(Не)любимый хирург (СИ)

На следующий день появляюсь в больнице на час раньше своих однокурсников. Нет, не потому, что хочу доказать Вальдесу, что могу быть ответственной. Просто моя мама всегда едет на работу очень рано, а так как моя машина в ремонте пришлось подстраиваться. Она, кстати говоря, работает в этой же больнице. Моя мама одна из лучших нейрохирургов города. Я могу только мечтать когда-нибудь добиться таких высот. Доктор Вальдес был весьма удивлён, когда пришёл на рабочее место и застал меня, полностью готовой к работе. Я даже удостоилась небольшой улыбки, что подарила мне хорошее настроение на весь день. Этот мужчина должен улыбаться как можно чаще. Сегодня я снова была его тенью. И мне это даже нравилось. Если не брать во внимание мои разбушевавшиеся гормоны, я понимала, что проходить практику в компании такого профессионала, настоящее везение. И, возможно, он не такой злой и ужасный, каким хочет казаться. Хотя об этой мысли я пожалела уже к концу дня.
Когда второй день практики подошёл к концу, доктор Вальдес собрал всю нашу группу в ординаторской, чтобы провести разбор полётов. Он буквально разносил в пух и прах каждого интерна, указывая на самые нелепые ошибки, которые они допустили. Мой однокурсник Мик не выдержал первым.
— Это вообще не справедливо, док.
— Что, прости? — Доминик, кажется, не верит, что у кого-то хватило наглости говорить с ним в таком тоне.
— Мы должны быть в операционной и учиться делу, а не следить за больными и выносить за ними утки.
— Вот какого ты мнения о себе, Лоусон? — смеётся мужчина. — Думаешь, ты такой умный и готов с ходу делать людям операции? Никто из вас, слышите, — обводит всех рукой. — Никто не получит от меня разрешение на допуск в операционную, — он практически орёт, что становится жутко. По телу проходит озноб, и я испускаю нервный смешок.
— Я сказал что-то смешное, мисс Сойер? — впивается в меня пристальным взглядом. — Что вас так позабавило?
— Рано или поздно вам придётся дать нам допуск в операционную, — набравшись смелости, отвечаю ему. Не хочу упасть в грязь лицом перед своими однокурсниками. — Это одна из важнейших частей практики.
— А вот ещё одна зазнайка, считающая себя лучше всех, — его слова обрушиваются на меня, будто ведро с помоями.
— Так и есть. Я лучшая среди студентов.
Его смех разносится по небольшому помещению. Мужчина начинает что-то искать на письменном столе. Спустя минуту протягивает мне папку.
— Давай, Айрис, удиви меня.
Смотрю на коричневую папку в руках. Это история болезни. Открываю и начинаю изучать данные. ЭКГ, рентгенографию грудной полости, МРТ, эхокардиографию, просматриваю все анализы. Понимаю, что Вальдес выбрал историю болезни не из лёгких. Но для меня диагноз этого больного виден как на ладони. Закрываю папку и перевожу взгляд на ожидающего доктора.
— У мужчины острая недостаточность митрального клапана, — гордо произношу я, а затем начинаю детально расписывать весь ход операции и последующего лечения. Когда заканчиваю, Доминик меняется в лице. Кажется, мне удалось его удивить. Этот факт неимоверно радует.
  
ГЛАВА 2
 
Доминик
Прошлая ночь была слишком тяжёлой. Каждая клетка моего тела кричала об усталости и желании упасть куда-то и просто уснуть. Но я понимал, что не могу себе этого позволить со своей работой. Не получается. Кто-то в этот момент будет нуждаться в моей помощи. Вчерашняя ночь доказательство всему этому. Девятичасовая операция, после которой я мог выйти из операционной либо проигравшим, либо победителем. Люди свято верят в то, что медики — это боги. И если ты не смог вытащить человека с того света, значит, ты никчёмный хирург. Ведь ты был их надеждой. В твоих руках есть некая «Божественная сила». Но они забывают, что любой врач смертное существо, которое не всегда может сотворить чудо. Мы не боги, мы такие же люди как все.
После каждой проведённой операции я вижу в глазах людей восхищение и благодарность. Самое ценное в моей профессии — спасённая жизнь ещё одного человека. Это настоящая удача дать возможность человеку прожить жизнь заново так, как он заслуживает. Есть и обратная сторона. Порой приходится становиться ангелом смерти. В этот момент ты понимаешь, что ничего не сможет заглушить боль человека, который потерял близкого. Ему плевать твоя это вина или нет. Первым и главным виновником будет именно хирург. Он не смог. Значит, он хреновый профессионал.
 
