Ключевые 7 радикалов. Человек 2.0: как понять, принять, наладить взаимодействие

ШИЗОИДНЫЙ РАДИКАЛ
 Гипертимный радикал, или Один раз живём! 
 Может, мы обидели кого-то зря?
 – Календарь закроет этот лист.
 К новым приключениям спешим, друзья!
 Эй, прибавь-ка ходу, машинист!
 Песенка из мультфильма «Шапокляк» (слова А. Тимофеевского) 
– Ты куда пропал? Посадку уже давно объявили, – Михаил Иванович кинулся навстречу своему подчинённому. Сам он терпеть не мог опаздывать, куда бы то ни было, тем более не позволял себе опозданий на самолёты или поезда. «Взрослый человек ко всему должен готовиться заранее. Любые транспортные пробки, опоздания электричек, остановки метро и т. п. вполне можно предусмотреть и выделить на них дополнительное время», – так он всегда рассуждал сам с собой, и то же самое внушал своему окружению. А тут пришлось связаться с этим Николаем – каким-то, прости Господи, безалаберным мужиком. Вечно где-то бегает, с кем-то болтает, не пойми о чём, на месте его никогда не застанешь – один пиджак висит на спинке стула: «только что был здесь, но минуту назад вышел». И вот он снова в своём репертуаре. Так можно и сорвать важную командировку. – Опаздываем, неужели не понимаешь!
– Без нас не улетят, Миша. Я сейчас с пилотами познакомился, с нашего рейса – мировые ребята! Говорят: «Если бы они (мы, то есть, пассажиры) знали, на чём полетят – сдали бы билеты!» Кстати, ничего, что я тебя Мишей называю, обстановка, вроде, неслужебная?
– Ладно уж. Как же вы могли познакомиться? Они же находятся в запретной зоне.
– Миша, ты анекдот знаешь: «Скажи пароль»?
– Что ещё за анекдот?
– Ну, скажи «пароль».
– Пошёл ты, знаешь куда…
– Скажи, Миша.
– «Пароль».
– Проходи, дорогой. Вот тебе и вся запретная зона… Ты, главное, не переживай – я буду на борту точно в назначенное время. Слушай, ты крепкие напитки употребляешь?
– Нет, – Михаил Иванович не совсем понимал, к чему клонит его коллега.
– Вот и хорошо. Я тоже крепкого не люблю. Давай возьмём в буфете бутылочку сухонького – и раздавим её на посошок! А? За отрыв от земли.
– Николай, самолёт через полчаса улетит. Ты о чём думаешь? – возмущению Михаила Ивановича не было предела. Он буквально толкал Николая, направляя его силком к зоне вылета.
– Мишка, Мишка, где твоя улыбка? – пропел Николай, нисколько не обидевшись на толчки начальника. – Что ты так переживаешь? Улетаю-то я, а не ты. Ну, шеф, давай обнимемся на дорожку, и ступай. Долгие проводы – лишние слёзы.
Николай, похохатывая, заставил очередь из улетающих посторониться и нырнул в проём металлодетектора. Михаил Иванович с облегчением вздохнул.
– Потому что нельзя! – вдруг раздался громкий, неожиданно грозный голос Николая. У Михаила Ивановича холодок пробежал между лопаток.
– Что там с ним ещё стряслось?!
– Потому что нельзя, – уже значительно мягче сказал Николай, обращаясь к девушке в униформе сотрудницы аэропорта, – быть красивой такой.
– Фантастика! – Михаил Иванович был в той степени раздражения, которая граничит с восхищением. – Почему в Зерноморск послали его? Это ведь совершенно новый, неосвоенный нами регион. «Белое пятно». Руководство рехнулось! Какие он там наладит контакты? С кем? Он же нам всю репутацию угробит. И, вообще, у него даже не было толком багажа – какой-то портфельчик. Не понимаю, хоть убей! Это всё выглядит крайне несерьёзно…
Месяц спустя, уже сопровождая генерального директора компании, Михаил Иванович прилетел в Зерноморск. Спускаясь по трапу, он увидел внизу радостно улыбающегося, приветливо машущего рукой Николая. Не дожидаясь, пока коллеги ступят на землю, Николай выхватил у них из рук сумки и торопливо понёс к припаркованному тут же, рядом, «Мерседесу» с синим «ведёрком» на крыше. Из «Мерседеса» вышел шофёр и почтительно кивнул приезжим.
