Гранатовые поля (ЛП)

Моя неуверенность в себе всегда вспыхивала после конфронтаций с Рэйчел.
Я ущипнула себя за переносицу и молча посчитала. Один. Два. Три. Четыре. Пять. Минутка жалости к себе окончена. Накинув черное пальто поверх небесно-голубой медицинской формы, я перекинула сумочку через плечо и направилась к двери.
Мне нужен был хороший семейный ужин. Нокс и Мемфис ждали меня в холле, и теплая еда у них дома плюс час качественного общения с моим племянником Дрейком, несомненно, поднимут мне настроение.
Вместо того чтобы пойти по коридору, который вел к выходу для сотрудников, я толкнула дверь в вестибюль. Стойка администратора была пуста. Дженни, медсестра, работавшая по будням, вероятно, ушла в пять часов. Этот вход был предназначен для плановых приемов и случайных посетителей. Двери здесь скоро закроют, и если пациент придет в нерабочее время, ему придется обращаться за помощью в отделение неотложной помощи.
Нокс и Мемфис стояли вместе в центре холла и разговаривали с мужчиной, который был повёрнут ко мне спиной.
Этот молодой человек был одного роста с Ноксом. У него были широкие плечи и узкая талия. Даже толстовка не могла скрыть его мускулистую фигуру. И, черт возьми, его задница стоила того, чтобы оценить её дважды. В Куинси было не так много парней с таким телосложением, по крайней мере, тех, кто не являлся бы моим родственником. Кто этот парень?
— Я ищу врача, который здесь работает, — сказал мужчина. — Талия Иден.
Я замерла. Нет. Нет, этого не может быть. Это не мог быть он. Вот только я бы узнала этот голос где угодно. Даже если бы я не слышала его семь лет.
Паника пронеслась по моему телу, и я бросилась к стойке регистрации, практически запрыгнув за неё. Мои колени ударились о твердый глянцевый пол, и я вздрогнула, стиснув зубы, чтобы не издать ни звука.
Проклятье. Что он здесь делал? Почему он искал меня?
— Вы можете попробовать обратиться в скорую помощь, — сказала Мемфис. Я бы обняла её за это позже, потому что была уверена, что она видела меня с периферии, когда я вошла в холл. — Может быть, они смогут разыскать её для Вас. Просто выйдите из дверей и идите по тротуару на другую сторону здания. Вы не промахнетесь.
Я придвинулась ближе к стойке, стараясь не задеть стул и не наделать шума.
— Спасибо Вам.
Шаги, затем звук открывающихся и закрывающихся двойных дверей.
Фух. Я выдохнула, затаив дыхание, но сердце застряло в горле.
— Берег чист, — позвал Нокс.
Я приподнялась, мои глаза едва доставали до выступа стойки.
— Он ушел?
— Да, — Нокс кивнул. — Не хочешь рассказать нам, почему ты прячешься от Фостера Мэддена?
— Нет. Определенно нет.
Я не говорила о Фостере Мэддене не просто так.
Я встала и на цыпочках обошла стойку, приклеив глаза к окнам на случай, если Фостер снова появится. Но единственное, что я увидела на тротуарах, был снег.
— Мне пора.
— А ужин? — спросил Мемфис.
— В другой раз.
Прежде чем они успели остановить меня, я бросилась бежать. Спринт никогда не был моей сильной стороной, медленные и уверенные забеги на дистанции были мне больше по душе, но я никак не могла рисковать столкновением с Фостером. Поэтому я выскочила из холла на улицу и, быстро осмотрев тротуар, чтобы убедиться, что он ушел, понеслась к своей машине.
Мои руки вцепились в руль с такой силой, что костяшки пальцев побелели ещё до того, как я выехала с затемненной парковки. Я проверила зеркало заднего вида не менее двухсот раз, пока ехала по городу, ища фары, которые могли бы преследовать меня до дома. Только когда я оказалась в доме, облокотившись на кухонную стойку с бокалом вина, я позволила себе вздохнуть.
Что он здесь делал? Его жизнь была в Лас-Вегасе, именно там, где я его оставила. Именно там, где он остался после того, как разбил моё сердце. Почему он искал меня сейчас? Почему после всего этого он приехал в Монтану?
