Режим черной магии (Санкция на черную магию) (ЛП)

— Итак, Айви, — сказала я, пытаясь переключить свои мысли, — что происходит между тобой и Гленном?
Глаза живой вампирши заблестели, она перевела взгляд на Дженкса.
— Ты сказал ей! — воскликнула она, и мои губы раздвинулись.
Сказал мне? Дженкс что-то знает? Что он знает?
Крылья Дженкса застрекотали, он отлетел в противоположную часть машины, достаточно далеко от нее.
— Я ничего не говорил ей! — закричал он, смеясь. — Тинкин личный ад, Айви, я не говорил ей! Должно быть, она догадалась об этом. Она же не глупая!
Машина дернулась, когда я слишком поспешно нажала на тормоз, но мне хотелось видеть Дженкса.
— Что-то происходит. Я знаю!
— Да нет же, — запротестовала Айви; ее лицо было красным в свете фар встречного движения. — Ничего не происходит. Ничего!
— Ничего? — выпалил Дженкс, не в силах больше молчать. — Ты думаешь…
— Заткнись, Дженкс, — огрызнулась Айви.
Его крылья шумели, он застыл в центре машины, словно пригвожденный в воздухе. Он задержал дыхание, серебряная пыльца сыпалась с него, освещая все вокруг — так, что у меня даже заболели глаза. Улыбаясь, я взглянула на Айви.
— Лучше скажи мне, или он сейчас взорвется.
— Они уже трижды ходили на свидания, — сказал Дженкс, и Айви попыталась схватить его.
Моя улыбка стала шире, когда Дженкс принялся отчаянно метаться по машине.
— Я не мог! — кричал он. — Айви, я не мог! Не мог промолчать!
Угрюмая Айви плюхнулась обратно на сидение, сдаваясь.
— Не могу поверить, что ты сказал ей. Ты же обещал.
Пикси приземлился на руль; я дождалась, когда огромный внедорожник освободит небольшое пространство, и нажала на газ, пытаясь влиться в поток.
— Он не говорил мне, — сказала я, благодарно махнув парню. — Пальто Гленна пахнет тобой. — Я сделала гримасу. — И медом. Я не хочу знать почему. Правда.
Крылья Дженкса замерли.
— Медом? Медом и золотом? — спросил он, и Айви, казалось, съежилась.
— Да, — произнесла я, способная теперь распознать тот горячий металлический запах. — Золотом, нагретым солнцем. И медом.
Положив руки на бедра, Дженкс повернулся к Айви.
— Ты же сказала, что Дарил уехала.
Дарил? Кто такая, черт возьми, Дарил?
Выражение Айви стало обеспокоенным.
— Так и есть. Как только она найдет нужное место.
Она?
— Если это когда-нибудь еще произойдет, — воскликнул Дженкс. — Эта женщина просто секс в сандалиях!
— Гленн не выгонит ее прочь! — громко сказала Айви. — Она еще не оправилась.
— Не удивлюсь, если Гленн остается с ней всю ночь, чтобы делать грязные делишки!
— Эй! — воскликнула Айви, ее глаза потемнели. — У тебя нет доказательств! Он даже не прикасался к ней!
— Тпру, тпру, тпру, — сказала я, поглядывая на них обоих. — Кто такая Дарил?
И почему я не слышала о ней раньше?
Крылья Дженкса замерли, и мне показалось, я увидела в нем вспышку паники. А выражение лица Айви стало нейтральным. Они оба, казалось, мысленно отступили на три шага назад, и через мгновение Айви сказала:
— Просто женщина, которую мы встретили по работе, когда ты была в Безвременье. Ей нужна была некоторая помощь. Место, где остаться. Гленн предложил пожить у него, пока она не встанет на ноги.
Дженкс молчал, он смотрел на потолок машины, поэтому я в ожидании повернулась к Айви.
— Это не отличается от того, как ты передала Кери в руки Кизли, — пробормотала она. — Я не могла привести ее в церковь. Гленн просто помогает ей, вот и все.
— Держу пари, он помогает ей избавиться от одежды, — громко сказал Дженкс, бросаясь к моему плечу, когда Айви резко замахнулась пальцем в его сторону.
— Она не занималась сексом с Гленном, — продолжила она. — Я бы знала.
— Да, ты бы знала, потому что вы с ним встречаетесь, — сказал Дженкс. — Ты еще не подарила ему руководство по свиданиям?
