Сотвори для меня зло (СИ)

— Тихо… тихо… тихо… — Вику поймали чужие руки в кожаных перчатках. — Идём, у меня в машине есть вода.
Позади послышались громкие шаги и девушка обернулась. Сквозь мутную поволоку, увидела Артема.
— Уберите там! — мужчина отдал приказ охраннику, ища глазами девчонку.
— Увидите меня отсюда! — Вика шепнула Павлу пересохшими губами и крепче схватилась за его предплечье. Сейчас ей было сложно. Нужно было побыть одной.
***
Вика продолжала сканировать полупустым взглядом свой стакан с чёрным, как смоль кофе. Всё ещё была не в состоянии прийти в себя и осознать, что... всё закончилось?
Так просто? Так быстро? Столько времени и вот так: в одночасье всё изменилось?
— Ты как? — Артём сел напротив и схватил с тарелки мягкую венскую вафлю. С аппетитом надкусывая, смотрел на то, как Вика тонкими пальчиками оглаживает край картонного стаканчика.
— Не пойму если честно. — Мотнула головой, выдыхая, — точнее, с трудом понимаю. Всё слишком. Даже для меня.
— Что именно?
Казалось, что ничего не произошло. Просто вечер, просто кофе, просто вафли. Просто разговор за чашечкой горячего. Будто не он час назад касался спускового крючка, будто не он выпачкал свои руки в крови. Будто никто никогда и не слышал выстрела, который в небо поднял стаю птиц. Это... ужасало.
— Что связывало вас двоих? — наконец, взгляд девушки, приобрёл смысл. Глаза сузились, и Вика едва заметно перегнулась через стол, чтобы быть ближе к Беркуту.
— Что конкретно ты хочешь услышать, Вика? — Артём машинально провел своим языком по губам. Ему сейчас хотелось не вспоминать прошлое, а утонуть в настоящем. А именно: в ней. В строптивой девице, что день и ночь сидит в его голове.
— Всё, — коротко и яснее ясного. Артём бы рассмеялся, если бы силы оставались.
— Это было так давно, детка, — откинулся на спинку кожаного дивана и раскинул руки в стороны. Говорить об этом не хотелось совсем.
— У меня ведь теперь полно времени.
Упрямая ослица...
— И я обязательно расскажу тебе, хорошо? Просто, давай не сегодня?
— Но ведь я вообще о тебе ничего не знаю! Ты же молчишь, как партизан! Ничего о себе не рассказываешь! Хотя обо мне разнюхал всё что можно и нельзя! Ты знаешь всё по меня и мою семью! Я же не знаю ровным счётом ничего!
— Ты хочешь послушать про мою семью? Там ничего рассказать.
Артём вздохнул, понимая, что увиливать от разговора смыла уже нет. Она не слезет с него.
— Я жду. — Поджала упрямый подбородок и фыркнула. Ведьма. Нужно будет наказать её. Как только они доедут до дома.
Кстати, о доме.
Беркут оказался прав. Сестра чихать хотела на Вику. Её здесь не было. Впрочем, он на другое и не рассчитывал. Чего не скажешь о Вике. Она надеялась и верила до последнего. Но... увы.
— Я единственный ребёнок в семье, — тихо произнёс мужчина и провёл ладонью по столешнице, словно на ней помятая скатерть, мельком взглянул на девушку и тут же увёл взгляд, устремляя тот в окно, — моя мать умерла, когда мне было два от лимфогранулематоза. Отец не выдержал и забухал. Сильно забухал, — забрал у Вики стакан с кофе и сделал из него глоток. Остыл... — его лишили родительских прав, а меня забрал дед. Мужик он был суровый и строгий. Но на ноги меня поставил...
 
Последним предложение Беркут словно подвёл черту и закрыл эту тему раз и навсегда. Резким движением встал из-за стола и протянул Виктории руку.
— Куда? — растерянно моргнула, всё ещё переваривая ту информацию, которую он ей предоставил. Он как она. Он потерял родителей, когда был ещё совсем ребёнком. И даже раньше.
— Я хочу домой. Поехали, — качнул головой, указывая на выход из дорожной забегаловки, — я хочу выспаться. Потому что завтра утром ко мне приедет следователь. И к тебе тоже. Так что...
Глава 34 
Это было по-настоящему летнее солнце. Вика скинула с ног босоножки и ступила босыми стопами в нежную сочную зелень. Трава приятно щекотнула щиколотки и мягко обвила маленькие пальчики.
Девушка закрыла глаза и, сделав глубокий вздох, зашагала по двору. Открыла глаза, когда в ладонь ей уткнулся влажный собачий нос. А вслед за касанием послышалось фырканье.
— Бакс! — засмеялась Вика и остановилась, чтобы погладить чёрную массивную морду, требующую внимания и элементарной ласки, — ты снова в моём сопровождении? Мой верный стражник?
Пёс поднялся на задние лапы, оказываясь с Викой почти на одном уровне. Да уж, размеры у него поистине гигантские. Беркут кормит собаку так, словно тот не псина, а лев!
И... даже удивительно, но Бакс и Виктория действительно сделали это: они подружились. Спелись. И хоть Вика знала, что в этом большая заслуга Артёма, она всё равно была благодарна этому зверюге за то, что в его чёрном сердце нашлось местечко и для неё. И, кажется, Бакс был даже рад подобному стечению обстоятельств.
— Знаешь, дорогой? — девушка громко засмеялась и потеряв равновесие, свалилась с ног. Пёс тут же забрался к ней на грудь, прижимая к тёплой траве и облизывая девичье лицо, — ты гораздо симпатичнее тех головорезов, которые расхаживали здесь раньше! А вот с тобой — прогресс на лицо! С тобой проще найти общий язык!
Было бы здорово, если бы он её понимал. Вика очень на это надеялась. Пока Артём пропадал на рабочем месте, Бакс был единственной её компанией. И, ей хотелось бы верить, что всё, что она произносит, собака принимает и понимает.
— Я смотрю, у вас тут идиллия! — знакомый и безумно приятный голос ударил в затылок, и девушка перекатилась на живот, сталкивая с себя своего шерстяной приятеля.
— Мы не даём друг другу скучать! — залилась смехом, когда Бакс настойчиво ткнулся носом ей в рёбра, — ты ведь не оставил нам выбора!
Артём на ходу развязал узел на галстуке и, стянув удавку с шеи, спрятал аксессуар в кармане брюк. Сам не заметил, как суровые черты лица разгладились при одном взгляде на эту бунтарку. Его бунтарку. А в паре с любимым питомцем — это вдвойне приятно.
— У меня для тебя пара новостей, — Артём подтянул брюки и опустился на траву рядом с Викой. Похлопал по своему бедру, позволяя Баксу положить морду на свои ноги.
— Хороших?
— Думаю, что да, — довольно усмехнулся, предвкушая её реакцию. Ему слишком сильно нравилась её улыбка. Нравилось то, как маленькие клыки обнажаются так, словно она дикая кошечка. Нравился сам звук её звонкого и переливистого смеха.
— Ты меня заинтриговал! Давай уже! — легонько толкнула крепкое плечо и следом перекинула ногу через Беркутова. Оседлала его, опираясь маленькими ладошками в крепкую грудь. Она была такой горячей.