Сотвори для меня зло (СИ)

— А ночью? — этот вопрос прозвучал как насмешка и Вика недовольно прикусила щёку.
— В багажнике? Ты серьёзно думаешь, что я могла бы там заснуть?!
Беркут тихо рассмеялся и перекатился на бок. Его смех мягкими волнами расплывался по комнате, заполняя собой всё пространство. Стены давили.
— Ну, знаешь ли... ты не оставила мне иного выбора.
— Ты будешь жалеть об этом... я тебе обещаю, — злобно прошипела девчонка, сверкнув в темноте глазами.
— Не сомневаюсь в этом. Сама будешь мстить или Седого натравишь?
Упоминание об Олеге было подобно вспышке в ночи. Злость и обида, что её до сих пор отсюда никто даже не попытался вытащить, с новой силой ударили по самолюбию.
— Что ты заладил о нём? Вы что в детстве горшок не поделили? Чем он тебя так сильно обидел?!
— Горшки бывают разные, знаешь ли... — как-то задумчиво произнёс мужчина и нахмурил брови. — Что тебя с ним связывает? Судя по твоим репликам — не только работа?
— Не твоего ума дело! — огрызнулась, натягивая одеяло почти до носа.
— Уже прогресс... ты не отрицаешь, что работаешь с этой псиной.
В ответ на его предположения, Вика промолчала. Беркут довольно растянул губы.
— Я не пойду против него... хоть убей меня. — Тихо проговорила и поджала острый упрямый подбородок.
— Ну, зачем же убивать? Руки марать в крови у меня нет никакого желания.
Значит, там что большее, чем просто работа?
— Что тебе нужно?! — подскочила, придерживая одеяло и глядя на то, как он скалится. Раздражало!
— Я уже говорил...
— Ничего конкретного ты не говорил! Играть против Седова? Я не пойду на это!
— Обязана ему?
— Не. Твоё. Дело!
— Ты рискуешь своей свободой. В любом случае. У тебя есть выбор: сделать мне услугу и спасти свою шкуру, или прозябать за решёткой столько лет, сколько я захочу...
— Захочу?!
На этот раз промолчал он. Но его улыбка говорила сама за себя. Ублюдок...
— Неужели тебе нравится то, чем ты занимаешься? Воровка? Форточница? Какую должность ты занимаешь в его “конторе”?
— Ты решил поговорить об этом?
— А ты не умеешь разговаривать? Конструктивный диалог, знаешь ли, помогает решить проблему.
— Мне не о чем с тобой разговаривать. — Отрезала, отворачиваясь от Артёма.
— Ну, это тоже не проблема. В противном случае, я найду твоему рту другое применение, — зловеще проворковал и обхватив её локоть дёрнул на себя.
Девушка пискнула, падая на упругий матрас рядом с Беркутом и попыталась отбиться. Заёрзала в попытке отползти от него, но Артём, перекинув через неё ногу, заблокировал ей все пути к отступлению.
— Я не шутил, когда говорил тебе о том, что у меня на тебя большие планы. Много планов... ты так вовремя прокралась в мой дом. Это просто подарок небес, Вика.
Большие глаза наполнились слезами, и она попыталась их сморгнуть. Крошечная капелька заблестела во внешнем уголке. Так трогательно, что он сам чуть было не расплакался. Актриса.
— Отпусти меня! — на удивление — без криков и бешеной злобы. Словно перед ним сейчас другой человек.
 
— Ты зря сюда пришла, — склонился над девушкой, незаметно сжимая её ноги своими коленями, — ты допустила неисправимую ошибку.
— Я уйду, и ты больше никогда не услышишь обо мне. И не увидишь.
— Слишком поздно. — Сонливость мгновенно прошла, уступая место похоти. Он же говорил ей: спать! Но упрямая девка не может усидеть на месте!
— Мне нужно переспать с тобой, чтобы вызвать твоё снисхождение? — маленький подбородок задрожал, когда одеяло начало медленно сползать вниз, обнажая его жадному взгляду девичью грудь.
— Думаешь, ты этим отделаешься? — издевался. Его язык пробежался по губам и кадык плавно скользнул под кожей. Вика стиснула челюсти, наблюдая за тем, как Артём склонил голову на бок, рассматривая её обнаженное тело перед собой.
Ей хотелось кричать. Орать, срывая глотку. Хотелось вцепиться зубами в этот чёртов кадык, чтобы заставить его заткнуться!
Не в силах больше сдерживаться, Вика вскинула свободную руку, попытавшись схватиться за его лицо, но Беркут успел увернуться и перехватить тонкое запястье. Стиснул пальцы на хрупких косточках, припечатывая ладошку к матрасу у неё над головой. Злобно прорычал:
— Ты нарываешься на грубость?
— Что-то я не замечала за тобой другого...
— Дикий зверёк... если ты не хочешь, чтобы я тебя снова спустил вниз — ты сейчас угомонишься и притихнешь.
И, кажется, сейчас — это меньшее из зол.
Вика отвернулась от горячего дыхания, опаляющего ей лицо и сглотнула ком, вставший поперёк горла. Выбор был не так уж велик.
Вздрогнула, когда почувствовала его дыхание на своей груди. Дёрнулась, но тёплые губы успели обхватить маленький затвердевший сосок. Зашипела и выгнулась дугой, отрывая спину от постели. Острые зубы сомкнулись вокруг ореолы и колючий разряд тока обжёг всю грудную клетку.
— Не надо! - закричала, сорвавшись! — Не надо! Пожалуйста!
И... едва не захрипела, когда Беркут, услышав мольбу, резко отпустил её и вновь перекатился на своё место. Его шумное и неровное дыхание вызывали желание свернуться в клубок.
Мужчина собрал в кулак край одеяла и набросил на Вику.
— Спать, я сказал! Надеюсь, в этот раз ты меня услышала.
….
Утром Вика проснулась от холода. Ночью она беспокойно спала. Не могла избавиться от кошмара. Девушке казалось, что она бежит от монстра и никак не может сбежать от него. Куда бы не пряталась — он все равно находил ее. А она продолжала бежать дальше. Наверное, поэтому сбросила простынь. Или кто-то ее стянул намерено.
Беркут…
Повернувшись на бок, Вика не заметила никого. Ее встретила пустая кровать. Надо же, он дал ей возможность выспаться?
Скорее всего за этой «подачкой» последует какое-нибудь извращённое требование.
В голове всплывали картинки минувшего вечера. Как он накинулся на неё. Его тяжёлое дыхание, до сих слышалось не прекращаемым эхом в ушах.
По телу пробежали мурашки и Вика, провела ладонью по предплечью, сгоняя их.
Это все от холода… Где-то здесь была моя одежда.