— Дженкс! — нервно воскликнула она, и пикси опять чудом избежал ее руки.
— А что на счет поцелуев? Ты хоть целовалась с ним? — спросил он, смеясь.
Айви издала низкий звук, почти рычание, и она, казалось, растворилась в темноте автомобиля. Мое дыхание сбилось, и я включила поворотник, пытаясь попасть в полосу движения к мосту; кто-нибудь меня должен был пропустить. Да, она целовала его — и, наверное, его жизнь была на волоске. Я поджала нижнюю губу и взглянула на Дженкса. Пикси жестом попросил меня продолжить, и я сделала это.
 
— Ты кусала его? — спросила я, мне необходимо было знать. Он тоже был моим другом.
Айви ничего не ответила, и Дженкс зажужжал крыльями.
— Кусала? — подначивал он. — А он?
Она снова ничего не ответила, подтверждая, и я подумала, было ли это большой ошибкой или одной из лучших вещей, случившихся в жизни Айви. Гленн был бы ничем, если бы не твердость его характера.
— Он не захотел стать вампиром, не так ли? — спросила я, полушутя и боясь ее ответа. Я была последним человеком, кто мог бы советовать избегать дружбы с вампиром, но если вы не знаете, что делаете, или вампир окажется настоящим хищником, вы в беде.
— Нет.
Она произнесла в ответ всего одно слово, но она хотя бы разговаривала. Выражение облегчения на лице Дженкса сказало мне, что это было больше, чем она рассказала ему — и это заставило меня почувствовать себя лучше.
— Хорошо, — сказала я, аккуратно следя за движением на дороге, чтобы дать ей немного уединения. — Мне он нравится таким, какой он есть.
— Он бы понравился тебе больше как вампир. Я знаю. Я видела такое раньше, — в ее голосе звучала грусть, и я посмотрела на нее сквозь темноту автомобиля, пытаясь скрыть тревогу.
— Айви…
— Он не захотел стать вампиром, — сказала она, встретившись глазами со мной, потом отвела их. — И это одно из тех качеств, которые мне нравятся в нем.
Дженкс вздрогнул, крылья опустились за его спиной. Он знал так же, как и я, что твои желания ни черта не значат, если вампир, с которым ты был, хочет чего-то другого. Она была живой, поэтому не могла обратить его — только мертвые вампиры были способны на это — но она могла укусить его, сделать его своей тенью. Не то, чтобы она хотела этого, но иногда на пике страсти происходят случайности. Черт, я жила с ней, и это было достаточно тяжело. Добавить секс или кровь к этой смеси было бы смертельно, поэтому я, наконец, сделала наши отношения строго платоническими — но мне понадобилось почти два года сбивающих с толку эмоций и два укуса, чтобы прийти к такому заключению.
Я бросила нервный взгляд на Дженкса.
— И он не против того, что ты отправляешься куда-то на сторону за кровью? — неуверенно пробормотала я. Айви никогда не обсуждала со мной своих мужчин. Так же, как и женщин.
Уставившись в темноту за окном, Айви мягко сказала:
— А кто сказал, что я хожу?
— Ни, фэйри мне в задницу, хрена! — воскликнул Дженкс, и я взглядом приказала ему заткнуться.
Повернувшись к нам, она смущенно пожала плечами.
— Я же говорила вам, мне много не нужно. Важен процесс, а не количество. Я не хочу сделать его своей тенью. Пискари научил меня быть аккуратной, если ничего другого не остается, — она вызывающе подняла брови, румянец покрывал ее обычно бледное лицо.
— Ревнуешь? — спросила она, заметив мое встревоженное выражение лица.
О, Боже мой.
— Нет, я думаю, что это замечательно, — запинаясь, проговорила я. У Айви и меня были…сбалансированные отношения. И добавление к ним крови, не важно, насколько правильным это ощущалось, уничтожит все то, чем мы восхищались друг в друге. То, что она встречалась с Гленном, было хорошо. Я так думаю.
— Ммм, ты же не станешь говорить об этом его отцу, да? — спросила она. — Гленн сам хочет рассказать ему об этом. Он не настолько сильно сконфужен, чтобы не хотеть…
— Иметь дело с Эдденом, который скажет ему, что это не так плохо — встречаться со своими коллегами, — договорила я за нее, прежде чем она смогла даже подумать об опасности свиданий с вампиром, даже с живым.