У меня свело живот. Я не хотела его видеть. Я не хотела слышать этот голос или смотреть в его синие глаза. Семь лет прошло, а я всё ещё не была готова снова встретиться с ним лицом к лицу. Если мне удастся избегать его достаточно долго, уедет ли он?
 
— Нет, — пробормотала я.
Если только у Фостера не произошла полная смена личности, он, в конце концов, выследит меня. Не зря его прозвали Железным Кулаком. Он был упорным и настойчивым. Непоколебимым.
Но, по крайней мере, сегодня мне удалось его избежать. Он не смог застать меня врасплох. Я глотнула из бокала вина, затем отнесла его наверх в спальню, где разделась до трусов и приняла душ, чтобы смыть с себя следы прошедшего дня.
Мои темные волосы были мокрыми и скручены в пучок, когда я вернулась на кухню. Я открыла холодильник и достала упаковку яиц, моя форма была сменена на леггинсы и старую толстовку Вашингтонского университета. Это конечно была не еда Нокса Идена, но на сегодня омлета должно было хватить. Если бы я пошла на ужин, Мемфис и Нокс засыпали бы меня вопросами.
Вопросами, на которые я не была готова отвечать.
Отец знал о Фостере, но только потому, что был там во время ликвидации последствий. Он прилетел в Лас-Вегас, чтобы помочь мне переехать, и видел меня в самом тяжелом состоянии. Мама знала, потому что у отца не было от нее секретов, но в тот единственный раз, когда она упомянула его имя, я умоляла её никогда больше не говорить об этом.
Это были мои сложные дни. Мои раны, в основном, зажили, но это не означало, что я была готова вновь пережить боль. Это было слишком тяжело. Слишком унизительно.
Почему он был здесь? Неужели за столько времени он не забыл обо мне?
Яичница плохо лежала в моем желудке, но я заставила себя поесть. Это будет та же еда, что и на завтрак, только без вина. Я как раз ополаскивала тарелку, когда раздался звонок в дверь.
Щетка для мытья посуды выскользнула у меня из рук и с грохотом упала в раковину.
Это был он. Я не видела двери, но каким-то образом знала, что это Фостер. В дверь снова позвонили, затем постучали.
Почему я не высушила волосы? Почему я не оделась во что-нибудь другое? Медицинская форма была бы лучше, чем предстать перед ним с не накрашенным лицом и босыми ногами. На коленях этих леггинсов была дырка, а эта кофта могла бы быть впору моим братьям.
Если я не открою дверь, он уйдет? Или он останется здесь на всю ночь, зная, что я прячусь внутри? Если я проигнорирую его сегодня, придет ли он в больницу снова? Меньше всего мне хотелось разговаривать с Фостером на работе.
Поэтому я подняла свой бокал, осушив остатки вина для храбрости. Как только я проглотила последнюю каплю, я расправила плечи и пошла через дом.
Чем быстрее я с этим разберусь, тем лучше. Я выясню, почему он здесь, а затем отправлю его куда подальше. Если повезет, Фостер уедет из Куинси к утру.
Моё сердце билось так сильно, что было больно. Каждый удар пульса отдавался в моих конечностях. Я втянула воздух и задержала его, пока шла по коридору, мои шаги были бесшумными. Подойдя к двери, я встала на носочки и прильнула к глазку.
Фостер стоял в профиль, его взгляд был устремлен на крытое крыльцо. Он отрастил бороду. Это была хорошая борода. Коротко подстриженная, так что все ещё можно было различить острые углы его челюсти. Но у моего Фостера не было бороды, только щетина в те дни, когда он не брился.
Боль пронзила моё сердце. Не было больше моего Фостера. Не было такой версии Фостера, которая принадлежала бы мне. Больше нет.
Он поднял палец и снова нажал на дверной звонок. Затем он провел рукой по своим шоколадно-коричневым волосам, что он явно часто делал сегодня вечером, потому что концы волос торчали вверх под странным углом.
Я опустилась на пятки и выждала ещё три мучительных удара сердца, затем щелкнула засовом и открыла дверь Фостеру Мэддену.
Мужчине, с которым я встречалась один год, два месяца и одиннадцать дней.
Мужчине, которого я любила всем сердцем.
Человеку, которого я поклялась забыть.