Мой любимый охотник (СИ)

— Почему я узнаю от Бурого, что ты берешь еë на охоту? — прорычал Бес, наступая на друга.
— Не думал, что для тебя это важно, — Док не думал отступать, выкатив грудь колесом вперёд.
— Мне всё важно, что происходит в моём клане! —желваки заиграли на его лице и всë стало принимать опасный оборот.
— Хорошо, — выдохнул Док. — Бес, ставлю тебя в известность, что беру еë на охоту.
— Нет, она никуда не идет! — рявкнул Бес. — Уже забыл, чем закончилась еë последняя вылазка?
— Не забыл. Она принесла собственнолично отрубленную голову оборотня. По-моему, хороший результат после первой охоты.
— Еë чуть не убили, — послышался рык.
— Я буду рядом.
— Гвоздь также говорил, — кулак Беса полетел в стену, кроша кирпичи в пыль рядом с головой Дока, но тот даже не дёрнулся.
Ещё чуть-чуть и эти двое набросятся друг на друга, словно бродячие собаки, дерущихся не на жизнь, а на смерть, прокусывая друг другу глотки.
— Эй, эй, ребята, брэйк, — я встала между ними двумя, лицом к Бесу, в надежде избежать кровопролития. — Я сама попросила меня взять с собой и могу за себя постоять.
— Ты...
Я подняла указательный палец вверх, жестом перебивая Беса.
— Если ты считаешь, что мне нужна дополнительная защита, то можешь пойти с нами. С тобой или без тебя, но я все равно уйду.
Бес сощурил взгляд, и грацией кошки приблизился ко мне почти в плотную. Я чувствовала жар его тела. В горле пересохло, а мои глаза были прикованы только к его губам. Я – ведьма, нахожусь в твёрдом уме и светлой памяти, только всё это не работало, стоило этому охотнику приблизиться ко мне.
— Ты просто мой персональный ад, — прошептал он хриплым голосом.
От этой хрипотцы по моему телу разошелся табун мурашек. Притяжение, которое я испытывала к Бесу, было сильным с первого дня, как только я открыла глаза в незнакомом месте и увидела его. Но неужели эта тяга работала только в одну сторону? Я сделала маленький шаг вперед, становясь еще ближе, желая почувствовать хоть на крошечное мгновение, каково это - сгорать в его пламени.
— Если я - твой ад, то ты - дьявол, правящий в нём, - сказала я так же тихо, смотря ему смело в глаза. Смело. Дерзко. Под стать ему.
Бес последний раз стрельнул в меня взглядом, и потом посмотрел на Дока.
— Ждите на улице, — он развернулся и быстро зашагал обратно по коридору.
— Это было... — недоуменно начал Док, подбирая слова. — Горячо?
— Ох, молчи. — Ударив шутливо охотника в плечо, я направилась на свежий воздух.
***
Мы бродили по ночному кладбищу, пока я не остановилась около одной могильной плиты: металлическая оградка покрылась ржавчиной, на самой могиле было много сухих веток, принесенные ветром и небольшой букетик давно засохших цветов. Я стояла в одиночестве, полностью поглощённая в свои мысли, пока Бес не вернулся за мной.
— Ты еë знала? Эту женщину. — Он подошел не спеша, всматриваясь в фотографию на надгробье.
— Нет. Просто задумалась. — Я обняла себя руками. Ночной ветер, гуляющий по кладбищу, был особенно холодный и жуткий, пробирающий до костей.
— О чем?
— О том, что родители наверняка нам с сестрой тоже установят могильные плиты с нашими фотографиями. Это грустно. У них сейчас явно истерика, а я даже не могу сказать им, что жива, — я быстро смахнула покатившуюся по щеке одинокую слезу. — Я их так люблю, когда представляю, как плачет моя мама, на душе просто волки воют.
— Думаю, ты можешь дать о себе знать своей семье.
Я изумленно посмотрела на Беса. Разве новая жизнь не предполагает разрыв всех связей? В том числе и родственных. Все сверхъестественные существа стареют медленнее людей, и рано или поздно могут начаться вопросы с их стороны, на которые ты не сможешь дать внятный ответ.
— У Бурого из родственников была только бабушка. Он понимал, что она просто не вынесет его смерти и поэтому почти каждый день после своего обращения навещал еë, а ночью исполнял свой долг охотника. Так продолжалось четыре года, пока она не умерла естественной смертью, — Бес встал прямо передо мной и вытер большим пальцем дорожку от слезы. — Мы придумаем тебе легенду для родителей почему ты пропала. Будешь с ними видеться, но редко. Все же это лучше, чем ничего.