Встаю с дивана, и направляюсь к кофемашине. Немного кофеина и мой организм будет чувствовать себя чуточку лучше. Тем временем смотрю на часы и понимаю, что сейчас, чёрт побери, пять утра. Не знаю, когда я в последний раз просыпался у себя дома и в своей кровати. Больница стала моим домом и семьёй. Хотя ещё недавно у меня была настоящая семья. Когда приходится разрываться между семьёй и работой впоследствии перед тобой встаёт выбор. В моём случае решение было предельно простым. Развод с Эшли это самое лучшее, что случилось за последние годы. Я никогда не любил эту женщину, хотя мы умели хорошо создавать видимость счастливой семьи. Нам все завидовали, а зря. Спустя столько лет Эшли всё же решилась на развод. Я её не виню. Именно я был тем, кто всегда тащил нас на дно. Мы никогда не были счастливы. Наши отношения были построены на ошибке, которую я совершил в прошлом. Я благодарен этой женщине за сына, но в данный момент наши пути разошлись.
Звук кофемашины вырывает меня из моих запутанных мыслей. Беру в руки чашку с горячим ароматным кофе и делаю пару глотков. А затем сажусь за свой стол и начинаю заново изучать историю болезни одного молодого парня, которого должен прооперировать через несколько недель. Это будет сложная операция, но риск был и всегда будет. Погрузившись в работу, не замечаю, как пролетает время, и уже пора встречать группу неотёсанных и до предела невыносимых интернов. Одним своим видом они выводят меня из равновесия. Каждый хочет стать врачом, но никто из них не пытается увидеть себя со стороны. Они совершают необдуманные ошибки и не замечают этого. Делаю очередной глоток кофе и понимаю, что он уже давно остыл.
— Твою же мать, — произношу себе под нос.
Начало нового дня не обещало ничего хорошего. Первую неделю я не мог поверить, что за мной будет ходить целая группа студентов, которые сами не знают, чего хотят в жизни. Уверен, многие из них пошли в медицинский не по своей воле. Терять время на них не было желания и сил. Я мог бы это время потратить с большей пользой. Изучая новые медицинские статьи или просматривая истории болезней. Совсем не вовремя мои мысли переключаются на мисс Сойер. Слишком самоуверенная и дерзкая. Она умнее всех своих сверстников и станет отличным хирургом. Гонору только поубавить. Но не по этому я думаю о ней. Она пробудила во мне какие-то первобытные инстинкты. Рыжеволосая бестия, образ которой так и кричит о том, чтоб её оттрахали. Плохо, Дом, лучше думай о чём-то другом. Нужно думать о её профессиональных качествах. Ведь главное не только быть умнее всех, но также правильно использовать эти знания. Порой жизнь умеет бить и очень жёстко. Если она этого не поймёт, конец может стать слишком печален для всех.
* * *
— Диагноз поставлен неверно, — перехожу на крик и бросаю папку на стол. Каждый студент в кабинете смотрит на меня. У некоторых от страха даже руки начинают дрожать, а кто-то просто старается не привлекать моё внимание.
— Ошибок не может быть. Я всё рассчитал, — парень, наконец-то, осмеливается дать мне отпор. Но, смотря на него, я понимаю, ему не быть врачом. Диагнозы, поставленные, им будут ошибочные.
— Спенсер, по-вашему, какой диагноз у нашего пациента? — приподнимаю свою бровь и внимательно смотрю на парня, который буквально пару минут назад сделал самую ужасную ошибку.
— По результатам у данного пациента сердечная недостаточность. А также я могу сказать, что была проведена обычная рядовая операция.
Я не перестаю смотреть на него и удивляться тупости студента. Здесь нужно быть уверенным в себе и своих знаниях. В своих силах, чтобы в дальнейшем не предстать перед своей совестью и ненавистью людей, что будут готовы тебя растерзать. Перевожу свой взгляд на остальных студентов, что сидят и внимательно слушают своего «коллегу». Внимание привлекает выражение лица рыжей бестии. Как всегда, она выглядит мило и дико сексуально. Знаю, эти два понятия противоречат друг другу, но по-другому образ юной докторши не описать. Опять в голове проносятся развратные картинки того, что я бы хотел с ней сделать.