Ключевые 7 радикалов. Человек 2.0: как понять, принять, наладить взаимодействие

Компания отказалась участвовать в эксперименте. Топ-менеджер был уволен и ушёл, обиженный и не понявший, что именно ему ставят в упрёк. Вскоре он нашел своё место в другом коллективе.
Похожая ситуация сложилась и в компании, бизнес которой заключался в автоматизации производственных процессов с использованием лицензионных базовых компьютерных программ.
С самыми благими намерениями её менеджеры, тратя немалые средства, отыскивали на рынке труда и в профильных вузах талантливых программистов. Приглашали их на работу, создавая, как им казалось, «все условия». Люди шли, приступали к реализации проектов и… сплошь и рядом нарушали исполнительскую дисциплину.
Стало проблемой довести проект до результата, устраивающего заказчика, соответствующего критериям качества. «Гении» отлынивали, занимались другими заказами – кто за деньги, а кто и просто так.
В чем причина? – В том, разумеется, что этим действительно талантливым, креативным людям было неинтересно адаптировать шаблонные базовые программы к конкретному производству. Они не могли себя в этом реализовать. Поэтому профессиональная организация – компания – не стала для них референтной группой.
Как следствие, они приноровились вкладывать в неё всё меньше и меньше (работать спустя рукава), а получать от неё больше. Так поведёт себя любой, даже самый высоконравственный и изначально лояльно настроенный человек в нереферентной для него группе. Так проявляет себя наше природное стремление сделать своё поведение наиболее эффективным.
Топ-менеджмент не понимал этого и принимал лишь меры дисциплинарного характера. Ставил надсмотрщиков. А потом – надсмотрщиков за надсмотрщиками…
Взрослый человек обладает сложившимся характером – собственным стилем поведения в обществе. Характер формируется с детства, под влиянием воспитания, но, главным образом, зависит от врожденных качеств индивида. Прежде всего, от темперамента (силы и быстроты психических процессов) и некоторых особенностей.
Вот почему разные люди неодинаково реагируют на одни и те же воспитательные воздействия. Что-то принимается их внутренними условиями, подходит к ним, как ключ к замку, а что-то – категорически отвергается.
Все, кто, так или иначе, пытаются оказать влияние на формирование характера, по сути, предоставляют индивиду что-то из существующих, закреплённых в поведенческой культуре социума способов адаптации, так сказать, на выбор. А он вбирает в себя, усваивает лишь те способы, которые может затем реализовать. Образно говоря, воспитание накатывает на человека, как волна на морской берег, и убегает прочь, оставляя после себя лишь то, что смогло задержаться на песке и камнях.
Так, посредством избирательного усвоения различных способов поведения (бытовых, профессиональных, коммуникативных) в течение жизни формируется характер. При этом внутренние условия его формирования (качества психики, обеспечивающие эту самую избирательность) являются врождёнными и практически неизменными, а усваиваемые способы, разумеется, накапливаются, совершенствуются с течением времени, в чём-то трансформируются, постепенно складываясь в более или менее систематизированный поведенческий арсенал.
Характер – мощная сила. Он обеспечивает своему обладателю наиболее эффективное приспособление к жизни. Поэтому чего бы ни хотели от человека окружающие, какие бы задачи ни ставили перед ним, он всегда будет подчиняться, прежде всего, своему характеру.
Например, для одного важно, чтобы среда его обитания (буквально всё, что его окружает – люди, предметы) была упорядочена. Что, мама с папой его так приучили? – Не обязательно. Родители передали ему по наследству специфический темперамент: «вязкую» нервную систему, которая не справляется с динамичными, плохо организованными информационными потоками. Поэтому если он не сумеет обуздать людей, живущих рядом с ним, не заставит их жить по понятным строгим правилам, не систематизирует предметный мир вокруг себя – его голова «лопнет» от информационных перегрузок.
 
Он просто вынужден заниматься организацией, планированием, контролем поведения окружающих, превращением всего, с чем соприкасается, в профессиональные технологии.
Всё, чем обладает такой человек, становится инструментом достижения этой – самой главной – его цели. Он, словно из воздуха, выхватывает из социальной среды и, как губка, впитывает в себя адекватные этой цели способы поведения, всю жизнь совершенствуя свой характер в этом направлении.
Другой зависим от общественного мнения. И снова не потому, что его так воспитали. Он наделен нервной системой, которая не может обеспечить стабильную работоспособность, реальную результативность (в том числе – в труде). Сил хватает лишь на создание более или менее впечатляющей иллюзии, имитации результата.
Вот откуда такая – пропитавшая всё его существо – зависимость от мнения окружающих. Ведь ему важно понимать: поверили они в иллюзию, оценили его талант имитатора или нет? От этого зависит включённость человека в общественные отношения, его благосостояние. И именно этот вектор становится определяющим при усвоении им способов социального поведения (или отказе от усвоения того, что не актуально).
Третий, напротив, не нуждается ни в чьём одобрении. Он, словно танк, идет вперёд, направляясь к заветной цели, в которую безгранично верит. В основе подобного поведения – сильная психическая организация, хорошая энергетика и… замедленное переключение интеллекта с одной задачи на другую.
Да, именно эта медленная переключаемость фиксирует мозг на одной цели. Не будь её – не было бы целеустремлённости.
Для такого человека не просто интересны, любопытны, а жизненно необходимы технологии поведения, обеспечивающие внедрение его замысла (в котором воплощено всё его существо) в жизнь, в практику. И он, конечно же, осознанно или на интуитивном уровне понимания, отдаёт предпочтение именно им, а прочие (например, связанные с эффектной самопрезентацией или упорядочиванием среды обитания) – досадливо игнорирует.
Четвёртый обладает одновременно и энергичной, и высокоподвижной нервной системой. Он легко оперирует разноплановой информацией, быстро включается в любой процесс и тут же отстраивается от него.
Это, в частности, делает его превосходным коммуникатором, не знающим границ и препятствий для установления новых отношений. Но эта же его особенность разрушительна для деловой атмосферы. Этот «живчик», «массовик-затейник» словно спрашивает окружающих: «Вы ещё не устали от дел? Не пора ли развлечься?» И многие отступают перед «разлагающим» влиянием жизнерадостного оптимиста… Эта манера поведения требует, совершенно очевидно, особых – своих – способов адаптации, к которым индивид с подобным характером становится наиболее восприимчивым.
Пятый наделён мышлением, не способным отличить главные, первостепенно значимые признаки предметов, от второстепенных, необязательных.
На вопрос: «Что более всего существенно для кофейной чашки: её белый цвет, фаянс, из которого она сделана, её вес или её форма, делающая чашку ёмкостью для жидкости?» такой человек ответит: «Как это можно определить однозначно? Смотря для чего использовать!»
Ему и в голову не приходит, что кофейная чашка производится в первую очередь как ёмкость для жидкости. Он готов экспериментировать с этим предметом, используя его в самых небанальных ситуациях. Такое свойство мышления лежит в основе творчества.
Жаль только, что творческое мышление проявляет себя и в сфере, для которой оно строго противопоказано – в шаблонной, регламентированной деятельности. Там обладатель творческого потенциала – бракодел…
И вновь мы сталкиваемся с предопределённостью формирования характера на этой, в данном случае – интеллектуальной, основе. Приходится обладателю нестандартного ума брать курс на творческую самореализацию и дистанцироваться от шаблонов, что он с удовольствием и делает.