Сотвори для меня зло (СИ)
— Девка Седого...
…
Крупные капли стекали по стеклу, оставляя прозрачные дорожки. За окном уже стемнело. Из-за грозового неба стало совсем жутко. Где-то вдалеке бушевала майская гроза, рассыпаясь по нему отблеском молний. А у них только шёл дождь.
Смотреть в окно — надоело. Лежать — надоело. Вика старалась. Она, правда, старалась сидеть и не высовываться, пока Беркут принимал своих пижонов-друзей. Но убийственная скука и глупое женское любопытство взяло вверх, вынуждая Викторию спуститься вниз и разведать обстановку. Собрать любую информацию, которая поможет составить полноценное впечатление об Артёме, об его друзьях. Может, удастся услышать, что-то важное? Какой-то компромат, который сможет сыграть ей на руку?
Выйдя в коридор, девушка оглянулась. Пса нигде не было видно, значит, можно было смело спуститься на первый этаж. Стараясь не создавать лишнего шума, чтобы не привлечь внимание Бакса, Вика передвигалась на цыпочках. Дойдя до лестницы, притормозила. Ее спугнули голоса, долетающие из гостиной. Затаилась.
Один принадлежал Беркуту, второй ей был не знаком.
Не густо у него с друзьями…
На секундочку ей вспомнились ее собственные друзья. Вике захотелось увидеть Макара и Колю. Послушать их тупые истории, шутки, которые всегда отвлекали Вику от удушливости серых будней, и просто побыть рядом с теми, кто ей приятен, близок.
Девушка тихонько спустилась вниз и с особым интересом взглянула на гостя Беркута.
Она помнила его: рыжий затылок, загипсованная нога. Этот мужик был с Беркутом в первую их встречу.
— Девка Седого? — донёсся до Вики незнакомый голос. — Это прикол какой-то?! Что за херня, Беркутов?!
Услышав знакомую фамилию, девушка замерла. Поднялась на несколько ступенек обратно и села на деревянный выступ, обняв колени руками. Кажется, она очень вовремя подоспела. Главное оставаться незамеченной. И чтобы этот противный пёс не учуял ее.
В один момент мужчин стало не слышно. Они переместились в дальний угол комнаты, где располагался камин, и продолжили беседу в приглушённых тонах.
Черт!
Вика раздраженно шикнула и медленно спустилась на первый этаж. Направляясь вдоль стены, переместилась в кухню и затаилась. Прислушалась.
Приблизилась к дверному проему, ведущему в гостиную, и тут же отшатнулась назад.
На пушистом ковре развалился Бакс. Пёс будто почувствовал, что за ним наблюдают, и дернул голову вверх. Но на этом неудачи не закончились. Следом, из гостиной послышались посторонние шаги.
Кто-то, шлепая босыми ногами, направлялся в кухню.
Вика стала лихорадочно оглядываться по сторонам. Молниеносно выдумывать повод, для чего ей понадобилось появиться на кухне? Быть пойманной на горячем не хотелось.
Беспорядочно открывая все шкафчики, сама не понимала, что ищет. Биение сердца гулко отдавалась в ушах, мешая сосредоточиться. От внезапной паники руки перестали слушаться. Мелкая дрожь в пальцах, замедляла движения.
— Вика? — прилетело ей в спину подобно острой стреле, когда девушка открыла шкаф с разнообразием спиртного.
Бездумно схватила полупустую бутылку и резко обернулась:
— Артём? — крепко прижала бутылку к груди, строя удивленную мордашку. Будто это не она в его доме, лазит по шкафам, а он незаконно пробрался на ее территорию.
— Что ты здесь делаешь? — его брови медленно поползли вверх.
— Здесь? — растерялась от множества вариантов, вспыхнувших у неё в голове. Нервно сжала горлышко бутылки. — Я пришла…
— Взять бренди? — перебив ее, он поставил пустую тарелку на кухонный островок.
Артём решил, что неправильно то, что Вика сидела в его комнате голодная. А оказалось, Вика совершенно не скучала. Она шарилась по дому, ища на свою упругую задницу приключения.
— Подслушиваешь? — дернул уголком губ, быстро разоблачив девчонку. Обойдя островок, начал загонять Вику в тупик. В прямом и переносном смысле.
От внезапной паники стало жарко. Вика не планировала быть замеченной. Сейчас будет сложно придумать оправдание, зачем она схватилась за бутылку? Не пить же в одиночестве? Но в сложившейся ситуации «хлебнуть» для смелости не помешало бы.
— Я не подслушиваю! — фыркнула, уперевшись спиной в срез столешницы. Отступать больше некуда. Попалась.
— К слову, терпеть не могу пьяных людей. Тем более девушек! — Беркут остановился в двух шагах и спрятал руки в карманы.
— Серьезно? — в глазах Вики блеснул нездоровый блеск. Что-то темное взяло вверх, и она быстро открутила крышку длинного горлышка.
— Не расстраивай меня, Виктория! — предупреждающе цокнул языком.
— Как не расстраивать, так? — обхватив губами горлышко, Вика опрокинула на себя бутылку.
Она, правда, не хотела накалять обстановку. Но его надменное лицо вывело ее из себя, подтолкнув к краю отчаянья.
Медная жидкость опалила глотку и полилась не в то горло. Неконтролируемый кашель вырвался из легких, сковывая спазмами. Закрыв рот ладошкой, Вика пыталась откашляться. Из глаз брызнули слёзы, а внутри разлился настоящий пожар, заставив внутренности тлеть.
— Ну, и что ты кому доказала? Дурочка! — Артём выхватил из рук бутылку и отшвырнул ее в сторону.
Та, со звонким эхом разбилась в дребезги, заставив Вику испуганно дёрнуться. Беркут схватил девчонку за лицо, больно впиваясь пальцами в щеки:
— Когда ты угомонишь? — склонился над побледневшим личиком.
— Никогда! — ответила с призрением. — Проще от меня избавиться!
— Не искушай меня, девочка! — ослабил хватку. Дотронулся большим пальцем до нижней губы, слегка оттянув ее вниз. — Быстро вернулась в комнату и ни шагу оттуда до тех пор, пока я не вернусь! Иначе я убью тебя, Вика! Ты балансируешь на грани моего терпения.
__________
[1] — «Кровавый орёл» (швед. blodцrn, норв. blodшrn, дат. blodшrn) — легендарная казнь времён викингов, состоявшая в том, что на спине осуждённого рассекали рёбра топором, разводили их в стороны наподобие крыльев и вытаскивали наружу лёгкие. Причиной скорой смерти в этом случае должен был бы стать также травматический шок либо пневмоторакс.
Глава 25
— Значит, так, — процедил мужчина, и нервно дёрнул головой. Оглянулся, замечая в проходе кухни Семёна. Тот с любопытством наблюдал за разъярённой баталией. Но молчал. Взглядом обвёл беспорядок на кухонном полу и тихо цыкнул, привлекая к себе внимание девушки.
— Привет, — горделиво задрала носик, пересекаясь с зеленоватыми глазами гостя, — ты знаешь, что твой дружок силой удерживает меня в своём доме?