ты родня демонам. Что они могут тебе сделать?
Расстроенная, я вытянула вперед сжатые в кулак руки, ладонями вверх.
— Может, сделать мои колени размером с грейпфрут? А представляешь себе, это — следы от наручников?
Красные глаза Ала скользнули мимо меня к Пирсу.
— От игр? — оживился демон. — Гордиан Натаниэль Пирс талантлив и легендарен. Почему, ты думаешь, я захотел этого коротышку настолько сильно? Размер действительно не имеет значения, если ты можешь делать то же, что может он.
Я посмотрела на Пирса — его мягко вьющиеся волосы скрывали лицо, но его челюсть была напряжена и руки дрожали, когда он отмерял молотый кофе и включал кофеварку. Анатомия колдунов, как правило, не соответствует человеческой, но ведьмы всегда возвращаются назад.
— Хотя это все может быть всего лишь пиаром, — закончил Ал, вытаскивая из своего кармана часы. Его глаза встретились с моими, и я задрожала, когда он встал.
 
— Дай угадаю… — сказал он и начал приближаться ко мне, чеканя каждый шаг. — Маленький колдун вызвал тебя на Западное побережье, зная, что моим именем вызовет тебя, потом прибежал сюда, чтобы вырвать тебя из их лап, и нес при этом, вероятно, какую-то мужскую чепуху на счет того, как он лю-ю-ю-бит тебя.
Я отступала, и когда Ал придвинулся, моя спина уперлась в стойку.
— Ник слизняк, — сказала я, напуганная.
Ал придвинулся ближе, слишком близко, и я затаила дыхание, съежившись. Кружева на его горле колыхнулись — не касаясь меня, но почти.
— Вопрос в том, — прошептал Ал, глядя на Пирса. — Что Никки не узнал бы, что у тебя мое имя, если бы кто-то ему не сказал. Кто сказал ему, Рэйчел?
— Ковен.
От Ала несло жженым янтарем, и заметив, что меня передернуло, он нахмурился отступил. С трясущимися коленями я отодвинулась от стойки.
— Ковен, — повторил Ал, передразнивая меня. — Да. Но кто сказал им?
Я подумала о Тренте и опустила глаза.
— Проблема не в том, кто сказал Ковену твое имя, — ответила я. — Проблема в том, что кто-то сказал им, что я могу пробуждать демонскую магию. Может быть, так ты пытаешься заставить меня переехать в Безвременье.
Ал фыркнул, отворачиваясь.
— Рэйчел, Рэйчел, Рэйчел… ну что за параноидальные мысли. И ты еще говоришь, что тебе не нужна нянька.
— Не нужна!
Он встал у стола, одновременно элегантный и насмешливый.
— Тогда начни вести себя как демон, вечно-зудящая-ведьма.
— Я не демон, — возразила я, бросая взгляд на часы. Дерьмо, время перевалило за шесть. Ник.
— Возможно, ты одурачила меня, — белая перчатка Ала исчезла, и он принялся рассматривать свою руку, крупные суставы побелели, когда он согнул пальцы. — Вся эта ситуация так… банальна.
Из туманной дымки вновь возникла перчатка, и его внимание обратилось ко мне.
— Тебе нужно лучше стараться, любовь моя, если ты хочешь, чтобы к тебе относились серьезно.
— И в этом есть какой-то смысл? — мои руки снова были скрещены на груди, и я заставила их опуститься.
— Я, черт возьми, надеюсь на это, — проворчал Пирс, ставя чашку рядом с кипящей кастрюлей.
— Дело в том, что ты сможешь превзойти их, даже просто собравшись с силами! — проворчал Ал.
Моя голова качнулась назад, потом вперед.
— Я не хочу быть демоном. Я просто хочу получить свое имя обратно, чтобы моя жизнь снова стала хаотичной и странной, вместо того, чтобы быть хаотичной и безнадежной.
Ал сделал вдох, чтобы что-то сказать, и когда он задержал дыхание, подняв голову, мое лицо похолодело. Стрекозиные крылья. На лице Ала расплылась медленная улыбка, и наши взглядывстретились.
— Джакс? — крикнула я, не видя его, но зная, что пикси здесь. — Я не звала его. Я не звала его, Джакс! Ты должен мне верить!
Рассыпая за собой зеленую пыльцу, пикси влетел в кухню. Джакс уставился на нас с открытым ртом. Его рука прикрывала бицепс, почти скрывая новую прореху на его рубашке.
— Я не звала его, — умоляла я, и пикси замахал крыльями сильнее, его рот раскрывался, но ничего не было слышно. — Джакс, скажи Нику, чтобы не заходил!
Джакс бросился к отверстию для пикси, через которое он прилетел. Но было слишком поздно, и я услышала звук поворачивающейся дверной ручки.
— Ник! Нет! — закричала я, кинувшись к двери.
Я ахнула, когда натолкнулась на Ала, неожиданно возникшего передо мной. Это было похоже на столкновение с деревом.
— Ник! — закричала я. — Не входи! Ник! Беги!
Но впустив через открытую дверь глухие удары доносившейся снизу музыки и запах китайской еды, Ник зашел внутрь в темную квартиру. Джакс серебром пронесся в прихожую, от паники его голос стал высоким и неузнаваемым.
— Уходи! — заорала я, споткнувшись, когда Ал исчез, чтобы появиться позади Ника в открытых дверях.