 
Я стояла в немом шоке и пыталась поверить своим ушам. Да, будет сложно явиться к ним на порог после длительного исчезновения, еще сложнее рассказать о смерти Лиззи, не вдаваясь в детали и почти невозможно – покинуть их вновь. Но об этом я подумаю потом.
— Спасибо...
Мы стояли молча и смотрели друг на друга. Этот охотник никогда не перестанет меня удивлять. То он холодный как лёд, то жаркий как пламя, и я уже не знаю, как себя вести рядом с ним, но всегда, всегда готова купаться в его синих озерах, которые сейчас пожирают меня взглядом.
— Алиша, — Бес сделал шаг вперед, потянулся рукой и его пальцы еле коснулись моих, лаская еле ощутимо. Но этого хватило, чтобы моё сердце ожило и забилось для него быстрее. — Пока мы одни, я бы хотел с тобой поговорить. Я не могу тебе всего рассказать, но я не спроста просил держаться от меня подальше, — его бархатный голос звучал так сладко в моей голове и словно канатом притягивал к себе. Я и не заметила, как сама почти прижалась к нему. Мне пришлось откинуть голову назад, чтобы смотреть ему в лицо.
Еще с утра этот охотник, казалось, уничтожил последнюю крупицу надежды, что я ему не безразлична, крича и испепеляя взглядом. А его поступки говорили об обратном. Словно сама его дьявольская сущность тянулась ко мне, пыталась обрести что-то светлое, прекрасное. Но все попытки перерубались на корню, оставляя после себя ощутимый запах презрения. И всё повторяется по кругу. Снова и снова. Но я больше не могу так. Устала.
— Но ты сам себе противоречишь. На перемены в твоем поведении у меня скоро начнется аллергия.
Бес склонил голову, наши лбы соприкоснулись, а пальцы переплелись. Такое невинное прикосновение, сейчас казалось чем-то очень интимным. Так ощущался покой и умиротворение. Он закрыл глаза, его грудь тяжело вздымалась, словно он пробежал марафон.
— Так будет лучше... Для нас… Для тебя… — Каждое произнесенное им слово было пропитано болью, и я не понимала почему.
— Бес, откройся мне.
Мне было плевать, что мы на кладбище и вокруг нас множество могил. Сейчас существовали только я, Бес и ночь, которая скрывала нас от посторонних глаз. Я закрыла глаза от близости наших лиц. Пульс участился, кровь быстро заиграла по венам. Я чувствовала его дыхание на своём лице и его пальцы, сильнее сжимающие мои. Он боялся. Боялся потерять меня сейчас и этот миг.
— Пожалуйста... — молила я.
Бес рядом, сейчас только это имело значение. Он так близко, так сладко. Казалось, что даже воздух вокруг пропитался запахом сладкой ваты. Я облизала пересохшие губы. Время замерло вокруг, всё исчезло. Были только мы. Мы – это звучало так правильно. И я словно была на своём месте и могу вдохнуть спокойно, почувствовать себя в безопасности, раствориться в нём полностью, вдыхая его терпкий запах с нотками горечи.
Наверное, это и чувствуют истинные пары. Я могла себе позволить почти расслабиться. А почти, потому что всё равно во мне сидела мысль, страх, что Бес сейчас меня оттолкнёт – резко и неожиданно. И будет опять больно, от того, что снова поддалась на его уловку.
Только его губы приближались ближе. Он чуть разомкнул их и провёл по моим, дразня, обжигая своим горячим и частым дыханием. Свободной рукой Бес обхватил мой подбородок, нежно поглаживая пальцами щеки. Я боялась пошевелиться, поддаться вперёд. Только не спугнуть, только не спугнуть. Не спугнуть мягкость губ, что почти прижались к моим и я могла попробовать их на вкус и …
Мой слух уловил грозный звериный рык, и я вздрогнула от страха.
— Черт, в той стороне Док.
Секунда, чтобы прийти в себя, и мы побежали на звук откуда раздавался рёв. Я стараюсь не отставать, но Бес все же был быстрее, сворачивая между могильных плит, в сторону небольшой ветхой церквушки. Скулеж вперемешку с рычанием был слышен уже рядом. Свернув за угол церкви, Бес резко остановился, и я врезалась в его спину, выглядывая из-за его плеча.