 
– Прошу садиться.
– Это Костя. Познакомьтесь, – Николай уложил сумки в багажник, закрыл его и, как показалось, привычно устроился на переднем сиденье.
– Куда, Николай Петрович? – шофёр Костя завёл машину. – В гостиницу?
– Давай сразу к Валерке, что тянуть время. Он ждёт, – Николай уселся вполоборота к приехавшему начальству. – Прямо сейчас едем за город. Для вас устроен шикарный пикничок. Там и отдохнёте с дороги.
Он притворно строго взглянул на шофёра.
– А ты, Костян, если ещё раз назовёшь меня Петровичем, залезешь под бильярд и будешь оттуда десять раз петушком кричать. Понял? То-то. Гони к Валерке.
– Кто это «Валерка»? – спросил уставший от перелёта и подавленный энергичной встречей Михаил Иванович.
– Наш вице-губернатор, – Костя утопил педаль газа, и мощная машина рванулась к воротам. Стоявший неподалёку милиционер отдал ей честь.
Вот так «Николай»! Проныра и весельчак, каких поискать. Общительный, не теряющийся ни при каких обстоятельствах, легко устанавливающий новые контакты, не различая социального статуса окружающих. Как говорится, «такой гусь, что любой свинье товарищ». К тому же совершенно не тревожный и не слишком, мягко говоря, обязательный.
Подвижный, быстрый, способный бодрствовать круглые сутки. Стрессоустойчивый, неуловимый, вездесущий. Именно так сказывается на поведении индивида наличие гипертимного радикала.
Есть ли у этого радикала цель? – В точном смысле, наверное, нет. Гипертим не заглядывает в будущее, живя сегодняшним днём, текущей минутой.
Спросите его, зачем он познакомился с тем или иным человеком? – Он не ответит. Пожмёт плечами и скажет: «Просто так».
Но, поскольку в этом разделе нам надо, всё же, определить результат, на достижение которого направлен радикал, то давайте сформулируем так: цель обладателя гипертимного радикала заключается в поддержании непрерывного процесса общения всех со всеми, при его личном катализирующем влиянии.
Информация к размышлению. Гипертимия – стойкое приподнятое настроение (и по-гречески то же самое).
«Сопровождается повышенной профессиональной и личной активностью, повышенной социализацией». Так трактует этот термин Википедия. В принципе, верно. Однако, как всегда и во всём, важны смысловые нюансы.
Я бы не стал категорично заявлять о высокой «профессиональной активности» гипертимов – людей с доминирующим в характере гипертимным радикалом. Далеко не во всех профессиях гипертимность вообще уместна.
Перефразируя известную поговорку, о гипертимах сотрудники многих предприятий могли бы в сердцах сказать: «Ещё один такой коллега – и врагов не надо!» Слишком много энергии в этом радикале и слишком мало целенаправленности.
То же и с «повышенной социализацией». Да, гипертимы рано усваивают способы межличностной коммуникации и энергично их применяют, но общение при этом становится поверхностным, грубоватым. Как и, в целом, отношение к жизни. Можно ли это назвать полноценной социализацией? – Думаю, нет.
Любопытно, но психиатры сравнительно благосклонно описывают проявления и поведенческие результаты «гипертимного темперамента»: «Гипертимические натуры всегда смотрят на жизнь оптимистически, без особого труда преодолевают грусть, вообще им нетрудно живётся на свете»[69].
И там же, далее: «Однако если данный темперамент выражен слишком ярко, положительный прогноз снимается. Безоблачная весёлость, чрезмерная живость таят в себе опасность, ибо такие люди шутя проходят мимо событий, к которым следовало бы отнестись серьёзно. У них постоянно наблюдаются нарушения этических норм, поскольку они в определённые моменты как бы утрачивают и чувство долга, и способность к раскаянью».